Донбасс меняет правый дискурс

Правозащитники презентовали доклад о ксенофобии в России, в котором констатируют: события на Украине значительно повлияли на праворадикалов, разделив их на два лагеря — сторонников и противников киевской власти.


© Фото Евгения Евдокимова

Правозащитный центр «Сова» презентовал доклад о ксенофобии и национализме в России. Эксперты констатируют: события на Украине значительно повлияли на праворадикалов, разделив их на два лагеря — сторонников и противников киевской власти.

Несмотря на это, количество преступлений, совершенных националистами в первой половине текущего года увеличилось по сравнению с аналогичным периодом предыдущего. Правозащитники опасаются, что после окончания событий на юго-востоке Украины действия радикальных группировок в России станут жестче и опаснее.

Согласно данным исследователей, только за первую половину 2014 года от рук ультраправых в России погибло 13 человек, пострадало – не менее 74. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года, количество убийств возросло почти в два раза, при том, что сведения, которыми располагают правозащитники, пополняются с большим опозданием и могут пока не полностью отражать реальной картины. Больше всего убитых и раненных правыми радикалами авторы доклада насчитали в Москве (5 и 13 соответственно), Санкт-Петербурге (7 избитых, еще двое — со смертельным исходом), Московской области и Краснодарском крае (1 убитый, 7 избитых). Стоит отметить, что в данные не включены Северный Кавказ и Крым.

Цифры констатируют рост преступной активности радикальных националистов, пусть и незначительный. Правозащитники отчасти объясняют это явление «популяризацией» всевозможных рейдов против торговцев наркотиками, нелегальных мигрантов и педофилов, в ходе которых их участники заменяют работу правоохранительных органов применением силы.

Эксперты центра «Сова» насторожены: расширение практики «ограниченного насилия» чревато серьезными последствиями, ведь граница дозволенного в данном случае условна и склонна смещаться в ту или иную сторону.

«В рейдах люди насилие практикуют, но в таких формах, чтобы и наказания избежать, и приобрести некое «паблисити»: они привлекают все больше людей, и насилие популяризируется. Понятие «ограниченное насилие» - вещь условная. Граница между тем, что государство терпит и что не терпит, размыта. Сейчас рейды с легким мордобоем терпятся, а если мордобой становится нелегким, возможно уголовное дело. И граница здесь очень склонна съезжать», - сказал директор аналитического центра «Сова» Александр Верховский. Он выразил опасение, что в дальнейшем националисты могут попросту перейти с мигрантов и торговцев наркотическими смесями на своих политических оппонентов.

В начале июня в Москве в результате драки с участниками движения «Оккупай-наркофиляй», входящее в праворадикальную организацию «Реструкт», от многочисленных тяжелых побоев скончался 37-летний гражданин Азербайджана Заур Алышев. Активисты заподозрили его в торговле курительными смесями. Все подозреваемые были вскоре арестованы сотрудниками полиции, однако подобные «рейды» не прекратились.

Отмечают эксперты и факт отвлечения ультраправых от обыденной повестки дня в сторону украинской темы. Более того, украинский кризис породил споры и распри в их рядах. В результате событий на Майдане и в Донбассе в стане русских националистов образовалось два лагеря: условных сторонников и противников действующей киевской власти. С точки зрения первых, Майдан — плод борьбы граждан Украины против коррумпированного режима Виктора Януковича (а не «происки Запада»), а конфликт на юго-востоке страны носит мировоззренческий характер: с одной стороны сражаются люди, «желающие построить самобытное национальное государство», с другой – «патерналистски настроенные сторонники России, ностальгирующие по СССР».

Кроме того, российские медиа создают негативный образ националиста как такового, что также негативно сказывается на репутации ультраправых в России. К таковым эксперты отнесли, в том числе, лидеров объединения «Русские» (в частности, Дмитрия Демушкина, Александра Белова), Семена Пихтелева (главу движения «Национальные демократы»), идеолога «Русской пробежки» в Санкт-Петербурге Максима Калиниченко и других.

Их оппоненты (в том числе лидеры Национально-демократической партии Владимир Тор и Константин Крылов, глава «Родины» Алексей Журавлев и предводитель «Другой России» Эдуард Лимонов) убеждены в том, что война на Украине идет между украинцами центральных и западных областей и русскими Юго-Востока. Адептами этой теории являются и те, кто не вообще не признают существование украинской нации, а сторонников действующей киевской власти считают русскими, которым «враги России» заморочили голову «украинизацией».

