Улюкаев обвинил Сечина

Экс-руководитель МЭР в суде заявил о своей невиновности, а также о якобы имевших место ложном доносе главы «Роснефти» и провокации взятки с участием ФСБ.


© Фото Дениса Гольдмана, ИА «Росбалт»

Замоскворецкий районный суд Москвы приступил к рассмотрению дела бывшего министра экономического развития Алексея Улюкаева, обвиняемого во взяточничестве. На заседании в среду прокуроры огласили обвинительное заключение. Защита экс-чиновника просила вернуть дело следствию: по мнению адвокатов, гособвинитель намеренно исказил обстоятельства, описанные в материалах. Сам Улюкаев заявил о своей невиновности и обвинил в провокации главу «Роснефти» Игоря Сечина и бывшего начальника службы безопасности компании Олега Феоктистова. На ложных, по его версии, показаниях первого и было целиком построено расследование. За началом процесса следит корреспондент «Росбалта».

Судебные приставы позволили журналистам попасть в зал за полчаса до начала заседания. Спустя несколько минут четыре ряда скамеек были заполнены репортерами, пространство между столами защиты и обвинения — операторами и фотографами. В ожидании фигуранта каждый занимался своим делом: включал ноутбук, проверял соцсети, настраивал технику или выходил в прямой эфир. Поэтому появление Алексея Улюкаева было замечено не сразу: в полном одиночестве он спокойно выкладывал документы из голубой сумки. Параллельно корреспондент московской радиостанции описывала происходящее коллегам в студии: «Сейчас он сел напротив меня, достал документы из папки. Он одет достаточно неофициально — на нем синее поло. Выглядит он спокойным и серьезным».

Фото ИА Дениса Гольдмана, «Росбалт»

Последней бывший министр вынул из сумки электронную книгу. Включив ее, он положил руки на стол и принялся читать под стрекот фотокамер. «Алексей Валентинович, скажите пару слов, что будет сегодня на заседании?» — раздался звонкий женский голос. Улюкаев призыв проигнорировал, — зато отозвался пристав: «Девушка, без интервью». Журналистка повторила вопрос: «Без интервью, девушка», — отрезал на этот раз сам подсудимый.

Однако, выслушав несколько однотипных вопросов, он все же не смог удержаться. «Что читаете?» — не сдавалась девушка. «Чехова читаю и вам советую», — невозмутимо ответил Улюкаев. Девушка ринулась напролом: «Почему именно Чехова? Вы как-то настраиваетесь?» «Потому что Чехов великий русский писатель. А я, к сожалению, мало читал в последнее время», — прежним тоном сказал Улюкаев.

Окружившие экс-министра журналисты пытались узнать, какой рассказ захватил внимание экс-министра. «Убийство. Рассказ как раз о следствии, — охотно пояснил он. — Я читаю подряд, ничего специально не выбирал. Вообще, читаю рассказы Чехова с 1992 года».

«Сами писать начать не думаете?» — спросил мужской голос. «Мне кажется, я и не бросал», — сказал Улюкаев. Репортеры пытались подойти в разговоре с бывшим чиновником к сути дела: «Как оцениваете нынешнее экономическое положение?». «Положение отличное, но небезнадежное», — сыронизировал он и поведал, что не обсуждал свой процесс с президентом, поскольку не имел возможности.

«Как вы думаете, каким будет итог процесса? Возможен ли положительный результат?» — продолжали журналисты. «В науке любой результат — результат, — выдержав паузу, философствовал Улюкаев. —  Думаю, в историческом смысле этот процесс завершится положительно. Русскому народу этот процесс принесет пользу. Может, кто-нибудь чему-то научится».

Закончилась импровизированная пресс-конференция заявлением «Я настроен всегда оптимистично». Последний вопрос — «С какими словами вам передали чемоданчик?» — обвиняемый, пожав плечами, оставил без ответа.

Приставы увели камеры, пригласив занять места участников процесса: четверых адвокатов бывшего министра и двоих прокуроров: Бориса Непорожного и известного по участию в суде над украинской летчицей Надеждой Савченко Павла Филиппчука. Напоследок секретарь проверила явку свидетелей: «Свидетели обвинения в зале присутствуют? Свидетели защиты?». «Целый зал», — отозвался один из адвокатов.

