Невыносимая тяжесть капитализма

В ходе своего латиноамериканского турне папа Римский Франциск призвал изменить существующий глобальный экономический порядок. Он заявил, что когда капитал превращается в идола, «жадность к деньгам становится во главе социально-экономической системы».


© vatican.va

В ходе своего недавнего латиноамериканского турне папа Римский Франциск призвал изменить существующий глобальный экономический порядок. Во время пребывания в Боливии он заявил, что когда капитал превращается в идола и начинает управлять решениями людей, «жадность к деньгам становится во главе социально-экономической системы».

«Это разрушает общество, осуждает и порабощает мужчин и женщин, разрушает человеческое братство, это настраивает людей друг против друга, и, как мы ясно понимаем, это даже ставит под угрозу наш общий дом», — сказал понтифик. По его мнению, ненормально, что у многих сельскохозяйственных рабочих нет земли, у многих семей нет дома, у многих рабочих нет прав и множество людей лишены чувства собственного достоинства. «Мы хотим изменений, реальных изменений, структурных изменений. Эта система невыносима», - констатировал Франциск.

Такую, в общем-то, социалистическую, по сути, речь можно объяснить латиноамериканским происхождением самого Франциска, популярностью «теологии освобождения» в Южной Америке. Папа, впрочем, не раз от нее открещивался, хотя некоторые исследователи и продолжают утверждать, что он к ней близок. Между тем, течение, к которому его «приписывают» другие специалисты - Comunione e Liberazione («Общение и освобождение»), также в какой-то степени можно отнести к левому направлению в католицизме. В частности, оно предполагает критический взгляд на любой предмет или явление.

Конечно, лево-радикальные заявления, сделанные Франциском в Боливии, можно отнести и на счет режима этой страны, где уже много лет у власти президент-социалист Эво Моралес, подаривший, кстати, понтифику весьма двусмысленное распятие в виде серпа и молота.

Между тем, стоит намнить, что Франциск отнюдь не первый папа, который в острой форме ставит перед обществом социальные вопросы. 

Как тут не вспомнить папу Иоанна Павла II, который в своей энциклике (папское послание по важнейшим вопросам жизни общества) 1981 года «Совершая труд», больше известной в русском переводе как «Занимаясь трудом», - обозначил и даже предложил рецепт разрешения острейших социальных противоречий современности.

Прежде чем говорить о содержании этого, в высшей степени интересного документа, надо отметить, что Иоанн Павел II и в СССР, и среди коммунистов постсоветского периода считался отъявленным антикоммунистом.

Однако анализ текста энциклики «Занимаясь трудом» говорит о том, что это отнюдь не так - в антикоммунисты его зачислили по причине его критики системы государственного социализма, господствовавшей в СССР и других странах Восточного блока.

Между тем, на деле Иоанн Павел II вполне диалектически подвергает в этом документе критике не только советский социализм, но и либеральный капитализм. Для начала он отмечает, что «так называемый «рабочий вопрос» возник в 19 веке не по причине заговора «коммунистов», а естественным образом «в ходе развития человеческой цивилизации».

Труд для него, безусловно, имеет приоритет над капиталом: "Эта истина непосредственно касается самого производственного процесса, по отношению к которому "труд" всегда есть первичная, производящая причина, тогда как капитал или совокупность средств производства есть некий инструмент», - пишет он.

Несправедливость в отношении решения «рабочего вопроса» в индустриальную эпоху вызвала к жизни, писал Иоанн-Павел II, «совершенно правильную по своей сути социальную реакцию. Этот вопрос породил засверкавший, подобно молнии, великий подъем солидарности рабочих, и прежде всего промышленных рабочих». Понтифик убежден, что «с точки зрения социальной морали, реакция, направленная против несправедливой, причиняющей ущерб человеку и вопиющей к небу об отмщении системы, тяжким грузом лежащей на рабочих, была оправданной в период стремительной индустриализации».

Такому положению вещей, по его словам, «благоприятствовала либеральная социально-политическая система, которая … обеспечивала экономическую инициативу исключительно держателей капитала и недостаточно заботилась о правах трудящихся, т.к. полагала, что человеческий труд - лишь орудие производства, а капитал - основа, условие и цель всего производственного процесса».

Папа дает вполне себе марксистское определение основного социального конфликта нового времени: «Речь идет о конфликте между малочисленной, но весьма влиятельной группой предпринимателей, владельцев средств производства, и множеством людей, лишенных этих средств производства и участвующих в производственном процессе лишь посредством своего труда. Этот конфликт возник из-за того, что рабочие вынуждены были отдавать свои силы в распоряжение предпринимателей, а предприниматели, руководствуясь принципом наибольшей выгоды, старались удержать объем заработной платы на возможно более низком уровне».

