Москве нужны другие границы

Предложение создать столичный федеральный округ породило множество вопросов. О возможном развитии событий рассуждает председатель подкомитета по реформированию ЖКХ комитета Госдумы по строительству и земельным отношениям Галина Хованская.

Предложение переселить федеральных чиновников из Москвы в область, прозвучавшее из уст президента России и тут же поддержанное столичным мэром, повисло в загазованном пока воздухе. Значит ли это, что Первопрестольная «окрепнет» по всему периметру? До каких пределов она будет разрастаться? И что все это сулит населению? «Росбалт» обратился за ответами к председателю подкомитета по реформированию ЖКХ комитета Госдумы по строительству и земельным отношениям Галине Хованской.


- Галина Петровна, из выступлений Медведева и Собянина было не совсем ясно, ограничатся преобразования административно-управленческими лакунами для чиновников или нас ожидает физическое расширение московских границ?

- В настоящий момент речь идет о создании в перспективе финансового центра, который, видимо, построят в западном направлении – в районе Сколково. Туда собираются перевести – об этом было четко заявлено – многие федеральные учреждения (в том числе, возможно, и министерства), что, в общем-то, существенно разгрузит центральную часть города, которая сейчас находится в очень и очень напряженном состоянии в плане транспорта. Отсюда, естественно, и неприемлемая экологическая обстановка, и пробки, и проч. и проч. Это направление будет реализовано точно. Кудрин (Алексей Кудрин, министр финансов РФ – Росбалт) даже сказал, что собирается продать освободившиеся здания в центре, чтобы компенсировать финансирование переезда.

В остальном пока ясности нет. Между властями Москвы и Московской области достигнуто соглашение о присоединении к столице части Люберецкого района – Люберецких полей аэрации. Но это, мягко говоря, не самый престижный район. И не сильно он нужен Московской области. Да, придется вложить действительно большие средства, чтобы привести эту территорию в нормальное состояние. Как в свое время – Марьино, гнилой совершенно район, в который не хотели ехать наши очередники, но который впоследствии превратился в хороший современный благоустроенный зеленый уголок. Вот о строительстве социального жилья на Люберецких полях аэрации идет конкретный разговор. Все остальное – версии.

- И все-таки: какие еще населенные пункты могли бы войти в состав Москвы? В каком направлении она, на ваш взгляд, будет разрастаться?

- Я думаю, если об этом и зайдет речь, то говорить, скорее всего, будут о восточном, юго-восточном и южном направлениях, которые тоже не очень престижны. Это, к примеру, Балашиха, Люберцы, которые я уже назвала, Котельники. От таких благополучных районов, как Красногорск или Одинцово, подмосковным властям отказываться достаточно сложно. Если только Одинцово не поглотит федеральный центр. Что же касается Красногорского района, то туда из самого центра Москвы уже переехало правительство Московской области, освободив на Старой площади часть здания. Я бы сказала, что и Московская областная дума, которая в настоящий момент располагается на Проспекте Мира, тоже должна переехать в область: это улица очень часто бывает загруженной. Кстати, стоит отметить, место, которое занимает МГД – самый центр столицы – тоже очень зажато. Особенно с учетом увеличения числа депутатов с 35 до 50.

Но надо понимать, что любое преобразование, даже присоединение отдельных районов, приведет к еще одному эффекту: должны быть избраны или переизбраны органы представительной власти. И если областной думе выборы предстоят в конце года, то Московская городская дума избиралась не так давно и на срок в пять лет.

Москва – огромный мегаполис численностью населения в 11 с половиной миллионов. Объединить его с Подмосковьем – значит создать неуправляемого монстра. Но какие-то выходы искать все-таки надо: мы сегодня просто окружены областью и не можем расти. А это создает трудности для строительства социального жилья, для очередников, перед которыми у города есть обязательства.

- Насколько остро стоит проблема их расселения?

- Очень остро. Но Мосгордума ее решает, мягко говоря, не оригинальным способом, противоречащим интересам москвичей: не построив ни одного квадратного метра, у нас снимают с учета очередников, проживающих в квартирах коммунального заселения. Общежития бывших предприятий домами включают в жилищный фонд города, а людей, которые по 18-20 лет надеялись получить отдельную квартиру, снимают с учета, потому что у них общая площадь комнаты - 18 метров. Я считаю, это абсолютно античеловечная норма. В свое время, когда я была депутатом МГД, мы в законодательстве предусмотрели норму о том, что из квартир коммунального заселения не снимают с учета до обеспечения отдельной квартирой. Сейчас этой нормы нет. Это просто варварство по отношению к москвичам, которое сложно оправдать.

