Беспредел как образ жизни

Владимира Кумарина, которого сегодня признали виновным в организации рейдерских захватов в Петербурге, без преувеличения можно назвать одним из  героев "лихих 90-х". Его имя стало почти нарицательным, символом эпохи, заставившей целую страну жить не по закону, а по понятиям. Почему право тогда оказалось нежизнеспособным, и изменилось ли что-нибудь за последние годы?

"Тяжелым, кровавым выдался високосный год. Каждый месяц случалось преступление, которое пресса и сотрудники милиции считали "громким". Многие из преступлений, совершенных в этом году, возможно, будут раскрыты через несколько лет, если вообще когда-нибудь будут раскрыты...", — это цитата из статьи "Кровавые следы уходящего года", опубликованной в газете "Час пик" 26 декабря 1996 года. Заканчивается материал весьма оптимистично: "Поздравляем тех, кто остался жив".

Подобные публикации тогда не были чем-то необычным. Очередной труп, очередное "кидалово", "мочилово", "разводка". "Беспредел" стал привычным и обиходным понятием.

"Последнее время к нам часто стали обращаться бизнесмены — особенно из начинающих — с просьбами проконсультировать по вопросам, возникших у них взаимоотношений с бандитами. Скажем, наехала на какую-нибудь фирму некая группировка — называют себя "пермскими" или "воркутинскими", — а бизнесмены не знают, что за люди, серьезные или нет, стоит ли платить, бежать ли в милицию, а может, и так все обойдется?.." — это тоже не анекдот "про бандитов" и не кадр из фильма о буднях "братков". Это цитата из статьи Андрея Константинова "Путеводитель по городу. Бандитский Петербург", опубликованной в газете "Смена" в ноябре 1992 года.

Если вдуматься, то любого нормального человека обыденность происходившего должна шокировать. Но не шокирует — потому что большинство россиян это "проходили" так или иначе на собственном опыте. Да и сегодня, спустя 10-15 лет, по сути мало что изменилось. Разве что лексикон. Любимую присказку смутного времени "тихо шинами шурша едет "крыша" не спеша" сегодняшние молодые люди воспринимают почти буквально. А вот их ровесники из 90-х отлично понимали, о какой "крыше" идет речь.

Так случилось, что в середине 90-х корреспондент "Росбалта" немного подрабатывал в кооперативе. На предприяие наехали "Малышевские", а крышевали "Тамбовские" (или наоборот — точно сейчас уже не вспомнить). Прекрасно вспоминаются собственные  ощущения на бандитской "стрелке": буквальная гордость за "наших", чувство защищенности и какого-то щенячьего восторга от того, что "наши" "этим" покажут, что "наши" круче, что у "наших" оружие вон какое и "девятки" сплошь вишневые. Самое ужасное — председателю коооператива (бывшему врачу) и коллегам (педагогу, инженеру и филологу) даже в голову не приходило, что в любой нормальной стране в такой ситуации надо просить помощи не у бандитов, а у государства.

Кстати, один из коллег по тому же кооперативу (врач) принимал почти непосредственное участие в лечении "героя" того времени Владимира Кумарина после покушения в июне 1994 года: его  "Мерседес" изрешетили из автоматов, водитель и телохранитель погибли, а сам Кумарин в критическом состоянии был госпитализирован в городскую больницу №26. Уже через несколько минут все медучереждение было оцеплено двойным кордоном людей с автоматами: "тамбовскими" и  ОМОНом. Примечательно, что бандиты и стражи порядка между собой вполне ладили.

В больнице Кумарина откачали (правда, ценой ампутированной руки) и должны были отправить для дальнейшего лечения в Германию. Доктор Дмитриев (назовем его так) тогда работал на "скорой" и рассказывал, как это было организовано.

Люди лидера "тамбовских" потребовали на "скорой" лучшую реанимационную бригаду с лучшим специалистом. На этой машине Кумарина должны были доставить из больницы в аэропорт, где "авторитета" ждал забронированный самолет. Несмотря на приличный "гонорар", практически все приглашенные для этой цели врачи отказались сопровождать Кумарина. Одни элементарно боялись нового покушения — карету скорой помощи могли запросто взорвать вместе с врачами и самим авторитетом. Другие принципиально не желали связываться с бандитами. Пришлось назначать врача из дежуривших в тот день —  доктор, находившейся на службе, уже не мог отказаться. Рассказывают, что все время полета Владимира Кумарина лично сопровождал заведующий реанимационным отделением одной из больниц. Потом, по слухам, он наконец-то купил себе машину.

