Риски кризисного меню

До 70% сыров, колбас и сливочного масла на российских прилавках оказались фальсификатом. В колбасе вместо мяса — соя, сыр большей частью «растительный».


© СС0

«Росбалт» выяснил, к каким приемам прибегают производители, чтобы удешевить продукцию и опасно ли это для  здоровья потребителей.

Магазины заполнили «обманки»

Свежие данные НП «Росконтроль» показали: две трети проверенных колбас оказались фальсификатом. Экспертизу прошли 33 наименования варено-копченых и полукопченых колбас популярных марок. Нарушения обнаружены практически в каждом. Гистологическую экспертизу не прошло 2/3 образцов, в которых говядину и свинину заменяли соевый и коллагеновый белок, мясо птицы механической обвалки, шкура животных. Также производители активно добавляли в колбасу крахмал, целлюлозу и влагоудерживающие агенты вроде каррагинана, о которых забыли упомянуть на этикетке.

По заявлению «Росконтроля», все эти «удешевители» снижают пищевую ценность продукции. «Мало того, большинства из них вовсе не должно быть в колбасах, сделанных по ГОСТу», — заявили эксперты. Однако производители 27 образцов заявляли о соответствии национальным стандартам.

По данным «Росконтроля», недостаток мяса с лихвой компенсируют водой. «Большое распространение в пищевой промышленности в последние годы получили фосфаты, которые, являясь влагоудерживающим агентом, позволяют увеличить содержание в пищевых продуктах воды — самого дешевого рецептурного ингредиента, позволяющего существенно снизить себестоимость», — заметили эксперты организации.

По словам экспертов, в некоторых образцах содержание влаги превышает допустимое стандартом на треть.

Игнорируют производители и требования ГОСТа к содержанию соли. По словам экспертов, это самый дешевый консервант, который обеспечивает более длительное и безопасное хранение. В результате проверки в некоторых колбасах было обнаружено столько соли, что достаточно съесть всего 70-80 граммов продукта, чтобы перекрыть суточную потребность человека в натрии, подчеркнули в «Росконтроле».

Не лучше ситуация и с российскими сырами, под видом которых в крупнейших супермаркетах массово продаются сырные и «сыроподобные» продукты с пальмовым маслом. Проверке подверглись 20 образцов сыра и 26 марок сливочного масла производителей со всей страны — от Москвы и Санкт-Петербурга до Алтая и Татарстана. Две трети из них экспертиза признала фальсификатом. «Росконтроль» назвал более шести компаний, которые производят сыр, практически обходясь без молочного жира. «Такая продукция не то что сыром, но даже сырным продуктом называться не может», — заявили эксперты. Примерно столько же компаний производят «сливочное масло», в котором вообще не содержится молочный жир. Все это — растительно-жировые спреды или попросту маргарин.

«На этикетках спредов и кулинарных жиров нередко пишут «топленое», «сливочное», «деревенское», «крестьянское», и лишь прочитав текст, написанный мелким шрифтом, можно увидеть, что это вовсе не масло, а продукт, содержащий зачастую помимо пальмового масла вредные для здоровья трансизомеры жирных кислот, а также различные пищевые добавки — эмульгаторы, красители, консерванты, подсластители и ароматизаторы», — заметили в «Росконтроле».

Пальмовое масло кладут также в творог, сгущенное молоко, творожные сырки, мороженое — и получаются некие «продукты» с растительным жиром, которые выдают себя за молочные. «Чтобы обмануть потребителей, производители используют названия, напоминающие о натуральном продукте: «сгущенка» вместо «сгущенное молоко», «творожок» вместо «творог», — предостерегают эксперты.

В большинстве видов овсяного печенья — от овса осталось одно название. Овсяной муки зачастую в печенье содержится не более 2%, тогда как по новым межгосударственным стандартам, овсяным может называться только печенье, в состав которого входит не менее 14%.

Производители шоколада вместо какао тертого, какао-масла и даже какао-порошка нередко используют ингредиент под названием «какаовелла» — по сути, шелуху какао-бобов, которой удобряют почву. Таким образом удается хорошо сэкономить на себестоимости: такой наполнитель обходится в 3-4 раза дешевле какао-порошка.

Что касается производителей рыбы, они, как правило, играют на количестве глазури (по техническому регламенту, разрешено использование глазури на рыбе — 5%, на креветках — 7%). Особо «экономные» попросту заменяют одну рыбу другой. Например, под видом трески продают минтай, пикшу и тилапию.

Получается, читать этикетки сегодня бессмысленно: без лабораторной экспертизы потребителям все равно не узнать реальный состав продукта, который он покупает. Так, по результатам проверок «Росконтроля» 59% товаров имеют в маркировке недостоверную информацию о составе, пищевой ценности и иных потребительских свойствах.

В кризис купят все!

В нынешних условиях производители действительно вынуждены экономить, чтобы удержать отпускные цены, согласился директор по развитию ассоциации производителей и поставщиков продовольственных товаров «Руспродсоюз» Дмитрий Востриков. По его словам, удешевление достигается за счет изменения технологий, используемого сырья, ингредиентов, упаковки, оптимизации бизнес-процессов — логистики, структуры предприятий.

