Хогвартс для всех

Хогвартс для всех

Современной школе приходится конкурировать за детей с торгово-развлекательными центрами, и в этих условиях, чтобы побеждать, необходимо меняться.


© Кадр из фильма

Специалисты в области архитектуры, образования и психологии в рамках дискуссии Urban Talks поговорили о том, какую роль в развитии личности играет внешний облик общеобразовательных учреждений и их внутреннее наполнение.

По словам партнера КБ «Стрелка» Алексея Муратова, который выступал модератором дискуссии, в ближайшие 10 лет в России должны появиться тысячи новых школ на 6,6 млн мест. Именно так сегодня оценивается существующий дефицит ученических мест. Бюджет проекта составляет 2,8 трлн рублей — почти вдвое больше того, что потратили на подготовку сочинской Олимпиады.

Решающим для чиновников остается вопрос денег: как максимально быстро и с наименьшими затратами построить такое количество школ. Между тем время диктует свои приоритеты. Во всем мире сегодня идет поиск новой архитектурной модели для образования. Одним из первых таких экспериментов на постсоветском пространстве стала международная школа UWC Dilijan College в Армении, спроектированная английским архитектурным бюро Tim Flynn Architects и открытая в 2014 году.

«Мы хотели создать постоянно меняющуюся школу, где пространство обучения выходит далеко за рамки классной комнаты», — рассказал о проекте глава архитектурного бюро Tim Flynn Architects Тим Флинн. Все помещения в школе задумывались гибкими и многофункциональными: любую зону здесь можно легко трансформировать и использовать как для обучения, так и для отдыха. Яркий дизайн, стеклянные стены, отсутствие коридоров — все это создает ощущения динамичности. «Школьники не отправляются каждый день в одну и ту же надоевшую школу, потому что она каждый день новая», — подчеркнул Флинн.

По словам архитектора, практически 24 часа в сутки помещения заняты: люди здесь учатся и просто отдыхают. «Атмосфера, приближенная к университетской, создает ощущение независимости. Размер комнат позволяет проводить обучение как в больших, так и в малых группах. Мебель легко трансформировать, и даже место учителя мобильно. Современные технологии позволяют проецировать на экран выступления лектора, причем, не только в самой аудитории, но и за ее пределами. Школьная лаборатория по дизайну напоминает лондонскую. Wi-Fi доступен как в стенах школы, так и за их пределами», — рассказал архитектор. Однако и стоят такие проекты недешево. Международная школа в Армении, по словам Флинна, обошлась в $150 млн.

В России тоже начали появляться школы нового типа: столичная «Хорошевская гимназия», «Международная школа Казани», школа № 14 в Пушкино. В стадии проектирования находятся школа-пансион «Летово» в «новой Москве», «Умная школа» в Иркутске.

В таких проектах пространство выступает полноценным участником образовательного процесса, в то время как в типовых школах оно скорее ограничивает, чем помогает учителю, считает директор АНОО «Международная школа Казани» Нияз Гафиятуллин.

iskazan.com

Международная школа Казани

Сегодня, когда все открытия совершаются на стыке наук, в тренде междисциплинарное, проектное обучение, а акценты смещаются с самого образовательного контента на развитие навыков. Ключевой из них — эффективная коммуникация, считает Гафиятуллин.

Однако традиционное устройство школ уже не отвечает современным запросам. Изолированные классы сводят к минимуму коммуникации между учителями, исключают межпредметное взаимодействие, сокращают количество моделей обучения в арсенале учителя. Недаром из 20 моделей, в числе которых индивидуальное и совместное, проблемное и проектное обучение, презентации, наши учителя отдают предпочтения лекциям.

Архитекторы «Международной школы Казани» ушли от изолированных классов, сделав стены прозрачными, а учебное пространство легко трансформируемым. Вместо привычных кабинетов географии, физики, химии, в школе появились семинарная, лекционная, проектный кабинет, кабинет для работы в маленьких группах, вместо узких коридоров — современные открытые учебные пространства.

«Но знаете, что делают наши учителя, приходя в новую школу? Первым делом они начинают переставлять мебель так, как им привычно. Они часто не готовы к новой парадигме, и над этим нам еще приходится работать. Но мы уже видим, как пространство меняет их, а они, в свою очередь, меняют образовательные подходы», — заметил Гафиятуллин.