К открытому противостоянию между представителями ультраправых разногласия по украинскому вопросу пока не привели, - констатируют авторы доклада, - однако ряд организаций уже покинули как некоторые лидеры, так и рядовые активисты. При этом наиболее радикальные активисты, представляющие различные националистические позиции, «просто уехали на Украину, чтобы принять участие в боевых действиях», - говорится в тексте исследования.

По словам правозащитников, ультраправые фактически испарились с российской политической арены, а уровень их митинговой активности резко упал. Объясняется это тем, что сторонники Донецкой и Луганской народных республик сливаются с мнением большинства. «Если во второй половине прошлого года националисты чувствовали возрастающий общественный запрос на свою повестку, то теперь весь «антибандеровский» настрой частично вытеснил ее из общественной жизни, табуировал эту тему и лишил националистов своего главного сюжета», - поясняет один из авторов доклада Вера Альперович.

По ее словам, если сторонники идей «русской весны», устраивая уличные акции, теряются в информационном потоке, так как фактически выражают общее мнение, то их противники попросту боится выражать свою позицию, потому как чувствуют, что идут против течения. Поэтому в целом акции националистов в нынешнем году стали малозаметными и малочисленными.

«Мы видим за эти полгода, что движение русских националистов от всей этой истории с украинским кризисом не выиграло, как ни странно (хотя, казалось бы, это их тема), а наоборот. Даже недавно были опросы ВЦИОМ и Института социологии РАН, которые показывают, что уровень ксенофобии по отношению к традиционным объектам – кавказцам, выходцам из Средней Азии – в России снизился, снизилась поддержка националистических лозунгов, зато возросла неприязнь к украинцам», - рассказал Александр Верховский.

Однако, - продолжает он, - этот эффект лишь временный. Опасение правозащитника вызывает вероятное возвращение националистически настроенных добровольцев из «армии Донбасса» в Россию, которое «вряд ли привнесет больше спокойствия и стабильности», а также агрессивная риторика в СМИ – в частности, на телевидении. «Мы это помним по локальным войнам начала 1990-х годов. Кстати, это влияет на основной состав радикальных групп. Сейчас это молодежная среда, а вернутся взрослые дяди, многие из которых могут примкнуть к этим социальным группам», - говорит Верховский.

К тому же, - уверен эксперт, - агрессивная внешнеполитическая риторика на телевидении не в состоянии резко оборваться вместе с окончанием событий на юго-востоке Украины, а может быть автоматически, не нарочно перенаправлена в другое русло. И в этом как раз таится наибольшая опасность.

«Нынешняя политическая мобилизационная кампания чревата тем, что расширяется круг людей, которые готовы примкнуть к каким-то радикальным группам разного рода. Просто потому, что радикальные действия становятся более приемлемыми, и естественно, это также относится к националистам. Это не значит, что непременно станут больше убивать в подворотне, что наблюдалось в 2000-е годы, но возможно это пойдет по какому-то другому руслу», - считает Александр Верховский.

В свою очередь вице-президент фонда «Центр политических технологий» Алексей Макаркин полагает, что приток новых сил в российские радикальные объединения по завершении украинского кризиса возможен, но небольшой. «Проблема в другом: люди, которые уже в той или иной форме причастны к деятельности националистических организаций, могут радикализироваться, - отметил политолог. - Если раньше у них было недовольство, подавляемое эмоциями, то сейчас эта подавляемость может уйти».

В то же время Алексей Макаркин не считает, что создание крайне негативного образа украинских националистов в медиа-среде как-то повлияет на репутацию российских ультраправых. «Что касается русского национализма, то его не ругают, а наоборот, когда говорят о добровольцах, то говорят о них сугубо положительно. У нас нет идеи критики национализма как такового, есть критика конкретного национализма, направленного против России. Если с теми или иными высказываниями выступает националист украинский или прибалтийский, то это однозначно осуждается, а если же эти высказывания атрибутируются своему, то здесь уже ситуация не столь однозначная. Где-то и обругать могут, а где-то скажут, что человек доведен до отчаяния, и вообще, он патриот. Очень важно не то, что говорят, а то, кто говорит», - сказал он «Росбалту»,  комментируя доклад правозащитников.

В заключение специалист добавил, что, по его мнению, вне зависимости от событий на Украине, традиционная для российских праворадикалов тема мигрантов все же периодически будет выходить на первый план — в зависимости от количества резонансных событий.

Денис Гольдман


Ранее на тему В ходе рейда в СЗАО полицейские задержали 12 подозреваемых в хранении наркотиков

Националист Константинов снова отказался признать вину в убийстве

Харьковская милиция разняла дерущихся сторонников и противников Майдана