Мигранты, которых мы упустили

Москва вновь озаботилась национальным вопросом, высказав  намерение адаптировать уже имеющихся мигрантов и жестко регулировать приток новых. Однако сколь-нибудь внятных мер очередной презентованный документ не содержит.

В недрах столичного Комитета межрегиональных связей и национальной политики подготовлен масштабный документ под названием "Концепция реализации государственной политики в сфере межэтнических отношений в городе Москве". Как заметила корреспонденту "Росбалта" пресс-секретарь комитета Юлия Вайдукова, "это документ идеологический", и на его основе будут приниматься и корректироваться "городские целевые программы" в сфере нацполитики, если, конечно, концепцию одобрит столичное правительство.

Надо заметить, что ставшие известными СМИ фрагменты документа особого оптимизма не вселяют. Это касается как самой описываемой ситуации, так и предложений по тому, как следует в ней действовать.

Москве помогут мигранты?

"В настоящее время русские составляют 84,5% населения Москвы, и существует тенденция к изменению пропорций в этническом составе города", — говорится в документе. А всего в столице живет 10,4 млн человек, но фактически дневное население столицы, включая трудовых мигрантов, приближается к 15 млн человек.

Отмечается, что в столице стали выделяться районы с некоренным населением: "процессы анклавизации вьетнамцев, китайцев, выходцев из Закавказья и некоторых других этнических групп идут достаточно активно, что представляет определенную опасность возможного ускорения процесса сегрегации наименее адаптированных к московскому мегаполису мигрантов".

Кроме того, как утверждается в документе, две трети горожан ощущают угрозу утраты ценностей московской культуры.

И вот на этом фоне заявлено, что "в обозримом будущем миграция может стать единственным источником восполнения естественной убыли населения", поскольку "прирост численности населения Москвы до 2025 года будет сопровождаться сокращением трудоспособного населения".

Так меньше или больше?

Не совсем понятно, правда, как данный посыл соотносится с недавними высказываниями мэра столицы Юрия Лужкова. "У нас получается так: квоты мы сокращаем, а количество мигрантов не сокращается. И они занимаются или в лучшем случае какими-то случайными подработками, то есть получают случайную зарплату на случайных рабочих местах, или занимаются гастролированием, разбоями, воровством, чем угодно. Нам такой ситуации в городе не нужно! А речь идет о Москве — наиболее притягательном городе для появления здесь мигрантов", — заявил градоначальник.

Кстати, по инициативе Лужкова в проект трехстороннего соглашения между правительством Москвы и объединениями профсоюзов и работодателей на 2010 год была внесена уменьшенная квота на мигрантов. Согласно документу, в 2010 году столица примет на работу не более 200 тысяч мигрантов, что на 50  тысяч меньше, чем предполагалось  ранее.

И все же концепция утверждает, что ставку в восполнении трудоспособного населения власти все же собираются делать на мигрантов. А чтобы Москва стала "инвестиционно привлекательным регионом" и "городом национального успеха России в XXI веке", необходимо развивать "межнациональное согласие" и предупреждать "этнополитическую напряженность". Решать эти задачи предлагается с помощью реализации 11 направлений. Однако, что скрывается за набором следующих далее фраз, предположить трудно.

Старые песни на новый лад

Как известно, Москва (в отличие от федерального центра) проблемами мигрантов заниматься пытается. В городе не первый год реализуется комплексная программа "Столица многонациональной России". Ее цель – формирование благоприятного климата в отношениях между представителями различных национальностей. Основные приоритеты – адаптация детей мигрантов, работа с молодежью и СМИ.

Есть и свое ноу-хау: основной упор делается не на работу  с национальными меньшинствами, а на большинство, из среды которого и выходят, как правило, скинхеды и другие экстремистски настроенные группы. Но, к сожалению, показы народных танцев и дегустации блюд национальной кухни, на которые с удивительным упорством делают ставку составители адаптационных программ, делу не сильно помогают.