С не меньшим уважением к пространству отнеслись и создатели школы «Летово» в «новой Москве», взяв за основу принцип «гибкость, разнообразие, адаптивность». По словам директора Михаила Мокринского, у современных школ сегодня есть еще одна важная задача: преодолевать опыт существования ребенка в торгово-развлекательном комплексе. «Школа — пространство не только преподавания, но управления, самоорганизации, пространство, в котором так или иначе развивается культура, и это нужно учитывать», — отметил он.

Правда пока все эти уникальные проекты — дело рук частных инвесторов, которые строят платные школы, отметил Муратов. Муниципальные же по-прежнему штампуются как под копирку.

Хорошевская гимназия

«Московская область по госзаказу делает только типовые проекты, и очень этим гордится. А если нужно сделать индивидуальный проект, то требует сразу же признать его типовым», — отметил главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов.

Стремление чиновников таким образом сэкономить оправдывают масштабы стройки. Но может ли количество перейти в качество?

Начальник дирекции по строительству и реконструкции зданий и сооружений образовательных организаций профильного московского департамента  (структуры, которая является посредником между системой образования и строителями — «Росбалт») Яна Стретович считает, что строить новые школы на старый лад сегодня бессмысленно: другие дети, другие задачи, другие условия.

В условиях плотной застройки главная проблема Москвы — отсутствие свободных площадок. Новые школы приходится вписывать в то пространство, которое есть, или трансформировать уже существующие здания. И в этом смысле Стретович согласна с Муратовым: СанПиНы часто мешают творчеству.

«Они не совсем корректно позволяют использовать то, что у нас есть. Например, когда в каменном колодце мы строим новую школу, о какой инсоляции, о каком вообще освещении можно говорить? Тем более, что современные технологии позволяют нормально осветить рабочее место ребенка», — проиллюстрировала она.

Между тем в столице активно занялись обновлением внутреннего наполнения действующих школ. Объединение образовательных учреждений в комплексы способствовало созданию учебных корпусов, возникновению образовательных ступеней. «Четыре стены нам стали тесны, и мы начали делать трансформируемые классы и лаборатории. У нас появились универсальные помещения, интерактивные стены. Сейчас мы работаем над проектом школы, в которой вообще все стены будут трансформируемыми», — заметила она.

Однако, по мнению директора центра психологического сопровождения образования «Точка ПСИ» Марины Битяновой, все это — естественные попытки сделать школу соответствующей эпохе, и не стоит делать из них предмет для гордости. При этом польза новой архитектуры далеко не очевидна, считает она. Нужно найти здоровый баланс между креативным и привычным, открытым и приватным. «Проектируя школу в Армении, Флинн сделал акцент на том, что дети каждый день заходят в „новую“ школу. При этом он явно не учел, что целой когорте детей хочется прийти именно в ту школу, из которой они вчера вышли. Для них важно, чтобы все было понятно и предсказуемо, — заметила Битянова. — Или, например, сейчас модна тотальная открытость, много стекла, большие пространства. Но есть возрастные периоды и задачи развития, которые связаны с приватностью. Однако в красивых архитектурных решениях, которыми очень гордятся создатели, принцип приватности соблюдается отнюдь не всегда».

Иными словами, в архитектуру изначально должен быть внесен некий педагогический смысл, идея, чтобы она заработала на развитие личности.

В обратную сторону это плохо работает, считает руководитель проекта «Умная школа» Марк Сартан. «И если учитель не готов к переменам, здание начинает мешать, а не помогать», — добавил он.

Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов согласился: начать нужно с того, чтобы департамент образования (в регионах — министерство) составил некую концепцию: «мы имеем — вот, а хотим — вот». «Нужно посмотреть, чему вообще стоит уделить внимание: спорту, творчеству, умению хорошо говорить. Может, в образовательный минимум включить актерское мастерство, например», — считает Кузнецов. И только когда мы поймем, какие перед нами стоят задачи, нам будет ясно, какой должна быть новая школа, заключил он.

Анна Семенец

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Две школы построят в этом году на северо-западе Москвы

До конца года в ТиНАО построят пять новых школ

На северо-востоке Москвы построят детский сад и школу