Главные новости - все новости
18 февраля 2013, 16:40

Когда наша элита перестанет быть "Дунькой"

Чем опасна для России ювенальная юстиция, поможет ли стране вступление в ВТО и будет ли третья мировая война? На вопросы читателей "Росбалта" отвечает известный политолог, театральный режиссер, руководитель международной корпорации "Экспериментальный творческий центр", лидер движения "Суть времени" Сергей Кургинян.

Андрей: Где старая "модернизационная" элита сейчас, когда нашу страну сдают Западу окончательно?

С.К.: Часть этой элиты находится «в глухом отказе». Можете это еще назвать глухой обороной. Говорится следующее: Россию делить не будем! Вот что хотите делайте, но не будем! А входить в Европу по-прежнему хотим. Да, понимаем, что Европа этот сценарий не принимает. А мы его продавливаем!

При этом нет признания совершенной ошибки. Утверждается, что все делали правильно, но «гады» подвели. Никакого альтернативного проекта нет. Отбиваются и тыркаются, тыркаются и отбиваются. Это я и называю «глухой обороной». Нет, чтобы покаяться и начать заново. Впрочем, я понимаю, что это такие люди… Словом, по-честному после покаяния им, конечно надо не начинать заново, а судить себя судом воинской чести. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Но поскольку положение аховое – то Россия важнее чистоты жанра. И поэтому признание тупика, своих ошибок, поиск новых решений – все это могло бы очень сильно поправить дело в том, что касается первой части этой элиты.

Что касается второй части, то она приняла условия Запада и готова модернизировать и вестернизировать Россию по частям. Для этой части элиты модернизация важнее державы. Я, конечно, имею в виду пародию на модернизацию. Считаю, что эта вторая часть элиты окончательно встала на путь измены. Момент, когда эта часть элиты приняла окончательное решение, зафиксировать достаточно трудно. Но есть основания считать, что это произошло во второй половине 2005 года.

В любом случае, это произошло существенно раньше 2008 года. Может быть, окончательно все решилось в 2006-м. Но скорее все-таки в конце 2005-го.

Андрей: Почему не было ни одной попытки всерьез  начать модернизацию страны, вместо чего была запущенна системная деградация везде - от экономики до культуры?

С.К.: Потому что не было ставки на самодостаточную модернизацию. Автохтонную модернизацию, так сказать. Модернизацию по принципу «в отдельно взятой стране». Ставка была на то, что нас возьмут в Европу. И после этого Европа постепенно начнет нас определенным образом модернизировать. Ну, скажем так, как свою очень привилегированную неоколонию. А мы Европе, в свою очередь, поможем – сырьем, ядерным оружием. Самая большая страна Европы, много сырья, ядерное оружие – это ведь не примитивная колония. Вы не читали такое произведение Ильи Эренбурга «Трест ДЕ»? «ДЕ» у Эренбурга – это буквально «Даешь Европу!»

А что такое мировая революция и помощь России со стороны победившего продвинутого европейского пролетариата? Это во многом то же самое.

Андрей: Почему выгнали расположенные западнее России республики СССР (Белоруссия, Украина, Прибалтика, Молдавия), которые фактически разрывают Европу и Россию?

С.К.: Потому что одни хотели одного развития событий, а другие – другого. Как должны были развиваться события согласно плану нашего треста «ДЕ» (использую название произведения Эренбурга)? Мы удерживаем стабильность. И постепенно передаем большую часть Восточной Европы под патронат Германии, которая с нашей помощью объединяется и с нашей же помощью начинает съедать желанные для нее куски Восточной Европы (ту же Чехию, например, но и не только). Но для того, чтобы Германия могла это сделать, не нарвавшись на протест той же Польши, например, да и Чехии тоже, мы должны держать эти государства в ежовых рукавицах, а не разваливать соцлагерь. Параллельно мы проводим реформы, но опять же по принципу «ежовых рукавиц». И согласно этому же принципу отделяем ненужные нам куски, заселенные неевропеизируемым, так сказать, населением. Ну, Среднюю Азию, да и Кавказ тоже. После этого мы сходимся на определенной границе и декларируем объединение Европы и России.

