Состав преступления отсутствует

Состав преступления отсутствует

Вердикт Верховного суда вернул Ильдару Дадину свободу и дал право на реабилитацию. Однако активист может покинуть Россию.


© Фото Денис Гольдман, ИА «Росбалт»

Верховный суд отменил приговор Ильдару Дадину — первому в России  осужденному по уголовной статье о повторных нарушениях на митингах — по причине отсутствия в его действиях состава преступления и постановил освободить оппозиционера из колонии. При этом его супруга опасается нового преследования и говорит о намерении покинуть страну. Репортаж «Росбалта».

«Для начала я озвучу информацию, которая является важной для этого процесса», — отозвался Ильдар Дадин на предложение члена президиума Верховного суда Петра Серкова представить ходатайства. Участие в заседании он принимал по видеосвязи: обзор камеры в алтайской колонии целиком охватывал небольшое квадратное помещение с белыми стенами и бежевым полом, окаймленным плинтусом. В переднюю стену-решетку упирался небольшой деревянный стол, на котором были разложены всевозможные документы, бумаги и материалы. За ним в черной тюремной робе и сидел заключенный.

Дадин держал в руках тоненькую книжечку, по которой вслух прочел первые статьи российской Конституции. «Это основные статьи, которые показывают, что в России должен работать принцип верховенства права», — прокомментировал активист и продолжил чтение статьями о независимом суде и правах и свободах граждан. «Закон служит праву, а не наоборот, — сказал подсудимый. — Законы не имеют права сокращать мои права, законы должны обеспечивать соблюдение моих прав. Согласно Конституции, я, как гражданин РФ, являюсь единственным источником власти в РФ».

Судья Серков прервал монолог Дадина, заметив, что в зале «идет судебное заседание, а не лекция по конституционному праву». «Сейчас мы слушаем ходатайство, потом у вас будет время высказать все, что вы хотите», — подчеркнул он.

Подсудимый возразил, что его ходатайство требует ссылки сразу на несколько статей основного закона, поэтому их необходимо озвучить. «Чтобы суду и — в первую очередь — гражданам, которые, возможно, слышат и участвуют в судебном заседании, было видно, нарушаются права человека представителями данного суда или нет. Я не могу иначе, — горячился Дадин. — Я хочу знать, работают в России законы или не работают, работает Конституция или не работает. Я имею право отстаивать свою позицию всеми законными способами».

Обращаясь больше к журналистам и сторонникам, которых он на экране не видел (камера показывала лишь центр зала, где по кругу стояли столы членов президиума, адвокатов и гособвинителя), активист заявил, что предыдущие судебные инстанции не представили ни одного реального доказательства его вины и угрозы общественной опасности от его действий.

Сам Дадин узнал о процессе буквально за несколько дней до его проведения, поэтому не успел подготовиться. «Если бы у меня было время подготовиться, я бы показал всю смешную ложь, которая была написана в моем приговоре», — напористо излагал он свою версию.

Заметив рост негодования в стане судей, адвокат Дадина Ксения Костромина попыталась форсировать выражение подзащитным своей позиции. «Ильдар, тебя никто не пытается прервать. Насколько я понимаю, твое ходатайство — это просьба лично присутствовать на процессе?» — уточнила она.

Подсудимый подтвердил догадки юриста и вновь перешел в словесное наступление. Спустя пару минут не выдержал уже судья Серков. «Вы понимаете в какой реальности вы находитесь? — сердито поинтересовался он у заключенного алтайской колонии. —  Сейчас идет заседание в высшей судебной инстанции РФ, поэтому сформулируйте свое ходатайство».

«Все, что я озвучил, — это одно большое ходатайство», — уверенно ответил Дадин и перешел к финальной части выступления. «Я считаю, что только мое личное участие может обеспечить реальное правосудие, — заявил он. — Во-вторых, я требую участия в процессе других граждан РФ, как слушателей. Иначе это будет фикция правосудия, ничего общего с правосудием не имеющая. Я требую доставить меня в зал судебного заседания. Хочу участвовать в процессе, где судят меня».

Когда в зале воцарилась тишина, судья спросил: «Дадин, вы нас слышите?». «Да, я вас слышу», — спокойно ответил подсудимый. «Вы нас видите?» — пытался удостоверился член президиума. «Да, я вас вижу», — также невозмутимо сказал Дадин. Затем слово взяла адвокат. Она лаконично заметила, что условия не позволяют обеспечить ее подзащитному право на конфиденциальное общение с адвокатом. Прокурор возразил, что принцип гласности процесса не нарушен.

После совещания президиум постановил отказать защите в доставке подсудимого в Верховный суд. После возобновления слушаний в президиуме предупредили Дадина о намерении «как-то отреагировать на эти вещи» в случае попытки вновь «начать лекцию». «Мы не ограничиваем ваши права, но ходатайства по существу и лекции по конституционному праву это немножко разные вещи», — пояснил Петр Серков.

В ответ Ильдар Дадин обвинил суд в попытках ограничить количество и продолжительность его встреч с адвокатом. Возможность переговорить с защитником была предоставлена ему тут же.

