Кого волнуют мертвые младенцы? (фото)

"ПЧП" продолжает следить за развитием событий вокруг дела так называемого центра родительской культуры "Колыбелька". Напомним, в прошлом номере "ПЧП" мы рассказали о том, что решением Петроградского районного суда рассмотрение уголовного дела в отношении организаторов "Колыбельки" супругов Ермаковых передано по подследственности в суд другого, Приморского района, поскольку именно там было совершено наибольшее количество эпизодов.

После этого в "Росбалте" состоялся "круглый стол" "Роды: по правилам и без", на котором депутаты, сотрудники прокуратуры, журналисты и потерпевшие по делу "Колыбельки" попытались обсудить проблемы обычных и альтернативных родов. Были приглашены также Елена и Алексей Ермаковы, однако от участия в "круглом столе" они отказались. Но если нежелание обвиняемых по 235 статье УК (незаконное занятие частной медицинской практикой, повлекшей по неосторожности смерть человека) Ермаковых обсудить вместе с общественностью проблемы частной медицинской практики и альтернативных родов еще как-то можно объяснить (по нашим предположениям, тем же страхом), то совершенно непонятна позиция чиновников Комитета по здравоохранению администрации Санкт-Петербурга. Именно они должны были первыми бить тревогу, узнав о том, что в Санкт-Петербурге один за другим при родах гибнут дети.

Присутствующие на "круглом столе" очень бы хотели услышать мнение начальника отдела помощи матерям и детям комздрава на эту тему, однако Анатолий Симаходский не пожелал присутствовать. Анатолий Семенович умудрился назначить совещание за полчаса до начала "круглого стола", о котором он заранее знал и давал обещание прийти.

Видимо, ответственные товарищи из комздрава то ли постеснялись, то ли испугались обсудить неудобные и слишком тревожные для себя вопросы.

Например, такие: почему в Санкт-Петербурге в течение более 10 лет и до сих пор совершенно беспрепятственно действует организация, оказывающая нелицензированные, то есть незаконные, медицинские услуги? Почему находящиеся под судом обвиняемые в очень серьезном преступлении граждане продолжают принимать роды на дому, что подтверждено не только восемью уже находящимися в суде уголовными делами, но и очередным преступлением — смертью новорожденного в октябре 2008 года, к которому, по мнению прокуратуры, также причастны непотопляемые Ермаковы? Почему, наконец, в сугубо медицинском и чрезвычайно интимном процессе более чем тысячи (!) совершенно посторонних женщин присутствовал и активно участвовал человек, не имеющий никакого медицинского образования Алексей Ермаков?

Эти и многие другие вопросы интересовали не только журналистов и женщин, потерявших своих детей, но и депутатов — в частности, председателя постоянной комиссии по здравоохранению и экологии ЗакСа Санкт-Петербурга Олега Сергеева. Он так прямо и говорил: Комитет по здравоохранению бездействует, поскольку именно он должен регулировать и контролировать деятельность подобных заведений.

"Над подобными услугами, над частными медицинскими клиниками должен быть железный контроль, — заявил депутат. — Это беспрецедентный случай, обман, и Росздравнадзор должен реагировать".

Кстати, примечательно, что от участия в "круглом столе" категорически отказались не только чиновники, но и частные медицинские клиники. По их словам, проблема эта слишком скользкая, чтобы ее обсуждать публично. Конечно, зачем публично? Ведь собственная прибыль и репутация дороже жизни младенцев.

Прокуратура: только обвинительный приговор сможет остановить конвейер

Сейчас, когда процесс над Ермаковыми раскрутился с новой силой, наблюдателей волнует еще такой вопрос: о чем думают беременные, которые, уже зная о трагедиях в "Колыбельке", все равно рискуют идти к доморощенным эскулапам? Даже очередная смерть новорожденного мальчика, задохнувшегося при родах у Ермаковой 28 октября (когда ребенка все-таки привезли в больницу, врачи были уже бессильны), их не останавливает — очередь мамаш к подпольным акушерам не иссякает. Ответили на этот вопрос потерявшие своих детей женщины, хотя именно здесь логичным продолжением был бы ответ чиновников комздрава.

Вот что говорит Ольга Васильева, первой инициировавшая процесс против Ермаковых: "Все очень просто: как говорят Ермаковы, если бы мы делали что-то плохое или незаконное, нас бы давно закрыли. А раз нас не закрывают, мы делаем все правильно и хорошо". Кстати, до сих пор рекламой "Колыбельки" напичканы едва ли не все журналы для беременных.

Действительно, логика ясна: государство должно регулировать законность или незаконность любого вида деятельности, тем более медицинской. А если государству, простите, наплевать, то, значит, так и должно быть.

Впрочем, перспектива у "Колыбельки" и ей подобным, надеемся, все-таки безрадостная. Как заявил присутствовавший на "круглом столе" прокурор Петроградского района Дмитрий Смирнов (напомним, прокуратура именно этого района расследовала дело Ермаковых) заявил, что "справедливый обвинительный приговор по уголовному делу против супругов Ермаковых должен стать прецедентным, и прокуратура будет добиваться именно обвинительного приговора". По честному признанию прокурора, пока обвинительного приговора не будет, конца этому не положить.

Дмитрий Смирнов также сообщил причину переноса дела в другой суд, что не только возвращает практически законченное дело к истокам, но значительно ударяет по репутации петроградской прокуратуры. По словам г-на Смирнова, есть процессуальные пробелы в законодательстве, и сторона защиты, поняв, что запахло жареным (государственное обвинение просило дать Ермаковым по 6 лет колонии), стала искать и нашла эти нестыковки. Что и стало причиной переноса дела в другой суд.

Комментариев для отказа судьи изменить меру пресечения Ермакову на заключение под стражу прокурор давать не стал, однако подчеркнул, что прокуратура уже подала в горсуд кассационную жалобу. Но даже если дело все-таки будет перенесено, представители Петроградской прокуратуры все равно будут участвовать в суде.

"Я лично считаю, что Ермаковы нарушили закон и должны нести ответственность", — заявил прокурор. При этом очевидно, что сами Ермаковы будут добиваться оправдательного приговора. В самом деле, подумаешь, шесть мертвых младенцев. Новых нарожаем.

Марина Бойцова, Петербургский Час пик