Блогеров отделят от пользователей

«Закон о блогерах» принят, но процесс его разработки еще не окончен: до 9 июня Роскомнадзору совместно с интернет-отраслью предстоит прописать 15 подзаконных актов — своеобразную «дорожную карту» для полноценного функционирования документа.


С 1 августа начнет действовать так называемый «закон о блогерах» - часть «антитеррористического» пакета законов, принятых Госдумой 22 апреля. Согласно документу, популярные блогеры, интернет-страницы которых имеют более 3 тыс. посещений в сутки, должны зарегистрироваться в качестве СМИ. Никаких значительных преференций (за исключением, разве что, разрешения на размещение рекламы и четкого определения юридического статуса при взаимодействии с госструктурами) блогеры не получат. Запретов, напротив, - предостаточно: начиная от невозможности использовать нецензурную брань и заканчивая наказанием за «распространение гостайны» и обязанностью «проверять правдивость размещаемой информации». В случае несоблюдения новых норм блогам грозит блокировка. Интернет-индустрия новые «запретительные» нормы восприняла негативно. По мнению общественности, они только обострят внутриполитическую ситуацию в стране и окончательно задушат сетевую экономику. Тем не менее, протестные возгласы не оказали никакого воздействия на законодателей.

Так или иначе, «закон о блогерах» принят, но процесс его разработки еще не окончен: до 9 июня Роскомнадзору совместно с интернет-отраслью предстоит прописать 15 подзаконных актов — своеобразную «дорожную карту» для полноценного функционирования документа. Руководитель проекта «РосКомСвобода» Артем Козлюк уверен: Роскомнадзор после вступления в силу «антитеррористического пакета» законов будет действовать «со стороны запретительных мер»: вводить санкции и блокировать интернет-ресурсы. «В принципе, Максим Ксензов в своем интервью это и подтвердил. Уже сейчас есть случаи блокировки страниц в социальных сетях Google+ и «Вконтакте». Другое дело, что с 1 августа количество оснований для блокировки ресурса увеличится», - говорит он и настаивает на том, что пункты «закона о блогерах» необходимо подробно обсудить с веб-индустрией, четко определить понятие «блогер» и ответственность надзорного ведомства в случае превышения им полномочий. «Я уверен, что 99% блогеров не будут вносить себя ни в какие реестры, потому что это не несет им никаких преференций. Понятно, зачем получать лицензию СМИ, понятно, зачем получать лицензию операторам связи. Это будет накладывать на них только дополнительные обязанности. А те права, что обозначены в законе, и так действуют для всех граждан России», - добавил Козлюк.

Заместитель директора Российской ассоциации электронных коммуникаций Сергей Гребенников, напротив, считает, что «если государство решило ввести некий реестр блогеров с аудиторией свыше 3 тыс., которые имеют какое-то влияние в интернете, то, значит, это необходимо». Опасения насчет вероятной и скорой блокировки западных ресурсов (таких как Facebook, Twitter и Google+) он не разделяет. «Мы живем в России, и у нас свой сильный интернет, мы должны помогать развиваться Рунету и российским интернет-компаниям», - отметил он. Основная задача Роскомнадзора сейчас, по мнению замдиректора РАЭК, - разделить понятия «блогер» и «пользователь социальной сети», поскольку механизм подсчета посещений той или иной страницы пока несовершенен. Первоначально планируется, что контроль социальных сетей будет осуществляться в ручном режиме: на каждого кандидата на звание СМИ в руководство Twitter или Facebook будет отправляться персональный запрос о количестве посетителей, - сообщил он.

В свою очередь вице-губернатор Челябинской области Руслан Гаттаров не видит никаких технических и политических проблем в документе. «Как всегда, есть некая попытка сказать о том, что это очень страшная вещь, но на самом деле она уж не такая и страшная. (...) У нас были события в Бирюлеве. Вот 3 тысячи — это, гипотетически, та аудитории, которую можно собрать и что-то сломать и разрушить. Логика в этом (принятии закона – «Росбалт») есть.

А вот бывший коллега Гаттарова по Совету Федерации Антон Беляков с такой оценкой не согласен и уверен в том, что закон не проработан. «Любые попытки подходить к проблеме бессистемно и, что еще хуже, поспешно добром не заканчиваются. С такси была та же история. Хотели бороться с «бомбилами» и навести порядок, приняли закон, потом 3 года расхлебывали его последствия. Официальные перевозчики платили за отсутствие шашечек по 50 тыс. рублей, «бомбилы» ничего не платили. Многие водители из легального сектора ушли в нелегальный. На те же грабли мы наступим с этим законом», - сказал сенатор. Также он заметил, что, согласно действующему законодательству, регистрация СМИ проводится добровольно. При этом статус СМИ дает определенные преференции. К примеру, защита прав и свобод и налоговые льготы. «Блогеру, если уж мы хотим, чтобы он считался СМИ, мы должны дать хотя бы то же самое, потому что у него нет прав и свобод, налоговых льгот, а есть только ответственность», - заключил Беляков, подчеркнув, что поспешно принимать столь важные законы — это непрофессионально и опасно.

