"Против Талибана нужна коллективная стратегия"

Обострение ситуации в любых постсоветских государствах, включая Центральную Азию, представляет угрозу и для России, уверен эксперт Центра изучения современного Афганистана Никита Мендкович.


© -

Обострение ситуации в любых постсоветских государствах, включая Центральную Азию, представляет угрозу и для России, уверен эксперт Центра изучения современного Афганистана Никита Мендкович.

- Первые месяцы 2015 года были отмечены резким ростом напряженности в Афганистане. Что послужило причиной такого развития событий?

- Ситуация действительно складывается непростая. В мае руководство МВД Афганистана официально признало, что в течение первых 15 недель года армия и полиция потеряли 4950 убитыми и ранеными против 2900 за тот же период 2014 года. В основном эти колоссальные потери были связаны с напряженными боями в северных провинциях. Наиболее тяжелая ситуация сложилась в апреле 2015-го в провинции Кундуз, граничащей с Таджикистаном, где талибы длительное время блокировали города и захватили большую часть сел. В результате существенно вырос риск террористических атак талибов и их союзников на территории Туркменистана и Таджикистана.

Одна из ключевых причин такого усиления афганской вооруженной оппозиции достаточно проста и связана с ростом численности боевиков. В 2014 году власти Пакистана начали агрессивную кампанию по выдавливанию вооруженной оппозиции из страны, что вызвало миграцию существенного числа боевиков Талибана и террористических организаций Средней Азии на север. По оценкам афганского управления национальной безопасности, в Северный Афганистан перебралось около 2000 боевиков. Кстати, преимущественно это выходцы из стран СНГ.

Также здесь играют большую роль логистические проблемы армии и полиции Афганистана. Военные и полийейские жалуются на то, что блокпосты, подвергающиеся атакам талибов, не могут вызвать подкрепление и в короткие сроки получить поддержку. В некоторых случаях это связано с отсутствием радиосвязи и нераспорядительностью местного командования, чаще – с проблемами матчасти, в том числе с дефицитом горюче-смазочных материалов, без которых подразделения оказываются парализованными.

- Как на рост напряженности повлиял вывод иностранных войск из Афганистана?

- Уровень участия западных военных в конфликте не уменьшается уже примерно 2 года. Более того, в последние месяцы он даже несколько вырос. Так что этот фактор уже давно не является решающим в общем ухудшении ситуации.

- На ваш взгляд, какое из приграничных с Афганистаном государств следует считать наиболее «слабым звеном», в наименьшей степени способным противостоять угрозе проникновения боевиков на его территорию?

- Пожалуй, это Туркменистан. Во многом из-за того, что это не слабое, а неизвестное звено. Он не дает какой-либо корректной информации, из-за чего можно строить самые плохие предположения. Очевидно, что туркмено-афганская граница не укреплена так хорошо, как граница Узбекистана. Она явно гораздо более прозрачная. Хотя, судя по поступающим сообщениям, недавно там стали тянуть колючую проволоку.

- Какова вероятность, что Туркменистан может стать главной точкой нестабильности в регионе Центральной Азии?

- Я бы не стал заходить так далеко. Повторюсь, пока это зона неизвестности из-за политики властей. Поэтому я не могу ультимативно говорить, что там все хорошо, или все плохо. Я уверен, что на текущий момент удар выдержит Узбекистан. Благодаря поддержке ОДКБ, то же самое можно сказать о Таджикистане.

- Но скорее всего, если ситуация всерьез обострится, нейтральный Туркменистан не сможет справиться с угрозой, опираясь только на свои силы. На какую помощь может рассчитывать это государство?

- Явочным порядком оно пытается сейчас обращаться к США. Вашингтон фактически отвергает эти просьбы, почти открыто заявляя, что существенной проблемы нет. Но такая реакция откровенно неконструктивна.

Возможно, будут какие-то обращения по линии ОДКБ, если ситуация обострится. Но в итоге единственный критерий истины – это практика. Только когда будут реальные проблемы, тогда мы сможем увидеть, как с ними справляется Туркменистан. Все-таки не стоит и принижать возможности этого государства. Оно давно вкладывает определенные средства в безопасность и оборону своих границ.

- Чем грозит России обострение ситуации в центральноазиатских республиках? Почему она должна уделять значительное внимание этому вопросу?

- Обострение ситуации в любых постсоветских государствах представляет угрозу и для России, в силу общности экономического и демографического пространства. Кризис или даже вооруженное противостояние, как показывает пример Украины, грозит потоком беженцев, расширением черного рынка оружия, создает риски появления вблизи российских границ баз экстремистских антироссийских организаций. Экстремистские группировки, действующие сейчас против республик Центральной Азии, уже участвуют в подготовке терактов против РФ. Примером может служить группа боевиков Исламского движения Туркестана (ИДТ), заброшенная в 2013 году в Москву с целью проведения терактов.

- Тогда какие меры противодействия угрозе афганских боевиков со стороны центральноазиатских республик и России, на ваш взгляд, были бы наиболее эффективными?

- Для России и Таджикистана, конечно, это сотрудничество по линии ОДКБ. Нужна разработка коллективной стратегии отражения угроз Талибана, а также Исламского движения Туркестана и ИГИЛ. Необходимо обеспечить военно-полицейский контроль приграничной полосы и отработку эффективного взаимодействия в рамках коллективных сил оперативного реагирования ОДКБ. Ну и, конечно, необходимо бороться с собственным экстремизмом и уделять очень большое внимание антиэкстремистской пропаганде.

Беседовала Татьяна Хрулева

Материал подготовлен в рамках совместного проекта с Фондом поддержки публичной дипломатии им. Горчакова.

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему ИГИЛ и «Талибан» объявили друг другу джихад

Президент Узбекистана обеспокоен ростом угроз со стороны террористов

Манилов: На пограничных со странами СНГ территориях Афганистана находится 4,5 тысячи боевиков