За МКАД – с чистой совестью?

Какие бы силы ни пришли к власти в Москве, им в любом случае предстоит решать не романтические вопросы о цветах флага, а вечные и тяжелые проблемы, которые с них никто не снимет. В частности – как наделить жильем городских очередников?

У этого вечного вопроса в последнее время появились "новые подвопросы". А именно: можно ли давать очередникам жилье в Подмосковье? Или, пусть, не в Подмосковье, но в формально-столичных районах за чертой МКАД? А если в Подмосковье – то, в каком радиусе?

Процесс находится в стадии законодательной утряски. Так, в Государственной думе еще в мае были приняты в первом чтении поправки к статье 57 Жилищного кодекса РФ, касающиеся специально очередников Москвы и Санкт-Петербурга. Именно мэриям двух столиц этот документ разрешает предоставлять очередникам жилье на территории соответственно Московской и Ленинградской областей. Естественно, в связи с катастрофической нехваткой свободных территорий в самих столицах.

Все же, в наибольшей степени судьба очередников будет зависеть не от федерального парламента, а от мэрий и городских заксобраний. В Москве последний раз данный вопрос на высоком уровне обсуждался 28 сентября на пресс-конференции первого заместителя мэра Людмилы Швецовой.

"Сегодня в Москве на очереди стоят 146 тыс. 460 семей. Очередь продвигается медленнее, чем хотелось бы: ежегодно мы улучшаем условия порядка 35 тысяч семей. Из них около 20 тысяч переселяется из пятиэтажного, ветхого, аварийного жилья. Остальные получают жилье по очереди, — отметила Людмила Ивановна. — Программы предоставления жилья за пределами МКАД реализуются исключительно на добровольной основе. Если человек хочет решить жилищные проблемы быстрее, чем подойдет очередь, он может ею воспользоваться. Никого принудительно за пределы Москвы не выселяют".  

"Наиболее удаленные населенные пункты, в которых получают квартиры очередники-москвичи — это города Чехов и Подольск, подавляющее большинство квартир выделяется в городах, удаленных от Москвы на 10-15 километров", — подчеркнула Швецова.

Здесь можно отметить, что, вообще-то, Чехов и Подольск – это "две большие разницы", общего между ними только то, что оба городка – по Курской дороге. Подольск – это ближнее Подмосковье, в радиусе часа езды на электричке, большая часть Подольска и сейчас работает в Москве. Чехов – это Подмосковье достаточно дальнее, там и природа получше, в свое время Антон Павлович Чехов очень радовался, что купил там имение, "Вишневый сад" -  как раз про те места.

Но дело не в этом. Главное: первый заместитель мэра признает, что квартиры в области очередникам таки-предлагаются. И при этом жестко оговаривается: добровольно. Ну, а что касается территорий "в Москве, но за МКАД", то про них уже давно известно, что, например, в Щербинке (ее московской части) или в Некрасовке, на бывших Люберецких полях аэрации, новые квартиры очередникам предлагают активно.

Корреспонденту "Росбалта" удалось отыскать нескольких таких очередников. Но от интервью, даже на условиях анонимности, все они категорически отказались. Причина проста: очередники согласились на предложенное, очень довольны и теперь не хотят "раскачивать лодку". Что ж, если люди действительно едут на новоселье с легким сердцем, за них можно только порадоваться. Правда, к чему бы тогда секретничать? Но наверняка будут и недовольные, которые не станут молчать.

В Интернете можно найти менее радостные примеры. Например, такие:

"Семья, состоящая из трех женщин – бабушки, дочери и внучки, занимает две комнаты в трехкомнатной коммунальной квартире. Старшая – очередница, участница Великой Отечественной войны, включенная в план обеспечения площадью в этом году. И – наконец-то – однокомнатная квартира ей уже предложена. Но… в Щербинке, которая так далека от привычного старого района – улицы Марии Ульяновой.

"Мама – пожилой человек, для нее в Щербинку, как в другую страну одной ехать, – озвучивает настроения семьи Нина Анатольевна. – Хотелось бы вместе все-таки. Может быть, нам дадут квартиру, пусть за выездом, не новую, но на всех троих, а мы свою площадь сдадим?"

"Жилая площадь предоставляется только очередникам, а дочь и внучка на очереди не стоят. Поймите, мы не можем бесплатно предоставлять площадь, рыночная цена которой сейчас $5-6 тыс. за квадратный метр, неочередникам, – терпеливо объясняет инспектор. – Нет у города таких ресурсов. Но вы можете взять предлагаемую квартиру, а потом заняться ее обменом. Квартиру в Щербинке и две комнаты на улице Марии Ульяновой вполне реально обменять на что-то вполне приличное".