Однако заботясь о кошельке покупателя, производитель, увы, не всегда добросовестно указывает на упаковке состав продукции. Это у нас и называют фальсификатом. «Речь здесь даже не о том, что продукция способна нанести вред здоровью потребителей, — выпуск такой продукции законодательно запрещен. Просто дешевые ингредиенты в этом случае выдаются за дорогие, и покупатель не может сделать обоснованно свой выбор, а значит, является обманутым», — пояснил собеседник «Росбалта».

Например, масло, которое содержит растительные добавки, должно называться спредом. Многие производители сегодня используют растительные жиры вместо молочных — такой продукт дешевле по себестоимости. Правда, упомянуть о подмене на этикетках почему-то забывают.

«Причем совершенно не значит, что признайся производитель честно, из чего состоит его продукт, он тут же лишится покупателей. Но потребитель должен знать, за что платит, — подчеркнул Востриков. — Например, шоколад состоит из какао-бобов и цельных орехов, а если используется какао-порошок и другие заменители, это уже кондитерская плитка — два разных продукта».

Эксперт подчеркнул: «производители «сладких батончиков», честно указывающие на этикетке всю информацию, отнюдь не потеряли в спросе». Но нужно признать, что и стоимость у «соевого» и шоколадного батончиков разная.

В большинстве своем россияне понимают, что рассчитывать на высокие вкусовые качества и то, что принято считать «натуральным», «полезным», при снижающихся доходах не приходится: выбирают из того, на что хватает зарплаты.

Колбаса — без мяса, сыр — без молока

О том, как экономия производителей сказывается на здоровье россиян, корреспондент «Росбалта» спросила доктора биологических наук, заведующего лабораторией химии пищевых продуктов ФГБНУ «НИИ питания» Владимира Бессонова.

Собеседник агентства объяснил, почему, например, нападки на пальмовое масло не имеют ничего общего с наукой. По его словам, человечество использует его в пищу тысячелетиями, а все разговоры о его вреде из разряда «неподтвержденных слухов».

Что касается замены молочного жира растительным, в этом Бессонов тоже не видит большого вреда. «Сейчас в той же Финляндии сливочного масла в чистом виде продается 4% — не больше. Все остальное — так называемые спреды, которые у нас считают дешевым суррогатом сливочного масла», — заметил он. Эксперт добавил: законодательством допускается замена молочного жира на продукты переработки растительных масел не более 50%.

По словам Бессонова, дело в другом: «молокосодержащий продукт с содержанием растительных жиров должен быть дешевле, и покупатель, выбирая определенный товар, вправе ожидать соответствующих рецептуре потребительских качеств. Они не хуже и не лучше — просто другие, как и весь продукт».

«Я, например, сам покупаю спреды вместо сливочного масла, поскольку знаю, что с определенного возраста человеку лучше есть меньше насыщенных жиров, снизить потребление холестерина. В растительном масле, в том же пальмовом, на 20% меньше насыщенных жиров, чем в сливочном. Но мы получили продукт другого типа. Так назовите его честно», — считает Бессонов.

А что касается замены одних пищевых ингредиентов на другие, позиция эксперта такова: хочешь это сделать  — напиши. Это касается, например, сои, которую сегодня используют в производстве колбасных изделий. «Не нужно вешать себе медаль на шею, если не используешь сою, поскольку соя лучше, чем свиная шкурка, — заметил собеседник «Росбалта». — Если не использовать какое-либо стабилизирующее вещество, колбаса будет похожа на воздушный шар, наполненный водой. Чтобы получить определенную консистенцию, производители в качестве стабилизаторов добавляют белки. Есть соевый белок, есть коллагеновый. И тот, и другой прекрасно удерживают воду, благодаря чему получается плотный батон. Но если соевый белок имеет потрясающую биологическую ценность, содержит незаменимые аминокислоты в большом количестве, то биологическая ценность коллагенового белка равна нулю».

Эксперт пояснил: коллагенно-кератиновая смесь — это шкура, хрящи, соединительная ткань, волосы — тоже белок, который практически не переваривается. «На самом деле, заменив сою, снизили пищевую ценность колбасы примерно на 20%. Безопасность для человека сохранилась, но продукт-то уже совсем другой, хотя и выглядит так же», — подчеркнул он.

Но экономят не только производители. С кризисом пересмотрели свою потребительскую корзину и покупатели. В основном экономят на мясе, овощах, фруктах, не позволяют себе деликатесов.

По словам эксперта, сохранять здоровый баланс можно и при худом кошельке. Отличный кризисный рецепт: мелко нашинкованная капуста, тертая морковь и растительное масло. Дешево и полезно!

При этом в непростых экономических условиях Бессонов рекомендует переходить на продукты меньшей степени переработки. «Так, лучше купить мяса, чем колбасу. Но это будет стоить нам времени», — заключил он.

Анна Семенец


Ранее на тему Роскачество выявило недобросовестных производителей муки

В Минпромторге поддержали идею обязательной маркировки продукции с пальмовым маслом

Количество предприятий малого бизнеса в Москве сократилось впервые за четыре года