На прошлой неделе в интервью газете «Известия» замглавы Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций Максим Ксензов заявил, что под действие «закона о блогерах» попадут не только российские граждане, но и те, кто пишут «на русском языке или языках народов России». При этом Ксензов посетовал на некоторые сложности в поиске взаимопонимания с представителями зарубежных интернет-гигантов Facebook, Google и Twitter. Руководство последнего он и вовсе обвинил в нежелании идти на контакт с надзорным органом и пригрозил отключением сервиса в России, поскольку он «использует пользователей как инструмент политики». Twitter, по его мнению, - «это глобальный инструмент продвижения политической информации», который сам последовательно «создает условия» для скорейшей блокировки. Замглавы Роскомнадзора заявил о неизбежности закрытия сети микроблогов в России и отметил, что блокировка популярных социальных сетей – минутное дело. Что характерно: в процессе рассуждения Максим Ксензов приводил в пример страны, где уровень интернет-свобод оставляет желать лучшего: Турцию, Китай и Тайланд.

В тот же день представитель регулятора стремительно получил нагоняй от премьер-министра России Дмитрия Медведева, который на своей странице в Facebook посоветовал «отдельным чиновникам» «иногда включать мозги», прежде чем давать интервью, «объявляющие о закрытии соцсетей». Мгновенно на ситуацию отреагировали и в самом Роскомнадзоре, где пояснили, что все высказанное Максимом Ксензовым - это исключительно его личное мнение. Сам же замглавы регулятора заявил, что его слова о соцсетях были вырваны из контекста, что, впрочем, не спасло его от выговора.

Однако же в мире и вправду есть немало стран, где положения, подобные тому, что высказал замгалвы Роскомнадзора Максим Ксензов, являются частью государственной политики, а законы об ограничении сетевой свободы принимаются неспешно и с полным осознанием всех последствий.

Китай

Государство, на успешный опыт которого в сфере сетевого контроля указывают некоторые отечественные законотворцы - инициаторы и сторонники ограничительных инициатив в Интернете. Крупнейший азиатский веб-материк от остального мира ограждает знаменитая система серверов «Золотой щит», известная также под названием «Великий китайский Firewall». С 2003 года она фильтрует весь информационный поток, поступающий в Поднебесную из международных сетей. Естественно, на КНР не распространяется влияние западных источников опасного вируса инакомыслия (Facebook, Twitter,Youtube и Wikipedia), которые успешно заменяются многочисленными китайскими аналогами (RenRen — китайский Facebook, Sina Weibo – «Twitter», YouKu — «Youtub», а Baike –«Wikipedia») и, к примеру, российским «ВКонтакте». В таких условиях крупнейшей американской компанией социальных сетей, работающей в Китае, стала LinkedIn Corp., которая в феврале создала местный сетевой сайт для профессионалов на китайском языке.

Неблагоприятные интернет-страницы в китайском сегменте сети фильтруются по ключевым словам и при необходимости блокируются по IP- и URL-aдресам, а также по VPN. Наличие же «черных списков» сайтов также сближает наши державы. Примечательно, что цензура в Китае не распространяется на административные районы Гонконг и Макао. В остальных провинциях Поднебесной государством контролируются любые действия юзеров. Вход в интернет-кафе, к примеру, осуществляются исключительно по паспорту.

Международные правозащитные организации не раз выражали обеспокоенность в связи с нарушением гласности в Китае. Только в конце апреля окружным судом Пекина к трем годам колонии был приговорен блогер, записи которого «серьезно нарушали общественный порядок, так как содержали недостоверную информацию. Впрочем, многочисленные запреты и жесткая цензура не мешает Китаю лидировать в мировом рейтингах по количеству аудитории и, соответственно, объемам интернет-торговли. Также поговаривают, что «Великий китайский Firewall» можно без труда обойти – достаточно лишь заплатить нужным людям символическую сумму.

