«О ценах на нефть лучше спрашивать в СВР»

Исполнение госбюджета в 2015 году удастся сбалансировать за счет Резервного фонда, однако россиянам нужно готовиться к значительной инфляции, полагает депутат Госдумы Оксана Дмитриева.


© Фото Игоря Акимова

Несмотря на заявления правительства о возможном пересмотре проекта бюджета на 2015-2017 годы в связи с резким падением цены на нефть, Госдума готовится принять его в фактически неизменном виде. Обсуждение главного финансового документа страны пройдет на Охотном ряду в пятницу, 14 ноября. О том, какие деньги и как сможет тратить Россия, в интервью «Росбалту» рассказала первый заместитель руководителя комитета Госдумы по бюджету и налогам Оксана Дмитриева («Справедливая Россия»).

- Оксана Генриховна, удалось ли при доработке проекта федерального бюджета ко второму чтению добиться каких-то принципиальных изменений?

- Принципиальных - нет, в основном, по мелочи. Единственное, в бюджете будет предусмотрено порядка 45 млрд рублей в качестве дополнительных расходов на 2015 год. Из них 20 млрд рублей направят на стимулирование импортозамещения в АПК. На детские сады дополнительно дадут 10 млрд рублей и т.д.

- Возможно, это связано с тем, что депутатам уже в скором времени придется пересматривать бюджет, ведь заложенные в нем показатели на 2015 год по стоимости нефти (96 долларов за баррель) и курсу доллара (37,7 рублей) явно расходятся с реальностью?

- Не думаю. Есть деньги Резервного фонда, которые не учтены в доходной части бюджета. И если возникнет дефицит, они пойдут на его покрытие.

- Тем не менее, известно, что Резервный фонд в следующем году пополняться не будет, на его получение их него средств также уже объявилось немало желающих в лице представителей некоторых крупных госкомпаний. Хватит ли денег из копилки на всех?

- Да, фонд пополняться не будет, но эти деньги пока не учтены в бюджете, поэтому их можно будет использовать как некоторое пополнение. Другое дело, что в бюджете есть целый ряд вредных вещей. И самое вредное - это так называемый налоговый маневр. По структуре 2014 года в нефтегазовых доходах основную долю составляла именно экспортная пошлина - 60% процентов от нефтегазовых доходов, то есть, основной налоговый пресс приходился на внешнего потребителя. После налогового маневра теперь уже на экспортные пошлины приходится 43% нефтегазовых доходов, а соответственно на НДПИ - 57%, а дальше все больше и больше.

Это означает, что маневр в таком виде - это снять 1,3 трлн рублей с экспортных пошлин и передать на НДПИ. При этом минимум 750-800 млрд рублей из этой суммы придется дополнительно на внутреннего потребителя. Это то, за что заплатит наша промышленность и население в виде цен на бензин, ЖКХ и т.д. То есть, готовьтесь к значительной инфляции!

- И к 50 рублей за литр бензина уже в следующем году?

- Как минимум. Чтобы сократить ущерб от повышения НДПИ, правительство предложило снизить акцизы. Но что это даст? Сокращение доходов и федерального, и региональных бюджетов. По нашим оценкам, выпадающие доходы региональных бюджетов, у которых и так уже дефицит 0,5 трлн рублей, предлагается компенсировать за счет федерального бюджета (228 млрд рублей), а вот расходы федерального бюджета на образование и здравоохранение в 2015 году сокращают уже в абсолютном измерении.

- Между тем, расходы на оборону увеличатся в 2015 году на треть - до 812,16 млрд рублей. С одной стороны, сокращение социальных трат можно списать на внешнеполитические угрозы. Но ведь власти всегда гордились тем, что им удавалось поддерживать в стране стабильность. Могут ли они позволить себе, чтобы у людей снова возникли параллели с «лихими девяностыми» - невыплатами зарплат и запредельной инфляцией?