Так мыслили процесс наши утописты из «треста ДЕ». А те же американцы понимали, что для них такое развитие событий категорически неприемлемо. А значит, не должно быть никаких «ежовых руковиц». Как только «трест ДЕ» начнет реформы и увлечется подавлением коммунистических противников, желающих не объединяться с Европой на буржуазных основаниях, а реформировать советский коммунизм и реализовывать красный проект, - нужно осуществлять перехват, объяснять "ДЕ-шникам", что страшнее всего ренессанс красного проекта, подсовывать им демократизации, сдирать с них «ежовые руковицы» и организовывать санитарный кордон между Германией (шире – так называемой Старой Европой) и Россией. Старая идея – линия Керзона и так далее. Так и произошло. Знаю все это не понаслышке.

Я много раз говорил, что самое страшное для США – это наше полноценное вхождение в Европу. Очень авторитетные американцы мне говорили по этому поводу: «Мы этого не допустим никогда. А если это начнется, то будет ядерная война в Европе».

Если бы в стране была железная диктатура или хотя бы не было банальных антикоммунистических истерик, возведенных в ранг идеологии, то мы могли бы медленно передавать Германии восточноевропейские зоны и состыковываться с нею напрямую. В чем и был утопический замысел. Но как только вместо этого начался экстаз демократизации, стало ясно, что американцы отделят нас от Европы.

Впрочем, я считаю, что если бы даже была железная диктатура, американцы все равно никогда бы не допустили сращивания нас с фактически антиамериканской Европой. Говоря попросту, апологеты этого плана считали, что Европа суверенна, а она не суверенна. И понадобилось 20 лет для того, чтобы понять, в какой мере она не суверенна. Какие механизмы десуверенизации встроены внутрь европейской элиты.

Если бы наши авторы этого самого проекта «ДЕ» понимали, насколько Европа не суверенна, они бы этот проект закрыли. Но им пудрили мозги европейцы. Они им говорили, что они суверенны. Европейцы так навязчиво об этом говорили нашим: «Мы суверенны! Мы суверенны!». А наши чудаки верили. Мне в начале 1993 года (или в конце 1992-го, уже не помню) помощник Коля говорил: «Мы выкинем американцев из Европы с вашей помощью!». Он же не от себя говорил, он озвучил позицию более высоких лиц. И как яростно это говорилось!

Наши высокопоставленные утописты в это поверили и привели в действие план «ДЕ». Теперь имеем то, что имеем.

Андрей: СССР разрушался верхушкой КГБ и КПСС под проект вхождения России в Европу?

С.К.: Да, именно так.

Рафаэль: Каковы перспективы сотрудничества КПРФ и "Суть времени"? И есть ли они?

С.К.: Пока я руковожу «Сутью времени», она никогда не будет вести себя цинично. Для нас интересы страны выше интересов партии. Интересы коммунизма важнее амбиций Кургиняна или Зюганова. Мы всегда готовы на полноценные договоренности в рамках настоящего оппозиционного патриотизма. Но, во-первых, патриотизм верхушки РФ, игравшей с белоленточниками, – сомнителен. А во-вторых… Ну, что прикажете делать, если мне прямо говорят, что наша единственная вина в том, что мы – быстро растущая организация, а значит, корпоративный конкурент КПРФ?

Короче, поживем – увидим. Мы и сейчас очень плотно сотрудничаем с КПРФ в ряде регионов.

Вячкилева Людмила Пантелеймоновна: Почему ПАСЕ может что-то диктовать Москве, России?

С.К.: В пьесе «Любовь Яровая» профессор, остающийся в Советской России, говорит кордону, который мешает одной мещанке войти в контингент покидащих Россию лиц: «Пустите, пустите Дуньку в Европу!». До тех пор, пока «Дунька» хочет в Европу, ПАСЕ, как хозяйка европейского дома, может ей что-то диктовать. Подчеркиваю, что под «Дунькой» я имею в виду не народ, а элиту.

Когда наша элита перестанет быть «Дунькой» и откажется от фирменных «дунькиных» методов прорыва в Европу, мы построим с Европой нормальные, достойные отношения. И никто нам не будет ничего диктовать.