Кроме того, совсем недавно Московская городская дума провела еще одну, с моей точки зрения, негуманную акцию в отношении москвичей. Теперь уже речь идет о переселенцах сносимых домов. Отменена норма, которая при переселении предусматривала улучшение жилищных условий. Причем даже для очередников: если их нет в плане на текущий год, им предоставляют аналогичное жилье. Из коммуналки в коммуналку переселяют. Из однокомнатной квартиры, где пять-шесть человек живет, заселяют в однокомнатную же квартиру. И ссылаются при этом на Жилищный кодекс, в котором так и написано: «равнозначное жилье».

Ликвидирована (тоже со ссылкой на ЖК) категория долгожителей московской коммуналки, которая давала право долгожителям города, проживающим в условиях коммунального заселения, решить квартирный вопрос в первоочередном порядке. Это лицемерие, наглое искажение действительности. Любое улучшение может быть предусмотрено в законодательстве субъекта Федерации за счет средств бюджета субъекта Федерации. А вот хуже, чем в Жилищном кодексе, нельзя написать. И только в этом случае нужно приводить региональный закон в соответствие с федеральным.

При всем при этом Жилищный кодек сейчас как раз меняет направление в этой части: в нем уже сделаны изъятия относительно переселения из домов, которые отдают церкви. А недавно мы внесли предложение о том, чтобы хотя бы очередникам предоставляли социальное жилье по нормам. Т.е. федеральное законодательство идет в сторону граждан, а московское – в прямо противоположную. Как правило, инициатором подобных поправок выступает департамент жилищной политики, а в Мосгордуме просто берут под козырек.

- Помимо сомнительных законов есть одна очевидная беда, с которой мы начали разговор: нехватка земель. По крайней мере, в этой части расширение московских границ поспособствует улучшению ситуации?

- Несмотря на эту нехватку, «дособянинское» правительство, как вы, наверное, помните, предоставляло самые хорошие площади под коммерческую застройку. Их можно было использовать для расселения тех же пятиэтажек в районах старой Москвы. Однако туда переселялись не москвичи и тем более не очередники: приезжали богатые люди из регионов, увеличивая численность городского населения.

Но расширение для очередников – да, это благо. Освоят те же Люберцы – замечательно: район включат в состав Москвы, все социальные стандарты сохранятся. У нас ведь сейчас только по программе социального жилья предоставляют квартиры в пределах городской черты. По всем остальным программам льготного приобретения жилья их предоставляют исключительно в области. Причем ближнее Подмосковье уже освоено: в Химках жилье не дают, в Долгопрудном не дают, в Мытищах не дают. Теперь предлагают такие варианты, как, скажем, Ногинск и Чехов.

- Как должна быть обустроена инфраструктура в новой Москве? Как решать проблему пробок и больших расстояний?

- Власти обещают содействовать развитию транспортных коммуникаций. В силу натянутых взаимоотношений прежнего руководства Москвы и Московской области многие проблемы не решались. Сейчас контакт нормальный, как я вижу. Идет нормальное обсуждение возможных решений в интересах жителей и столицы, и области. Кстати, согласно опросам населения, большинство из них выступает за расширение границ. Но лично я, подчеркну, против полного слияния Москвы и области.

И потом надо не забывать о том, что у нас разные структуры власти. Это еще одна проблема, о которой мы пока не говорили. В Москве у муниципальных образований практически никаких полномочий нет, кроме опеки и попечительства, спорта и…ну и все. А в области каждое муниципальное образование имеет в том числе и свои нормативные акты, и свои правила постановки на учет и предоставления жилья - вплоть до того, что там размер субсидий по оплате коммунальных услуг может колебаться от района к району. В Москве это единый городской закон, и тут не дернешься. У нас разные законы. Не кардинально, но ощутимо они отличаются. Есть и доплаты к пенсиям.

- Учитывая сказанное выше, насколько длительным может быть процесс раздела территорий с областью? Когда у нас появится определенность?

- Все зависит от политической воли федеральных, московских и областных властей. Но в первую очередь – от политической воли федеральных властей. Эти вопросы тесно связаны с законодательством, с формированием представительных органов в Москве и Московской области. Вплоть до того, что, если решено будет присоединять ряд районов, надо будет проводить референдум. Сегодня речь идет все-таки о локальных процессах. Одно дело – вывод федеральных структур за черту города и создание отдельного федерального округа. И совсем другое – изменение границ.

Но все зависит, еще раз повторюсь, от политической воли. Некоторые проекты у нас «висят» по несколько лет (так, например, было с моими поправками в Жилищный кодекс, которые прошли первое чтение, а потом «застыли» на четыре года). А какие-то - по указанию президента или премьера - проводятся за десять дней, с космической для законов скоростью.

Беседовала Дарья Миронова