И все же, не отрицая движения в этом направлении, нельзя не признать что городские власти либо осознанно, либо по роковому стечению обстоятельств отпустили ситуацию слишком далеко.

В прошлом году, в связи с кризисом, миллионы москвичей серьезно задумались о том, что в городе постоянно находятся то ли миллион, то ли два миллиона преимущественно физически крепких молодых мужчин, закаленных тяжелым трудом и порядком озлобленных обращением работодателей. Мужчин, которых с коренным населением Москвы не связывает ничего – ни язык, ни гражданство, ни общая история с культурой, ни внешность. Львиная часть этих людей работала на стройках, большинство – нелегально. Что будет, если они потеряют работу, не мог предсказать, пожалуй,  никто. Ситуация создавалась годами. Ее озвучивали, но не решали: строительство – очень прибыльный бизнес.

Еще один момент: на протяжении многих лет столичная милиция (преимущественно русская по национальности) притесняла всех, кого можно так или иначе назвать "гостями с Кавказа и Востока". Несмотря на такой пристальный интерес, Москва переполнена мигрантами-нелегалами. А в "липовых" регистрациях уже, наверное, не могут разобраться ни сотрудники правоохранительных органов, ни "доброхоты" из паспортных столов. И совершенно неясно, как с этим предполагают справляться авторы концепции. Ее положения выглядят запоздавшими и недостаточно эффективными, хотя цели задекларированы благие.

Власти полны решимости "создать условия для общественно полезной интеграции и адаптации мигрантов", провозглашают задачей "сокращение теневого рынка труда, противодействие возникновению анклавных рынков труда". И не намерены "допускать политизации межэтнических отношений", а в школах хотят проводить "уроки интернационального воспитания".

В области информационной политики планируется "развивать интернациональное сознание" и производить "позитивные информационные продукты". От журналистов требуют "соблюдения этических норм в вопросах освещения межэтнических отношений", укрепления имиджа Москвы "как города межрелигиозной толерантности", а от милиции – контроля за упоминаниями в СМИ о национальности правонарушителей.  

Предложено также создать систему мониторинга. Она предполагает ведение реестра, где будет содержаться и постоянно обновляться информация о региональных, федеральных национальных союзах, существующих на территории Москвы, о филиалах и представительствах подобных сообществ.

Обозначено намерение анализировать  настроения общества по национальному вопросу. Милиция, как следует из документа, предоставит статистику правонарушений, совершенных по национальным и этническим мотивам.

К сожалению, все это напоминает пресловутую сказку про белого бычка, и лишь укрепляет уверенность обывателя в том, что сколько-нибудь серьезной национальной политики не проводится.

Правда, как отметил Михаил Соломенцев, председатель комитета межрегиональных связей и национальной политики, революционных решений в концепцию и не закладывали.  "Нельзя сказать, что положения концепции открывают что-то принципиально новое относительно действующей политики Москвы. Но мы уточняем терминологию, полномочия участников — в частности, межведомственных групп, созданных по инициативе комитета, а также предлагаем критерии оценки эффективности нашей политики. Мы попытались выстроить систему — взамен спонтанных и не всегда взаимоувязанных решений", пояснил Соломенцев.

Возможно, эта нормальный подход при создании любой концепции. Но в Москве проблема стоит слишком остро, поэтому и возникает вопрос: когда же появится комплекс мер, способных действительно кардинально изменить ситуацию?

Как надо строить отношения с мигрантами?

Как следует правительству Москвы строить национальную политику, пусть даже и с опозданием? С таким вопросом корреспондент "Росбалта" обратился к трем экспертам, представляющим различные течения в российском обществе.

"У правительства Москвы гораздо меньше выбора, чем у федерального, — отметил вице-президент Центра политических технологий Сергей Михеев, принадлежащий к умеренно-правому крылу русского социума. – Российская Федерация всегда проводила политику открытых дверей и замещения местной рабочей силы мигрантами под лозунгом рыночной экономики. Москва повторяла этот путь".