Иран

По доли населения, пользующегося Интернетом, Иран на Ближнем Востоке уступает только Израилю. Ограничение интернет-свобод в Иране – само-собой разумеющийся факт, так как в конституции исламского государства указано: «средства массовой информации должны воздерживаться от разрушительных и анти-исламских практик», а закон о СМИ запрещает освещать «вредные для основ исламской республики» темы. Уже исходя из этих положений, местные власти вольны запрещать и блокировать все, что угодно. Кроме того, частные провайдеры и владельцы сайтов обязаны регистрироваться в Министерстве культуры и искусства, а также искусственно понижать скорость интернета до 128 Кбит/сек, что затрудняет доступ пользователей к нежелательным западным ресурсам. В Иране также существуют «черные списки» сайтов и блокировка по ключевым словам. Еще одно сходство законодательств Ирана и России – обязанность провайдеров определенное время хранить личную веб-переписку и информацию о деятельности пользователей. В Иране заблокированы Facebook, YouTube, Twitter, Flickr и Livejournal. В начале 2014 года в исламской республике было запрещено даже общение в интернете между мужчиной и женщиной, если они не знакомы. Согласно докладу правозащитной организации Freedom House, в 2013 году Иран замкнул рейтинг стран по уровню интернет-свободы.

Саудовская Аравия

В Саудовской Аравии неоднократно блокировали зарубежные социальные сети, в том числе Facebook. Во многом это связано с «Арабской весной», волнениями, захлестнувшими множество исламских государств на Севере Африки в 2011 году. Спустя 2 года власти Саудовской Аравии отключили мессенджер Viber и заблокировали видеохостинг YouTube. Нередки прецеденты политических преследований интернет-пользователей. К примеру, в 2012 году блогер Раиф Бадави был приговорен к 10 годам тюрьмы за оскорбление ислама и создание либеральной социальной сети. В том же году был арестован местный журналист Хамза Кашгари. Он получил полтора года тюрьмы за оскорбительные твиты в адрес пророка Мухаммеда. В марте 2014 года к длительным тюремным срокам (8 и 10 лет) были приговорены два интернет-пользователя. Один призывал выходить на акции протеста против действующей власти, а другой нелестно отзывался о короле Саудовской Аравии Абдулле.

КНДР

Доступ к интернету в Северной Корее имеют, разве что, глава государства Ким Чен Ын и его ближайшее окружение. Для остальных же существование Всемирной паутины – тайна, покрытая мраком. В КНДР существует внутренняя национальная сеть под названием «Кванмен», обслуживаемая единственным в стране провайдером. Для характеристики этой сети достаточно отметить, что, по данным международной организации «Репортеры без границ», вполне типичной является практика ссылки журналистов в лагеря за банальную опечатку. В Северной Корее отсутствует «черный список» сайтов, но зато есть «белый» - небольшой перечень пропагандистско-образовательных ресурсов, доступных в основном студентам и ученым. Интересная деталь: в материалах официальных северокорейских сайтов имя Ким Чен Ына выделено специальным крупным шрифтом.

Куба

По данным на прошлый год, государственный телекоммуникационный оператор ETECSA установил почасовую оплату за интернет на уровне $4,5. Для сравнения: средняя зарплата на Острове Свободы – в районе $20. Доступ в Глобальную паутину на Кубе имеют лишь туристы, а местный «черный список» запрещенных сайтов пестрит известными наименованиями: здесь и Facebook, и Twitter, и Youtube и другие социальные сети, разработанные в США.

Турция

"Все станут свидетелями силы Турецкой Республики", - заявил 20 марта на митинге перед муниципальными выборами в Анкаре премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган, и уже на следующий день в стране был заблокирован Twitter. А спустя неделю Департамент телекоммуникаций закрыл доступ к видеохостингу YouTube. Глава правительства Турции тогда аргументировал блокировку тем, что с помощью вышеупомянутых ресурсов публикуются государственные секреты и происходит вмешательство в частную жизнь. Согласно утверждению МИДа страны, на YouTube была выложена аудиозапись, на которой министр иностранных дел Турции, заместитель министра обороны и глава разведки обсуждают возможность проведения военных действий в Сирии. Однако после волны протеста в турецком обществе конституционный суд признал блокировки нарушением прав пользователей и снял ее.

И все же решительная позиция правящих кругов Турции по отношению к регулированию Сети периодически проявляется. В конце апреля журналиста Ондера Айтака суд Анкары приговорил к 10 месяцам заключения за оскорбление премьер-министра Эрдогана в Twitter. В своем сообщении вместо слова ustam («мастер» - так называют Эрдогана его сторонники) журналист употребил нецензурное выражение ustamk. По утверждению осужденного, опечатку он совершил из-за того, что случайно попал по клавише «крупными пальцами».

Денис Гольдман


Ранее на тему Турецкие карикатуристы заплатят штраф за насмешки над Эрдоганом

Турецкой королеве красоты грозит тюрьма за пародию на Эрдогана

Роскомнадзор внес Vimeo в список запрещенных сайтов