Рафаэл: Почему Россия всячески под "вескими" предлогами отталкивает от себя бывшие союзные республики?

С.К.: Потому что план «Даешь Европу» продолжает осуществляться. А этот план исключает присоединение бывших союзных республик. Повторяю, необходимо честно отречься от этого плана. Рассказать, как именно он был сооружен. И так далее. И после этого начать реализовывать не «ДЕ», а другой стратегический проект. Его и так уже пытаются реализовывать, но тихой сапой это делать нельзя. Нужно все рассказать народу, облегчить душу, не покаяться для виду, а раскаяться по существу. И начать новую жизнь. Это наше условие. И пока оно не выполнено, новой жизни не будет.

Скажут: «А кто вы такие, чтобы его ставить?». Я много раз говорил, что мы голос совести тех людей, которые что-то нехорошее совершили. А совесть – это страшная сила. Можно даже сказать, что всесокрушающая.

Олег: Каково ваше отношение к беспредельному поведению кавказцев в Москве и Петербурге?

С.К.: В стране идет регресс. Этот регресс запустили враги России при попустительстве нашего треста «ДЕ». Регресс обнажает архаику. Те, кто к этой архаике приспособлен, получает преимущество. Посмотрите на Баку, Ташкент, все другие южные столицы. Там постепенно место нерегрессивных групп занимают люди, так сказать, спускающиеся с гор. В Душанбе это происходило буквально. Но разве Такшент чем-нибудь особенно отличался? Разве что тем, что все происходило мягче.

Гибнут индустриальные объекты, индустриальная инфраструктура. Имперское величие заменяется местечковыми кривляньями. Кто выигрывает в результате? Группы, консолидированные по племенному принципу. Подчеркиваю, даже не по национальному, а по племенному. Почему столичные банды не могут дать отпор гастролерам, приезжающим с окраин? Потому что гастролеры имеют племенную консолидацию, а столичные банды только болтают по этому поводу в стиле племенного «а-ля рюс». Русские многие столетия держат империю. Они за эти столетия потеряли способность к племенной архаической идентификации. Да они бы и не построили империю, основываясь на этой идентификации. Их большую имперскую идентичность разгромили. А малая племенная идентичность потеряна в глубине веков по ходу построения империи.

Гастролеры же малую идентичность сохранили. При регрессе – кто меньше отошел от архаики, тот и выигрывает. Этнические группы, вдохновленные набеговой традицией, скрепленные племенными скрепами и видящие, как деградирует старший имперский брат, начинают вести себя определенным образом. Пока старший брат будет деградировать, так и будет. Единственная возможность – перестать деградировать. Опомнится старший брат – все встанет на свои места. Даже самые комплиментарные к русским народы – и те спрашивают: «Нам без русских хана. Но сколько лет осталось до их окончательной гибели? И что нам делать потом?»/

Соблазн дележа «русского наследства» - вот что лежит в основе. И логика реванша архаизаторов: «Мы - можем возвратиться в племенное, а вы - и не хотите, и не можете».

Неуклюжие разрушительные попытки вернуть русских в племенное оборачиваются региональным и субэтническим сепаратизмом. Вернемся в правильную империю – и все будут вести себя нормально. Раньше ведь вели себя нормально? И опять будут.

Иван: Стоит ли отодвинуть РПЦ подальше от государственной власти?

С.К.: Нужна имперская идеология, приемлемая для всех народов, включенных в имперский космос. Как только эта идеология окажется в нужном месте, все традиционные конфессии тоже займут должные места. Причем у каждой конфессии окажется больше, а не меньше возможностей. Поскольку имперская идеология должна быть и традиционной, и устремленной в будущее, то РПЦ приобретет совершенно новые возможности и одновременно правильным образом отдалится от государства. Как мне кажется, не РПЦ сейчас приближается к государству, а государство цепляется за РПЦ. По принципу: «Не за что больше цепляться, а за что-то цепляться надо».

Cтрадают все.

Михаил: Где можно узнать список людей, продвигающих ювенальную юстицию. Почему такие списки не висят на заборах?

С.К.: Всему свое время.

Nick: Чем и когда закончится конфликт в Сирии? Какие потери для России?