Сергей Михеев выступает за привлечение российских работников из других регионов, а в общенациональном масштабе – за возвращение в страну соотечественников – русских, украинцев и белорусов, у которых и язык родной, и квалификация выше. По мнению Михеева, лучше всего решить национальный вопрос могла бы модернизация – в том числе и Москвы – развитие передовых производств в столичных промзонах, куда потянулись бы  образованные работники.

Но политолог с грустью отмечает, что в условиях "примитивного понятого капитализма" это вряд ли реализуемо, тем более, "в кризис, когда опять экономия на первом плане". Так что дешевые мигранты на ближайшее время нам гарантированы.

О том, что национальная политика – дело, прежде всего, федерального руководства, говорил и директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий, имеющий репутацию европейского социалиста. Он призывает изучать опыт европейских стран – но не таких, как Франция, где мигранты жгут Париж, а таких, как Финляндия, Канада и Австралия.

Именно там, по оценке Кагарлицкого, умеют проводить действительно удачную национальную политику. Так, в Канаде принимают по 250 тыс. иммигрантов в год и очень грамотно их распределяют по стране, туда, где есть и рабочие места, и жилье.  "Но это не дело московского руководства в одиночку", — подчеркнул Кагарлицкий.

Либеральный независимый политолог Дмитрий Орешкин заметил: "Сейчас главное не то, жесткие или либеральные будут законы, — должны быть хотя бы просто законы!" По словам эксперта, сейчас все национальные отношения в Москве пребывают в теневом секторе. "Рынки "крышуют" не только азербайджанцы, но и отдельные чиновники, — напомнил Орешкин. – И любая национальная диаспора в городе прекрасно знает, сколько надо собрать денег, чтобы выкупить из милиции своего человека, если таковой ей нужен. А нет, — пусть пропадает".

По мысли Дмитрия Орешкина, следовало бы созвать постоянно действующую конференцию всех национальных диаспор Москвы и вести в ее рамках гласный, публичный диалог обо всех насущных проблемах. Но пока, отмечает политолог, слишком многим в столице выгодна теневая жизнь нелегальных мигрантов с грошовой зарплатой "вне налоговой сферы". И победить это будет очень непросто, даже при всем желании.

Неоспоримо одно – если огромное количество приезжих является реалией московской жизни, то необходимо ввести их в правовое поле города, обеспечить удовлетворяющим санитарным нормам жильем, предоставить возможности для медобслуживания и образования. Учитывая особую притягательность столицы для приезжих, безусловно, городской бюджет (без помощи федерального) с этим может не справиться.

Власти срочно необходимо выяснить, сколько мигрантов (это относится ко всем приезжим) в настоящее время находится в городе. Диаспоры должны активно включиться в этот процесс, как и в процесс адаптации приезжих к новым условиям жизни. В этом мог бы помочь и элементарный справочник для мигрантов, который бы содержал сведения об устройстве столичной городской жизни, законодательные нормативы, а также необходимый свод принятых норм поведения. Массовое издание такой брошюры могло бы быть предусмотрено городской программой помощи приезжим.

Но дело не только в проблемах адаптации мигрантов к новому образу жизни и в отношении к ним общества. Дело в том, что сегодня многими чиновниками и бизнесменами Москва воспринимается исключительно как  источник добывания денег. Зачастую в расчет не принимаются не только интересы приезжих, но и интересы коренных москвичей. Но если  новоявленные жители столицы, изначально настроившиеся на трудности, воспринимают это как  одну из неотъемлемых  составляющих новой жизни, то москвичи, начав искать причину, идут по самому простому пути — обнаруживают "врага", причисляя к его рядам тех, кто на них не похож.

И именно эту ситуацию необходимо менять в первую очередь.

Елена Дудина, Леонид Смирнов