За прошедшие 15 лет вишневые "девятки" сменились на "бумеры". "Авторитеты" теперь требуют, чтобы их так называли в прямом, а не в переносном смысле. Они привозят телевизоры в детские дома и устанавливают кресты на церкви. Но изменилась ли страна, в которой интеллигентный врач, поправляя пальчиком очки, гордился тем, что его "крыша" круче соседней, и обратится ли теперь этот человек за помощью к закону, а не к бандитам?..

"Так получилось, что в 90-е мы пришли с тем, что осталось от СССР, и это — то, что осталось, -  в 90-е не вписывалось. Все силовые структуры оказались развалены, люди уходили из МВД и ФСБ, но при этом пытались создавать новые организации. Эти структуры получили функции, дублирующие работу государственного аппарата, — отметил в интервью "Росбалту" председатель совета директоров охранного предприятия "Ист-Поинт" Александр Положинцев (его бизнес организовывался как раз в смутные 90-е). — Это не хорошо и не плохо, это реальность. За последние годы в какой-то мере ситуация изменилась, все-таки при определенных конфликтах человек не идет стрелять в конкурентов, а пытается разобраться по закону. Другой вопрос — получается это с трудом. Если в 90-е годы коммерсант заключал какую-то сделку и не исполнял обязательств, возмездие наступало быстро. Сегодня в подобной ситуации люди спокойно нарушают и обязательства, и закон, но судопроизводство идет настолько медленно, что нечистоплотный человек десять раз успевает зарегистрировать другую фирму и продолжает спокойно работать. У нас, как известно, суровость законов компенсируется необязательностью их исполнения. Депутатам надо не принимать новые законы, а отслеживать, чтобы уже принятые выполнялись. Конечно, существует и правовой нигилизм, и беспредела хватает. Но, на мой взгляд, все-таки есть понимание того, что нужно изменить и как это сделать. Однако движение должно быть поступательным, а процесс очень длительный".

У адвоката Никиты Филатова свое видение ситуации. В качестве комментария он приводит  слова покойного генерала Лебедя: "Беспорядок — это не отсутствие порядка. Это специально организованный порядок… Взятка, обман, страх — сплетаются и образуют систему. Систему кажущегося бардака, а на самом деле — систему жесткого порядка. Бандитско-бюрократического порядка...". "К сожалению, это определение не утратило актуальности, — считает Филатов. — Правоприменительная система в России традиционно ориентирована в большей степени на самообеспечение и самовоспроизводство, чем на защиту интересов конкретного гражданина и общества в целом. Этакое закрытое акционерное общество ребят в больших фуражках… Откуда же взяться в народе уважению к закону и к его слугам?"

Согласно официальной статистике МВД, Минюста и Госкомстата, в 90-е годы регистрировался самый высокий за всю историю России рост преступности. Наиболее значительным он был в периоды обострения кризисных явлений в 1990-1993 и 1998-1999 годах. Так, например, если в 1990 году было зарегистрировано 1240 преступлений на 100 тысяч населения, то спустя два года — уже 1992, а в 1999-м — 2052 преступления на каждые 100 тысяч населения. Среди преступлений 90-х лидируют умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, убийства и покушения на убийства.

Сейчас, по официальной версии, количество тяжких и особо тяжких преступлений несколько пошло на убыль, но зато растет коррупция, стало больше преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, изнасилований, в том числе несовершеннолетних. При этом эффективность работы правоохранительных органов большинство граждан по-прежнему оценивают крайне низко. Согласно опросу, проведенному среди аудитории "Росбалта", лишь 5% респондентов считают милиционеров стражами общественного порядка, и всего 3% — защитниками жизни, здоровья и имущества граждан. Почти четверть опрошенных называют милицию "инструментом влияния государства на общество", зато 67% считают, что милиция — это источник потенциальной опасности.

Зато начальник ДЭБ МВД России генерал-лейтенант милиции Юрий Шалаков на круглом столе в МВД заявил: "Сегодня уже можно констатировать, что в крупных городах растет правосознание населения. Многие граждане … предпочитают решать проблемы законными методами. В том числе путем обращения в органы внутренних дел или судебные инстанции".

Как заявил "Росбалту" руководивший петербургской милицией как раз в 90-е Аркадий Крамарев, "сейчас-то на улице в вас никто не стреляет — и то хорошо".

Марина Бойцова

Подробности дела Кумарина — в ближайшее время на сайте "Росбалта"