После паузы Дадин выступил с заявлением: «Я считаю, что должен находиться непосредственно в зале судебных заседаний, в кресле возле своих адвокатов. Я не считаю данное действие судебным процессом. На мой взгляд, это цирк, но никак не судебный процесс, поэтому я отказываюсь в нем участвовать. Теперь все, мое участие закончилось», — произнес Дадин и, сложив руки на груди, откинулся на спинку стула.

Узнав мнение сторон, судья дал возможность представителю Генпрокуратуры высказать свою позицию относительно пересмотра приговора Басманного районного суда, проводимого «ввиду появления новых обстоятельств».

К «новым обстоятельствам» относится постановление Конституционного суда, признавшего возбуждение дела против оппозиционера в январе 2015 года незаконным. Там разъяснили, что судебные вердикты по административным правонарушениям Дадина на тот момент еще не вступили в силу.

По словам прокурора, Тверской суд Москвы в сентябре 2014 года трижды привлек активиста к административной ответственности за нарушение закона о митингах. В первых двух случаях — за участие в пикете, в третьем — в несогласованном с властями «митинге на Манежной площади». «5 декабря 2014 года Дадин вновь принял участие в несогласованном публичном мероприятии в форме шествия, участники которого, развернув баннер, перекрыли Ленинградский проспект и прошли с зажженными фаерами по проезжей части», — читал прокурор. Тем временем Дадин собирал и складывал на столе папки и бумаги, приготовленные к процессу.

Гособвинитель пояснял: два из трех постановлений районного суда Дадин обжаловал в вышестоящей инстанции, которая, впрочем, их законность подтвердила. Но в силу они вступили лишь в марте 2015 года

«Следовательно, на момент совершения инкриминируемых деяний Дадин не являлся лицом, ранее привлекавшимся три раза к административной ответственности. При таких обстоятельствах уголовное дело в отношении Дадина подлежит прекращению», — сказал прокурор и попросил суд отменить приговор и освободить оппозиционера из-под стражи, признав за ним право на реабилитацию.

Адвокаты активиста, сославшись на заявление КС, лишь добавили, что его действия не несли в себе никакой общественной опасности. «Законодатель принял чудовищную норму. Единственно возможный способ восстановления прав нашего подзащитного — это, конечно, отмена приговора и немедленное освобождение из-под стражи с правом на последующую реабилитацию», — резюмировала Ксения Костромина.

Позже, пока президиум обдумывал вердикт, она призналась журналистам, что позиция Генпрокуратуры стала для нее неожиданностью. От первых поздравлений она отстранялась («надо дождаться решения президиума»), но замечала: «Это победа законности в правосознании государственного обвинителя».

Спустя несколько минут Верховный суд присоединился к доводам сторон и постановил отменить приговор Басманного и Московского городского судов, освободить Ильдара Дадина из колонии и предоставить ему право на реабилитацию. Замершая на время оглашения жена оппозиционера Анастасия Зотова, радостно воскликнула «Ура!» и громко засмеялась.

«Я надеюсь, что сейчас мы поедем в Барнаул, дадим волшебную бумажку о том, что ВС постановил Ильдара освободить, его освободят, мы — не знаю — сожжем эту робу и будет все хорошо. Год боролись и добились!», — перебарывая бурю эмоций, сумбурно говорила девушка на выходе из зала.

В освобождении мужа она (также, как и в заключении) видит политические мотивы. Подтверждает эту теорию, по ее словам, лишь тот факт, что информация о недействительных судебных решениях была известна задолго до первого приговора. «В России суд говорит так, как ему говорят сверху, — высказала она  мнение. — В этот раз ему сказали освободить, а все предыдущие разы сверху говорили: „Не надо освобождать“. Ильдар прав: это все цирк. Только тогда это был цирк, чтобы его осудить, а теперь — спектакль, чтобы показать, что в России справедливый суд».

После выхода из колонии Ильдар «будет вести спокойную семейную жизнь вместе с правозащитной деятельностью», смеется Анастасия. Она не видела мужа с начала января, поэтому первое, что она сделает, когда встретится с ним, — обнимет. Но затем все же будет просить его эмигрировать. Причина — страх перед новым уголовным преследованием.

«Я надеюсь, что Ильдар уедет со мной из России, потому что я очень боюсь, что его арестуют второй раз. А я уже больше не хочу, чтобы его арестовывали», — объясняет она.

Адвокаты не спешат прогнозировать, будет ли Дадин настаивать на полной реабилитации в виде компенсации ущерба. «Ильдар такой человек, что он может отказаться от компенсации и сказать: „Не хочу этим заниматься“», — поделился защитник оппозиционера Алексей Липцер.

На углу Поварской улицы, напротив здания Верховного суда, на узком тротуаре теснились примерно дюжина человек. По очереди каждый из них становился в пикет с плакатом «Свобода не требует согласований». Сразу после отмены приговора Ильдара Дадину подержать белый лист с лозунгом вызвалась невысокая девушка в черной куртке. Пока она занимала пост, из автозака неподалеку вышли два крепких мужчины в форме. Не спеша, полицейские подошли к активистам, осмотрели плакат и, окружив девушку, попросили документы. «Замкнутый круг», — тихо проговорил кто-то из активистов.

Денис Гольдман


Ранее на тему Алтайской колонии пока не хватает полномочий освободить Дадина

В СПЧ призвали скорее изменить или вообще исключить статью, по которой был осужден Дадин

Политолог: В случае с Дадиным система избавилась от назойливой помехи