С.К.: Тут у нас аж Иноземцев высказался по Сирии. Оговорив при этом, что в этом ничего не понимает, но высказываться будет. И сразу же сказал, что Сирию надо сдать. Ибо наши интересы в том, чтобы обниматься с ОПЕК, а ОПЕК против Сирии. Чушь несусветная. Но кое на кого действует. На самом деле Сирия – наш предпоследний бастион. И не только наш. Следующий бастион – Иран. Падут два эти бастиона – ждите вторжения в Россию. Ничуть не более приятный вариант – стратегический договор между Ираном и США. Потерять бастион – намного хуже, чем испортить отношения со странами ОПЕК. Вот в чем потеря для России от сдачи Сирии. Мягкая сдача Сирии идет. Но Россия в нынешнем ее виде ни на что другое в принципе не способна. Сначала глубокая трансформация всего, что происходит внутри – потом иное качество внешней политики. Пока что мы тянем время, балансируя на грани недопустимого для «ДЕ» расхождения с Западом.

Мы пытаемся усидеть на двух стульях – и продолжать «ДЕ», и защищать Сирию. С точки зрения такой стратегии, мы действуем оптимально. Но потенциал этой стратегии исчерпает себя к весне. Дальше понадобится другая стратегия. А она невозможна без демонтажа всего, что связано с «ДЕ».

Александр Артемчик: Как вы думаете, Путин смотрел хотя бы одно ваше интервью? Он в курсе, что существует движение "Суть времени"?
С.К.: Он даже шутил на тему о том, что заплатит за нас штраф. После Поклонной горы все в курсе того, что существует «Суть времени». Даже Обама и тот в курсе.

Что же касается того, что именно он смотрит по телевизору – спросите у Пескова. Это входит в его компетенцию. В мою компетенцию и сферу моей моральной ответственности входят поездки на региональные школы «Сути времени» в Приморье, Сибирь, на Урал, в Поволжье и так далее, издание газеты и многое другое.

Олег: Кому было выгодно развалить СССР?

С.К.: Врагам России и тресту «ДЕ».

Виктор: Как на ваш взгляд Россия должна развиваться, в сторону интеграции с Европой или продолжить движение в сторону Евразийской интеграции с странами бывшего СССР?

С.К.: В сторону создания СССР 2.0. Евразия – это территория. А великие государства создает великий же смысл (иначе – новый исторический проект). Можно склеивать осколки вазы. Но лучше переплавить стекло и изготовить новую вазу, правда же?

Владимир: Когда "левые" силы объединятся? иначе все похоже на мышиную возню.

С.К.: Когда корпоративный интерес не будет преобладать над общенародным.

Я спрашиваю: «Чем мы виноваты перед КПРФ?» Мне отвечают: «Тем, что быстро растете». Я спрашиваю: «А чем еще?» Мне говорят: «А разве этого мало?» Я спрашиваю: «А как же СССР, коммунизм?» Мне отвечают: «Я вас умоляю… Мы взрослые люди… К чему этот по-детски романтический стиль?».

Пока все будет так – реального объединения не будет. Но это «так» касается тех, кто ставит интересы своей политической корпорации выше интересов страны. К себе я это никак не могу отнести. И много раз это показывал, поддерживая КПРФ на выборах, в разных регионах. Чему есть неопровержимые доказательства.

Кстати, если я такой плохой, как это следует из черного пиара господина Обухова, то почему меня так просили о поддержке? И почему Геннадий Андреевич все время говорит, что мы дружим? У него нет времени прочитать сайт КПРФ? Он не контролирует Обухова? Повторяю, я не словами, а делом показываю, что все время готов к прочному партнерству на базе оппозиционного патриотизма. Но именно патриотизма. Точка.
Идеология выше корпорации, а Россия выше идеологии.

Витя: Будет ли 3-я Мировая война?

С.К.: Будет. Вопрос, какая и с какими результатами.

Анна: Где начнутся события и когда, по вашему мнению?

С.К.: Они начнутся в новом «Сараево» (провожу аналогию с Первой мировой). Если верить серьезным американским закрытым разработкам, то это произойдет до 2020 года. Без войны американцы власть не удержат, а власть отдавать они не хотят и не могут.

