Битва вокруг «кухонного хулигана»

Битва вокруг «кухонного хулигана»

Мнения депутатов, ряда общественников и правоохранителей на законопроект о декриминализации домашнего насилия разошлись.


© СС0

Госдума во втором чтении одобрила поправки в Уголовный кодекс о декриминализации домашнего насилия. Документ поддержали 385 депутатов — при двух голосах «против» и одном воздержавшемся. Спустя час после парламентских слушаний в Общественной палате законопроект обсудили вновь. Как выяснилось, взгляды народных избранников и общественников на методы семейного воспитания расходятся.

Голосование членов нижней палаты парламента во вторник предваряла дискуссия, в ходе которой соавтор инициативы о поправках в УК единоросс Ольга Баталина, отвечая на претензии немногочисленных оппонентов, заявила: «Родитель, поставивший синяк ребенку, будет потенциально осужден на два года. И родная мать становится для ребенка опаснее, чем сосед или чужой человек». Ее однопартиец Андрей Исаев тезис коллеги поддержал, указав на «чудовищную практику» ряда европейских стран, когда государство вмешивается в семью. Принятие законопроекта во втором чтении продемонстрировало, что подавляющее большинство депутатов придерживаются схожей позиции.

Согласно поправкам, семейные побои переводятся в разряд административных правонарушений. Только в случае систематического рукоприкладства виновные подвергнутся уголовному наказанию. По словам парламентариев, ранее законодатели декриминализировали статью УК «побои» (ч.1, ст. 116) путем перевода этого состава в КоАП. Однако побои в отношении близких лиц продолжали оставаться уголовным преступлением.

Уже через час в стенах Общественной палаты РФ собрались противники и сторонники закона, чтобы еще раз обсудить целесообразность принятия документа. По итогам заседания стало ясно: точка зрения авторов законопроекта на воспитание в семье не поддерживается как многими общественниками, так и правоохранителями. Острая тема декриминализации домашнего насилия глубоко задела участников круглого стола, поэтому модератору дискуссии, главе комиссии ОП по безопасности Антону Цветкову, то и дело приходилось прерывать словесные перепалки, ограничивая эмоциональные речи рамками регламентированных пяти минут.

«Сам по себе законопроект подчеркивает общий тренд на дегуманизацию страны», — начала свое выступление писательница и общественный деятель Мария Арбатова. Основной посыл этого тренда, по ее словам, передается целым рядом уже принятых или еще только обсуждаемых законов и звучит как «мы сделаем самых незащищенных еще более незащищенными».

«Точно таким же образом этот законопроект, если сложить его в короткий месседж, говорит: „Мы хотим, чтобы насильник бил. Мы хотим, чтобы жертва имела как можно меньше лазеек, дверей и щелей, чтобы спрятаться от насилия“, — продолжила писательница. При этом крупные родительские объединения, единогласно поддержавшие законопроект, лишь используются властями для прикрытия непопулярных решений, констатировала она и выразила опасение, что законодательная декриминализация семейных побоев приведет к резкому росту смертей. „Мне несколько полковников полиции сказали: ‚Мы уже заранее видим эти кладбища, с фотографиями молодых женщин‘, — высказала мнение Арбатова.

Лидер движения ‚За права женщин России‘, адвокат Людмила Айвар вспомнила аналогичное заседание полугодовой давности, когда поправки в УК были поддержаны большинством. Она допустила возможность перевода семейных побоев в разряд административных преступлений ‚на первый раз‘. Однако для этого необходима четкая система защиты женщин, детей, стариков и инвалидов от подобных происшествий. ‚Я бы поддержала этот законопроект, если бы закон о семейно-бытовом насилии прошел в Госдуме хотя бы первое чтение, — сказала юрист, — когда люди, живущие в семье, могли бы знать, что они защищены, и есть механизмы государственного воздействия на кухонного хулигана, которого можно как-то обуздать или предупредить о дальнейших последствиях‘.

Адвокат Сталина Гуревич возразила коллеге, отметив, что применение закона будет зависеть от добросовестности работы правоохранителей. По ее мнению, документ нуждается лишь в нескольких ремарках. В частности, она предложила отменить норму об взыскании штрафа за побои, поскольку эта мера ударит в равной степени и по жертве насилия.

При этом, обсуждая проект поправок, все забывают о еще одном его нововведении: теперь жертва должна будет лично обращаться к адвокату и отстаивать свою позицию в суде за свой счет, указала основатель движения ‚Стоп насилие‘ Алена Попова. Она привела статистику, согласно которой, за 2015 год жертвами домашнего насилия стали 50 тыс. человек. Из них — 36 тыс. — женщины, 11 тыс. — дети и 3 тыс. — мужчины. По словам правозащитницы, декриминализация побоев не спасет от незаконного изъятия детей из семей, поскольку эту процедуру регулирует Семейный кодекс.

Лидер ‚Сопротивления‘ Мария Мамиконян в ответ обвинила оппонентов в подтасовке фактов и распространении ‚мифов‘. Она заявила о 213 тыс. собранных ее организацией подписей в поддержку поправок и призвала к отмене обсуждаемой статьи, потому как, согласно ей, насилием можно считать ‚все подряд‘. ‚Вы схватили ребенка и сдернули его с подоконника, когда он туда сдуру залез, — у него остался синяк. В детском саду его увидели, спросили, почему синяк, было ли тебе больно. Так вот, 116 статья — это как раз причинение боли. Ему было больно — тут же вызывают опеку, а родителей начинают подвергать дознаниям. И совсем не факт, что ребенка отдадут‘.

По мнению Мамиконян, приюты и замещающие семьи лишь заинтересованы в пополнении, чтобы обеспечить себе высокий уровень госфинансирования.

Часто закон к закону о домашнем насилии женщины апеллируют при шантаже супруга, поддержала Мамиконян член ОП Любовь Виноградова. ‚Разбирают супруги отношения при разделе имущества. Как последний аргумент применяют элемент шантажа: ‚Если ты не согласишься на мои условия, я иду и подаю заявление в суд по побоям‘. Женщине найти на своем теле синяк — ничего не стоит. Каждая придите сегодня домой вечером, разденьтесь и посмотрите: наверняка найдете какой-нибудь кровоподтек, и я не уверена, что его вам поставил муж!“

Успокоить разгоряченных женщин поспешили представители МВД и Генпрокуратуры. Первая, сославшись на внутреннюю статистику, заверила, что после введения поправок об уголовной ответственности за насилие против близких членов семьи количество преступлений не изменилось. Соответственно, повода для декриминализации представитель полиции не нашла.

Солидарна с ней оказалась сотрудник Академии Генпрокуратуры Наталья Коваль. Она обратилась к сторонникам поправок: „Когда говорят, что родители имеют право шлепать своих детей, давайте не будем путать шлепки и побои. Специалисты-неврологи дали заключение, что это имеет негативное последствие для психического здоровья детей, способствует их социальной изоляции, отклонениям в развитии, нередко психологических травм“.

Коваль рассказала, что ее коллеги-криминологи бьют в набат, предупреждая о резком росте домашнего насилия. „Давайте жить без сопротивления, в согласии. Вспомните кота Леопольда“, — напутствовала она участников „Родительского всероссийского сопротивления“.

Денис Гольдман


Ранее на тему Суд обязал украинское предприятие «Антонов» выплатить Минобороны РФ 180 млн рублей

Противники домашнего насилия принесли к парламенту Петербурга «женскую голову» (фото)

В Госдуме предлагают штрафовать на полмиллиона за антигосударственные высказывания