России грозит ювенальный террор

В Финляндии насильственно разлучены с русскими родителями 35-40 детей, в Норвегии – 15, во Франции – 20, в Германии помощи просят родители тысячи детей. Это похоже на массовое изъятие детей за рубежом. Не грозит ли нам повторение этой ситуации в России?


© Фото Дарьи Мироновой

Пока в России нет полноценной ювенальной юстиции, но в других странах ее плоды уже ощутимы. В Финляндии сегодня насильственно разлучены с русскими родителями примерно 35-40 детей, в Норвегии – 15, во Франции – 20, а в Германии за помощью к российским властям обратились родители как минимум тысячи детей, которые были отняты органами опеки. Эти цифры свидетельствуют о том, что ситуация уже вышла за рамки локального семейного вопроса, и все больше смахивает на массовое изъятие детей за рубежом. И не грозит ли нам вмешательство ювенальной юстиции в дела семейные уже в России?

Ирина Бергсет, координатор общественного движения "Русские матери. Россия", год назад сама пострадала от действия ювенальной юстиции в Норвегии. В 2005 году она вышла замуж за норвежца и вместе с сыном Александром перебралась в чужую страну. В 2007 году в браке родился еще один ребенок. Отношения в семье не сложились и супруги развелись. Дети остались с матерью, но младший сын мог встречаться с отцом. После одного из визитов четырехлетний мальчик рассказал матери о странных играх в ванной, которые предлагал ему папа. Ирина обратилась за помощью в полицию, но вместо того, чтобы разобраться в ситуации и оградить ребенка от домогательств, органы опеки просто забрали детей у матери. Младшего отдали отцу, а старшего поместили в приемную семью. Саша, которому тогда было 13 лет, сбежал от приемных родителей в Россию, Ирина поехала вместе с ним. 13 октября 2011 года благодаря помощи Павла Астахова они добрались домой.

О судьбе младшего сына она ничего не знает и по сей день: ей запрещены свидания и даже телефонные разговоры. По словам Бергсет, основная проблема в том, что мальчик, родившись в смешанном браке в Норвегии, не имеет российского гражданства, поэтому забрать его в Россию нельзя.

Подобные истории, по словам координатора движения, происходят не только в Норвегии, но и во многих других странах: Финляндии, Канаде, Австралии, Новой Зеландии, Дании, Бельгии, Италии, Франции, Германии, Австрии, на Кипре, на Мальте, в Англии, Нидерландах, Турции и Америке… Список можно продолжать долго.

Чтобы забрать детей у русских родителей зачастую используется конфликт культур. «Девочка приходит в школу и говорит, что мама попросила ее помыть руки (что в Норвегии не принято), учитель воспринимает это как катастрофу, звонит в службу опеки и ребенок не возвращается из школы никогда», - приводит Бергсет один из возможных поводов для изъятия ребенка.

Недавно в Финляндии у матери отобрали едва родившееся дитя. Во время беременности она опрометчиво заявила, что хочет уехать в Россию, и до родов за ней по пятам ходили органы опеки и говорили, что ребенка отберут. В жутком стрессе она выносила малыша, и в роддоме его все-таки забрали.

«Формально попытки не дать нашим согражданам вывезти своих детей из других государств в Россию законны, но если учитывать масштаб происходящего, можно констатировать, что появляется новый вид преступности», - говорит кандидат юридических наук, эксперт Общественного центра правовых экспертиз и законопроектной деятельности Елена Тимошина.

«В ряде европейских стран придумывают законные обоснованные поводы, которые не позволяют вывезти собственных детей из страны. Эти поводы часто нарушают права самих детей», - заметила эксперт. Она объяснила, что родителям уже не обязательно проявлять жестокость к детям, чтобы стать «клиентами» ювенальной юстиции. Достаточно лишь их опасения, что детей могут увезти из страны.

Зачастую в подобных ситуациях оправдываются случаи насилия по отношению к ребенку со стороны иностранного родителя.