Искушенный читатель, конечно, может разглядеть в писаниях папы некоторые поверхностные суждения о марксизме. В частности, он утверждал, что по марксизму «классовая борьба есть единственное средство, с помощью которого можно уничтожить классовые несправедливости общества, уничтожить сами классы». Что не вполне соответствует действительности. Марксизм просто констатирует, что классовая борьба естественный результат наличия разных классов, имеющих различные интересы, и, в конечном итоге, она неизбежно влияет на изменение общества.

Папа, конечно, против того, чтобы противопоставлять друг другу владельцев средств производства и рабочих, хотя и признает наличие антиномии (от греч. antinomia — противоречие в законе) «между трудом и капиталом». В рамках этой антиномии «труд отделен от капитала и противопоставлен ему».

Он также констатирует, что это противоречие, «эта антиномия была порождена не только философией и экономической теорией восемнадцатого века, но, прежде всего, социально-экономической практикой той эпохи». «В основе этого трудного исторического процесса с самого начала лежит проблема собственности», - вслед за Марксом пишет папа.

Пытаясь вернуться к социальным корням первоначального христианства, Иоанн-Павел II говорит, что церковь только тогда сможет продемонстрировать «доказательство своей верности Христу», когда станет поистине «Церковью бедных». При этом он разоблачает идею о том, что бедность преимущественно является результатом лености и других пороков людей: «...Во многих случаях бедные появляются вследствие насилия над достоинством человеческого труда: либо из-за уменьшения рабочих мест..., либо из-за пренебрежения самой ценностью труда и правами, с ним связанными, особенно правом на справедливую оплату труда, на социальное обеспечение рабочего и его семьи».

Несмотря на противопоставление Иоанном Павлом II учения церкви о собственности «косному капитализму» и «коллективистскому» марксизму, обращает на себя внимание то, что он не против «обобществления» средств производства как такового. Главное, по его мнению, чтобы человек при этом не чувствовал себя винтиком: «Необходимо отметить, что простого изъятия из частных рук средств производства (капитала) недостаточно для того, чтобы обобществление этих средств произошло удовлетворительным образом. Ибо, перестав быть собственностью отдельной социальной группы, выйдя из-под контроля частных владельцев, эти средства станут собственностью организованного общества, переходя таким образом в административное ведение, под непосредственный контроль другой группы людей, которая, не будучи собственницей этих средств, тем не менее, в силу власти, которой она обладает в обществе, будет располагать ими в общенациональном… масштабе».

Критика системы государственного социализма, которая присутствовала в этом и других местах этой энциклики, видимо, и стала причиной огульного обвинения Иоанна Павла II в «антикоммунизме» со стороны советской номенклатуры и ее наследников. Между тем, нельзя не заметить, что эта критика была совершенно справедливой.

«Эта осуществляющая управление и несущая на себе тяжесть ответственности группа может... удовлетворительным образом решать стоящие перед ней задачи; но это не удастся ей в том случае, если она посягнет на монополию в плане административном, попытается присвоить себе средства производства, не останавливаясь даже перед ущербом, который будет нанесен в этом случае основным правам человека. Таким образом, превращение средств производства в собственность государства... само по себе не означает обобществления этой собственности. Об обобществлении можно говорить лишь в том случае, если в обществе, в котором оно происходит, личность не терпит при этом никакого урона. Это означает, что каждый, в силу своей причастности к труду, считается в полном смысле слова совладельцем того великого предприятия, на котором он трудится вместе со всеми», - писал папа, добавляя, что «трудящийся желает не только получить вознаграждение за свою работу. Он хочет также, чтобы в самом ходе производственного процесса ему дали возможность ощутить, что, даже трудясь на обобществленном предприятии, он все же работает "ради самого себя". В чрезмерно централизованной бюрократической системе... трудящийся ощущает себя скорее винтиком в огромном механизме, направляемом сверху, и... простым орудием производства, нежели подлинным источником труда, наделенным творческой инициативой».

Отметим, что эта энциклика папы по времени совпала с массовыми забастовками рабочих в Польше в 1980-81 годах и произвела тогда большое впечатление на тех, кто искал пути выхода из тупика советского «развитого социализма».

Недавнее выступление папы Франциска, как и само его восшествие на святой престол после скандального отречения его откровенно правого предшественника папы Бенедикта XVI, совпадают с общим левым трендом в мировой политике. Достаточно вспомнить, что во главе крупнейшей страны Запада уже второй срок подряд находится президент, которого его оппоненты иначе как леваком не называют, что ряд латиноамериканских стран также возглавляют политики левого толка, а генсеком НАТО является социал-демократ.

Впрочем, стоит признать, что все это лишь внешние симптомы «левизны», которые пока никак не влияющие на разрешение основного противоречия современного мира: между трудом и капиталом.

Александр Желенин