"Не поеду я в Щербинку, не поеду… – качает головой Пелагея Ивановна".

Московские власти сделали еще одну оговорку. В городском законе "Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения" прописана норма "три плюс два": в первый год очереднику предлагаются на выбор три варианта жилья, в случае отказа, на следующий год – еще два, а затем, в случае полного отказа – он вычеркивается из очереди. Так вот, уже сказано, что подмосковные варианты станут лишь дополнением к столичным "трем плюс двум".

"Если не внести поправки в этот закон города, а принять лишь федеральный закон, то может получиться, что в первый раз москвичу предложат квартиры в Химках, Балашихе и Реутове, — говорил еще минувшей весной заместитель председателя комиссии Мосгордумы по городскому хозяйству и жилищной политике Валерий Скобинов. — А на следующий год — еще в паре каких-нибудь городов области. Стоит человеку заупрямиться, как он вообще потеряет право на улучшение жилищных условий. Это на руку недобросовестным чиновникам".

"Поэтому, — продолжал депутат Скобинов, — совместно с Департаментом жилищной политики города Москвы мы подготовили поправки в 29-й городской закон, согласно которым, варианты жилья в Подмосковье не будут считаться по действующей формуле. То есть формула "три плюс два" действует лишь при условии, что все предлагаемые варианты квартир очереднику находятся в черте Москвы. Варианты же квартир в Подмосковье — это лишь дополнительная услуга. Ее могут предлагать, но соглашаться на нее под страхом потери места в очереди никому теперь не придется".

Как видим, все очень дипломатично и гуманно. Однако, — и на это уже указывали представители оппозиции, например, Галина Хованская, — человека всегда можно поставить перед выбором между очень плохим и абсолютно неприемлемым. Предложить пять вариантов один другого хуже – задача элементарная.

Оппозиция уже высказывает свое мнение вполне четко. "Во-первых, — пишет секретарь ЦК КПРФ Борис Кашин, — государство якобы выполнит свои социальные обязательства, во-вторых, расчистит пространство под элитную застройку, ещё более закрепив за двумя столицами статус "городов для богатых", и в-третьих, "своим" строительным фирмам будет открыт доступ к бюджетным ресурсам… Закон ещё не принят, а 17 тыс. 667 квартир за Московской кольцевой дорогой уже ждут новоселов. Видимо, кризис спутал карты бизнесменов, и предназначенная для продажи жилплощадь оказалась невостребованной. Вот под эти квадратные метры и был состряпан документ".

Есть еще один аспект, который отметила депутат Государственной думы Оксана Дмитриева. По ее мнению (весьма правдоподобному), поправки в Жилищный кодекс "пролоббированы крупными строительными холдингами". Таким образом, считает депутат, "чиновникам удастся существенно сэкономить на расселении, а строительные компании окажутся в выигрыше, так как себестоимость строительства на периферии несравненно ниже, чем в столицах".

Оксана Дмитриева делала свои выкладки для Санкт-Петербурга, где еще много осталось коммуналок в историческом центре. Депутат особо беспокоится, что после опустения питерских "дворов-колодцев", "разрушать город станет намного проще". Но и Москве тут есть, что принять на свой счет.

И, наконец: коль скоро речь идет о переселении в Подмосковье – то куда конкретно? Московская область большая, и Чехов – еще далеко не самый отдаленный уголок ее. В Интернете есть неподтвержденная информация о том, что Москва покупает или уже купила куски территории в Красногорском, Одинцовском, Домодедовском, Дмитровском и Солнечногорском районах, — авторы подчеркивают, что это все глубоко засекречено. Указанные районы – довольно ближние – впрочем, не все. Опять же, "район" — тоже понятие широкое.

Жить на природе, положим, хотели бы многие, — а вот как на работу ездить? А как будет обстоять дело у переселенцев с "лужковскими доплатами" к пенсии? Пока все это совершенно неясно.

Главное же: вопрос о том, действительно ли в самой Москве категорически нет места для очередников, — это вопрос, на который невозможно получить ясный и, если уж не всех устраивающий, то хотя бы всем понятный ответ. То, что Москве самой в себе тесно, — знают все. Но, — так ли уж нельзя потеснить инвесторов, строящих коммерческое жилье для богатых? Может быть, что и нельзя, — городская бухгалтерия не сойдется. Может быть, на самом деле, в Москве надо вообще заканчивать строительство, потому что город в пробках задыхается.

Но вынести приемлемое для общества решение по таким сложным и чувствительным вопросам в условиях секретности невозможно. Более того, незрелая молодая демократия — тоже не самый лучший здесь помощник. Общественный контроль развивается медленно. А жилищный вопрос многим из нас надо решать сейчас.

Леонид Смирнов