Евгений: Есть ли предпосылки заката либерального  безумия, а по сути необольшевизма, образца 1985 года?

С.К.: Не надо говорить о необольшевизме. Потому что большевики были патриотами и называли себя наследниками якобинского патриотизма. А уж якобинцы, как вы знаете, были такими патриотами, что дальше некуда.

Что касается заката либерального безумия, то это уже имеет место в том, что касается состояния сознания большинства наших сограждан. Осталось объединить это большинство. А это очень трудно. Не объединив большинство и не выведя его из регресса, мы можем еще долго проигрывать малой сплоченной группе фанатичных "либероидов". Гордящихся тем, что они являются «пятой колонной» Запада. И шантажирующих наше «ДЕ» своими возможностями повлиять на все, что происходит в сфере коммуникаций «ДЕ» с Западом.

Ринат: Почему в России растет национализм против нерусских?

С.К.: Потому что потеряна правильная, позитивная имперская идентичность.

Иван: Почему некоторые страны бывшего Союза, такие как Украина или Узбекистан, не хотят интегрироваться в межгосударственные структуры, которые создает Россия?

С.К.: Потому что им не сформулировано по-настоящему масштабного предложения. Потому что они видят, что мы не отказались от плана «ДЕ». Потому что у них есть свои «пятые колонны», потому что наш «большой враг» обладает слишком большими возможностями и хорошо их использует, а мы свои возможности не используем. И по инерции продолжаем осуществлять исчерпавший себя проект «ДЕ».

"1234": На Украине с 10,3% в парламент проходят ультранационалисты от ВО "Свобода". О чем, по-вашему, это говорит и как повлияет на дальнейшие отношения с Россией?

С.К.: На Украине есть очень сосредоточенное на ненависти к России, очень консолидированное и очень влиятельное меньшинство. Оно считает своей главной целью развал России. Подчеркиваю – не суверенитет Украины, а развал России. Ибо только такой развал позволит этому меньшинству развернуть полномасштабный террор по отношению к Восточной Украине. Это меньшинство одержимо яростной русофобией. Оно наследует вековую традицию. Весь вопрос в том, как поведет себя большинство. А также как быстро мы откажемся от плана «ДЕ» и сможем построить прочные отношения с украинским большинством.

Владислав: Что мы, "простые смертные", можем в сложившейся ситуации сделать, чтобы повлиять на ситуацию?

С.К.: Перестать быть «простыми смертными». В предкатастрофический период единственная возможность состоит именно в этом. Иногда некоторым народам это удавалось, и они спасались. Хочется надеяться, что удастся и нам.

Виталий: Почему в свои выступлениях Вы не затрагиваете богатеющих друзей и соратников Путина?

С.К.: Как это не затрагиваю? Я и Путина затрагиваю.

Юрий: Медедеву или Путину вы доверяете? Они до сих пор в тандеме? Роль Сечина и Дворковича при них.

С.К.: Я доверяю своим ближайшим соратникам по ЭТЦ. К политикам отношусь сообразно их идеологической и иной специфике. Медведев – ближе к Сванидзе, чем Путин. Он много раз говорил о своей яростной антисоветскости. И о многом другом. Сообразно этому я к нему и отношусь. А что касается Путина, моя первая фраза на Поклонной горе была: «Я противник политики Путина». Была такая фраза или нет? Да или нет?

Что же касается Сечина и Дворковича, то преувеличены возможности и того, и другого. Мои же приоритеты таковы – для меня госкапитализм лучше экономического неолиберализма. Но и не более того. Поклонником госкапитализма я не являюсь.

Нина Ивановна: Считаете ли вы, что нынешняя власть, так жестко "прессующая" оппозицию,  роет себе могилу?

С.К.: Нет, не считаю. Не вижу особо жесткого прессинга. И не понимаю, почему такой прессинг, если бы даже он имел место, сам по себе означал бы вырывание себе могилы. Дэн Сяопин вырыл себе могилу на площади Таньаньмынь? Власть роет себе могилу своей половинчатостью и антинародным курсом – в сфере экономики, социальной жизни, образования, здравоохранения и так далее. Проводя этот курс, она при любом подходе к оппозиции одинаково обречена.