- Конечно, инфляция не будет 5,5%, как предусмотрено в бюджете, она окажется значительно выше, вне зависимости от того, как будет развиваться внешнеполитическая ситуация. Хотя номинально доходы и расходы бюджета, скорее всего, будут выполнены. А вот та индексация пособий и выплат, которая предусмотрена в зависимости от этого уровня инфляции, естественно, будет недостаточна. Также сокращаются расходы на образование и здравоохранение, и никаких дополнительных средств на повышение заработной платы не выделяется.

- А как же майские указы?

- Формально они отражены в бюджете, а фактически - нет. После принятия закона об изменении статуса бюджетных учреждений они, по сути, перестали таковыми являться. Сейчас средства выделяются одной суммой, не видно, на что конкретно пошли деньги. Минобразования, например, прямо признало, что повышение зарплаты возможно только за счет сокращения численности работников либо уменьшения занятости. При этом говорится, что выполняются указы президента и пишется мифическая цифра - 60 млрд рублей, которые якобы пошли на повышение зарплаты. Но как можно повысить зарплату, когда одновременно сокращаются ассигнования? Дальше смотрим по тем данным, которые нам дали. В здравоохранении фактическая численность запланированных работников – 900 тысяч, а физически работают 500 тысяч человек. То есть, даже по официальным данным, совмещение ставок - минимум в 1,5 раза. Это сверхнагрузка и, конечно, потеря качества.

- Социологи нас уверяют в том, что граждане готовы терпеть любые трудности в условиях санкций, но есть ли в бюджете достойный ответ на внешние ограничения? Например, как обстоят дела в плане импортозамещения?

- Если говорить об импортозамещении, то надо было увеличить финансирование сельского хозяйства, реально поддержать отечественное сельхозмашиностроение и т.д. Но вместо этого - опять сокращение финансирования. То есть вряд ли можно говорить о каком-то новом курсе.

- Если в «Справедливой России» критично настроены в адрес правительственного проекта бюджета, почему на этот раз фракция отказалась выступить с альтернативным вариантом?

- Бессмысленно готовить альтернативные бюджетные проектировки в таких условиях. Основная альтернатива сейчас - это, пожалуй, налоговая политика.

- Но в прошлые годы главные расхождения с правительством у вас возникали именно по макроэкономическим показателям бюджета и, прежде всего, закладываемой в бюджет прогнозной цене на нефть. Вы так же, как и в правительстве, считаете адекватным расчет в 96 долларов за баррель на 2015 года?

- Экономических факторов, которые бы подталкивали цены вниз, нет. Мировая экономика в этом году растет на 3,6%, и на следующий год прогноз – свыше 3%. Таким образом, серьезного сокращения спроса на нефть и нефтепродукты нет. Цены на нефть носят исключительно политический характер. И снижение цены - это следствие политики нефтедобывающих стран.

- То есть, дело в сговоре?

- Есть факт: увеличение предложения со стороны Саудовской Аравии и Ирана, а также отказ ОПЕК включать режим квотирования. Сейчас этот механизм не включается, поэтому все вопросы в этой части должны быть к Службе внешней разведки (СВР), а не ко мне.

- Возможно ли, что цена опустится ниже 80 долларов за баррель?

- Я считаю, что даже 80 долларов - уже существенное ограничение для самой Саудовской Аравии. А вот кто им компенсирует падение цены, опять же лучше спросить в СВР.

- О судьбе рубля сегодня также осведомлены только в разведке?

- Что касается падения рубля, то здесь все-таки главный фактор - это цена на нефть.

- Вы разделяете прогнозы, что уже через полгода за доллар в России будут просить 100 и даже 200 рублей?

- Думаю, до 100 рублей за доллар дело все-таки не дойдет. У меня вообще нет апокалиптических сценариев развития ситуации, если, конечно, мы сами не будем делать ошибок, вернее, наше правительство. Но оно, к сожалению, пока действует в обратном направлении.

Беседовала Елена Земскова


Ранее на тему "Государству не нужна переработка рыбы"

Пошлину на экспорт российской нефти могут снизить на $39

Цена нефтяной корзины ОПЕК упала почти на $1,7