Формально предметом изучения следственных органов послужила инициатива Министерства экономического развития (МЭР) о приватизации крупнейших российских госкомпаний летом 2016 года. В числе прочего планировалось выставить на продажу чуть более 50% акций компании «Башнефть». О желании купить сырьевой актив правительство оперативно известила «Роснефть». Однако затем, читал Борис Непорожный, Алексей Улюкаев предложил главе кабмина исключить из списка претендентов на приватизацию компании с госучастием и, в частности, «Роснефть». Позже, однако, глава МЭР кардинально изменил свое мнение и согласовал условия сделки.

Но уже в октябре, находясь на саммите лидеров стран БРИКС в Индии, Улюкаев, по версии прокуратуры, потребовал от Сечина взятку в размере $2 млн (чуть более 130 млн рублей) — «в качестве благодарности за дачу положительного заключения на сделку». В противном случае министр обещал направить в правительство «негативное заключение» по «Башнефти».

Игорь Сечин, «реально воспринимая угрозу, данную членом правительства», согласился и сразу по возвращении из командировки обратился в ФСБ. Под контролем спецслужб 14 ноября он созвонился с чиновником и договорился о встрече в офисе нефтяной компании. Взятку, утверждает прокуратура, он передавал Улюкаеву лично. После чего министр положил сумку с деньгами в багажник служебной машины, после чего был задержан. Теперь ему грозит до трех лет лишения свободы.

«Вам понятно предъявленное обвинение?» — спросила у экс-министра судья Лариса Семенова. «Ваша честь, обвинение мне понятно», — произнес Улюкаев. Он заявил, что не согласен со словами прокурора и не признает себя виновным «полностью».

«В отношении меня органами ФСБ была совершена провокация взятки, организованная на основании заведомо ложного доноса Сечиным и  Олегом Феоктистовым (экс-глава службы безопасности „Роснефти“ — „Росбалт“). Данная провокация послужила основанием для необоснованного возбуждения уголовного дела. В процессе расследования данного дела следствие не только игнорировало очевидные доказательства ложности показаний Сечина, но и умышленно не предпринимало никаких действий», — считает Улюкаев. Он высказал мнение, что выдвинутое против него обвинение основано исключительно на показаниях главы «Роснефти».

«Передача мне этой сумки была заранее спланирована сотрудниками ФСБ, которые в течение нескольких недель, основываясь на ложных показаниях Сечина, ждали требований в передачи взятки. Естественно, не дождались таковых. Понимая, что их не последует, Сечин сам позвонил мне и под предлогом важных текущих вопросов деятельности компании уговорил меня приехать», — изложил свою трактовку произошедшего экс-глава МЭР.

 Чтобы установить ложность и абсурдность обвинения достаточно «простого здравомыслия», отметил он. Влиять на работу коммерческих структур в бытность министром ему не позволяла служебная компетенция и «неэквивалентность» собственного «политического веса и веса господина Сечина в российском политическом истеблишменте».

Резюмируя, Алексея Улюкаев выразил надежду на то, что суд рассмотрит дело честно и объективно.

Его защитники, в свою очередь, заметили различия между выступлением прокурора Непорожного и материалами дела. По их версии, в имеющемся обвинительном заключении указано, что их подзащитный просил не лишить «Роснефть» права на приобретение «Башнефти», а только выставить дополнительные критерии для всех участников приватизации. Адвокат Виктория Бурковская назвала расхождения существенными и попросила суд вернуть дело в прокуратуру.

Борис Непорожный в ответ сослался на норму процессуального кодекса, по которой прокурор вправе изложить лишь суть обвинения, а не обязан зачитывать его целиком: «Остается сожалеть, что по каким-то причинам сторона защиты не настроена на судебное разбирательство, пытается затянуть судебное следствие». После короткого совещания суд в ходатайстве защиты отказал, назначив представление доказательств обвинения на следующее судебное заседание — 1 сентября.

«Ваша честь, а как же дети?! Подумайте о детях!» — возмутились адвокаты Улюкаева. «Следующее заседание пройдет в 10 часов 1 сентября», — монотонно проговорила Лариса Семенова и покинула зал.

Фото Дениса Гольдмана,  ИА «Росбалт»

Журналисты бросились за комментарием к подсудимому. «Я предупрежден, что интервью могут стать основанием для изменения меры пресечения на более жесткую. Поэтому если вы не хотите посадить меня за решетку, пожалуйста, не задавайте вопросов», — отрезал Алексей Улюкаев. Домой приставы увезли его на служебном автомобиле Lada Granta.

Денис Гольдман

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему «Дело Улюкаева»: «ворчание» как вымогательство

Антон Орехъ. Отлично, но небезнадежно

Суд 1 сентября вернется к рассмотрению «дела Улюкаева»