Мой совет: не ужесточать прессинг по отношению к оппозиционерам, а менять курс. К оппозиционерам же относиться сообразно интересам страны. Не надо увлекаться обвинением всех подряд в том, что они являются «пятой колонной» Запада. Но тех, кто действительно является такой колонной… По отношению к ним должна применяться не логика прессинга, а логика законного наказания. И так ведут себя все дееспособные страны.

Виктор: Здравствуйте! Ни для кого не секрет, что без административного ресурса власть всё потеряет в первые же выборы. Как его можно преодолеть?

С.К.: Что вы называете административным ресурсом? Подтасовки? С этим можно бороться. Но административный ресурс к этому не сводится. Он вытекает из всей логики сегодняшней архаизированной жизни. У местных элит есть много возможностей держать под контролем свое дезориентированное и социально ущемленное население. Элиты этим пользуются очень цепко. Уберите всю центральную власть и это ничего не изменит. Предстоит тяжелая, изнурительная, неблагодарная борьба за преодоление нынешней чудовищной ситуации, которую я называю «ситуацией Ч». Давая ей такое название, я провожу аналогию между последствиями Чернобыля и последствиями перестройки. Чернобыльская зона живет по своим законам. Мы после ужасающей перестройки, которая изуродовала общество намного больше, чем радиация территорию, прилегающую к Чернобылю, движемся по определенной траектории. Для ее изменения нужны специальные формы консолидации тех, кто в полной мере осознает трагизм ситуации и готов бороться по-настоящему. А не несет ахинею по поводу того, что избавление от адмресурса и демократия что-то изменят. Уверяю вас, что ничего не изменится.

Точнее, местные братки оседлают все так, что мама не горюй. Разве вы сами не понимаете этого?

"Почитатель": Почему вы стали редко появляться в прямом эфире центрального  телевидения?

С.К.: У нас есть любители одновременно именовать меня «кремлевским проектом» и ликовать «Ага! Его нет на телевидении!» Я выступал на центральном телевидении, потому что считал это своей общественной обязанностью. Я выступал до тех пор, пока понимал, что этот проект нужен обществу. Я не зарекаюсь ни от новых проектов, ни от создания альтернативного телевидения. Но тот проект себя исчерпал по очень многим причинам. Победа над Сванидзе и Млечиным со счетом 60:0 – это хорошо. А победа со счетом 600:0 – это шоу, правда же?

Нужна новая повестка дня, новые форматы и жанры. Своевременный уход – так же важен, как и своевременное появление. И то и другое подчинено моим политическим целям. Этому – и ничему другому.

Марат Алавердян: Хотелось бы услышать ваше мнение по решению карабахского конфликта. Каким будет будущее в этом регионе в геополитическом плане?

С.К.: Я много раз говорил, что малые народы в XXI веке войдут в те или иные новые империи. И спрашивал армянский народ, в какую именно империю он хочет войти. Наверное, в Османскую? Горькая ирония, согласитесь. Вне великой России весь Кавказ будет кровавой кашей. Поверьте этому моему, крайне для меня огорчительному, прогнозу.

Данила: Как вы относитесь к пророчествам о скором развале России? Чем вообще обусловлены такие разговоры? И что нужно делать для того, чтобы сохранить целостность страны?

С.К.: Разговоры эти обусловлены тем, что весьма серьезным силам очень хочется развалить Россию. Этим сосредоточенно занимаются. В том числе, внушая нам, что развал якобы «неизбежен». Это удобная философия: ведь если он неизбежен, можно не сопротивляться, можно ничего не делать, а лишь обречённо ждать конца.

Но никакой «обреченки» нет. Надо помнить, что государство – это средство, при помощи которого народ длит и развивает свое историческое предназначение. А значит, для сохранения государства нужен НАРОД как историческая общность, а не население. И нужно историческое предназначение как высшая ценность общенародного бытия.

Пока эти условия выполняются, Россия является величайшей страной в мире. Как только они исчезают, Россия рушится – чуть раньше или чуть позже. Я боролся и буду бороться за то, чтобы эти условия были восстановлены. Считаю, что для спасения России нужно делать это и только это.