«Отец прожег сигаретой руку двухлетнему ребенку. Мама вызвала полицию, приехали и органы опеки. Женщину выдворили из квартиры, чтобы наедине побеседовать с двухлетней дочерью. Итогом разговора было заключение, в котором сказано: девочка призналась, что сама причинила себе вред», - рассказала криминолог.

Получается, что преступления в отношении детей оправдываются только для того, чтобы оставить их в своем государстве?

Понятно, что сейчас все заинтересованы в человеческих ресурсах и используют различные способы, чтобы восполнить пробелы в демографии. Но неужели зарубежные власти предпочитают отправлять детей в приют, нежели позволить родителям увезти их из страны?

Некоторые случаи выглядят и вовсе абсурдно. Семья россиян приехала в Новую Зеландию по туристической визе на неделю. Кому-то из местных не понравилось, как родители разговаривают с ребенком, и после анонимного звонка его забрали, несмотря на туристическую визу.

«Мы действительно эмоциональны, не похожи на женщин из других, холодных стран. Но это не повод хватать наших детей», - негодует Бергсет.

И, как объясняет Тимошина, в европейских странах существует закон, не позволяющий разглашать данные детей и родителей, которые попали в поле зрения ювенальной юстиции. «Ювенальные суды могут принимать любые решения, и обжаловать их нельзя, потому что разглашать информацию недопустимо», - говорит эксперт.

Это своего рода ювенальный террор. Детей разлучают с родителями, помещают в «ювенальные тюрьмы», как называет детские приюты Бергсет, а родители потом должны всю жизнь доказывать, что причины, по которым разлучили семью, – абсурдны.

Несмотря на все несовершенства ювенальной юстиции, в России все же пытаются внедрять ее жестокие технологии, хотя пока и окольными путями. На сегодняшний день в Госдуме находятся два законопроекта, по сути, представляющие ювенальные технологии, рассказала «Росбалту» руководитель Общественного центра правовых экспертиз и законопроектной деятельности Ольга Леткова.

Первый - о социальном патронате. «Как следует из документа, неблагополучной могут признать семью, в которой родители, воспитывающие несовершеннолетнего, своими действиями или бездействием «создают препятствие его нормальному воспитанию и развитию». По этому обтекаемому критерию органы опеки (в случае принятия документа) и будут оценивать, может ли ребенок жить в семье, или его нужно изъять. Никаких других критериев в законопроекте не предусмотрено», - отметила Леткова.

Признав семью социально опасной, опека будет постоянно контролировать ее, назначать планы по защите прав ребенка, лишать родительских прав в случае невыполнения условий. Но каких условий: сделать ремонт или купить трехкомнатную квартиру вместо однушки? Ведь уже сейчас детей забирают только потому, что в одной комнате проживает 10 человек, или горшок всего один на пятерых, не обращая внимание на теплые отношения и хорошее воспитание в семье.

Этот документ чиновники готовили давно, и, по словам Летковой, очередной его вариант, разработанный Минобрнауки, внесен в Госдуму правительством РФ.

Второй законопроект - об общественном контроле за обеспечением прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Леткова заметила, что он уже принят в первом чтении.

«Судя по названию документа, он направлен на защиту прав исключительно детей-сирот, то есть уже изъятых из семей. Но если вчитаться внимательно, можно понять, что речь идет обо всех детях, в том числе и оставшихся без попечения родителей», - подчеркнула юрист.

По сути, документ устанавливает приоритет права ребенка над правами родителей. «Не хочет ребенок учить уроки – пожалуйста!» - говорит Леткова. А если будешь заставлять, ребенок может пожаловаться, и семья попадет в поле зрения органов опеки. При этом юрист добавила, что общественный статус организации не дает право на обжалование ее решений.

«Этот механизм упростит изъятие наших детей из семей. Но, к сожалению, в обществе еще нет понимания того, насколько внутрь этого законопроекта заложена та самая ювенальная система», - считает эксперт.

Движение русских матерей бьет в колокол, пытаясь докричаться до общества, что у них незаконно отбирают детей за рубежом. Может пора и нам задуматься, пока ювенальный террор не добрался до России?

Анна Семенец

 


Ранее на тему В Госдуму внесен законопроект о штрафах за сексуальное домогательство