Лето-2010: предсказуемый апокалипсис

Жара и природные катаклизмы, охватившие Россию нынешним летом, были беспрецедентными, но предсказуемыми. Власти никак не отреагировали на предупреждения синоптиков и климатологов, хотя могли и должны были.

Летнюю жару 2010-го можно действительно считать беспрецедентной аномалией. Как сообщил "Росбалту" заведующий отделом динамической метеорологии ГУ "Главная геофизическая обсерватория им. Воейкова", заслуженный деятель науки РФ Валентин Мелешко, подобная, но гораздо более "гуманная" жара была зафиксирована в России в 1972 году: тогда со второй половины июля и в течение трех недель августа температурные показатели превышали норму на 4,4 градуса в Санкт-Петербурге (при норме 17,7 градусов), и на 4,2 — в Москве. Нынешним летом показатели превышали норму на 6,7 в Петербурге и на 7,9 — в Москве.

"Действительно, это жара аномальная. Но почему она случилась — никто не может сказать точно. Так что если говорят, что западные синоптики все давно знали — не верьте, — заявил Мелешко. — Предсказать достоверно ее было сложно, предсказуемость атмосферных процессов может быть реальной максимум на 5-7 дней, теоретически реальной — до 2 недель, но исполняемость таких прогнозов мала. Скорее всего, нынешняя жара — это особенность процессов, проходящих в атмосфере".

Тем не менее ученые подчеркивают, что еще в апреле 2010 года Росгидрометцентр указывал на вероятную повышенную пожароопасность будущим летом и увеличение количества природных катаклизмов типа ураганов. Вероятность прогнозов составляла 60-70%, и власти должны были прислушаться к ученым.

"Те прогнозы, которые еще в апреле давал Росгидромет, причем с указанием конкретных регионов, давало возможность соответствующим службам вовремя подстраховаться и принять необходимые меры. Однако этого не было сделано, — сообщил "Росбалту" руководитель отдела исследований изменения климата Государственного гидрологического института, доктор географических наук Олег Анисимов. — Те люди, которые планируют народное хозяйство, должны были подготовиться и прислушаться к мнению ученых, которые еще в апреле предупреждали о возможных катастрофах наступающего лета".

По словам ученого, "все было предсказано, но никаких выводов не было сделано".

"Предел предсказуемости был достигнут, но то, что было получено, надо было соответствующим образом трансформировать, — заявил Анисимов. — Создается впечатление, что наши службы — МЧС, например, — живут в каком-то прошлом веке и борются с несуществующими бедствиями, проводят какие-то странные тренировки и учения. А вот то, что произошло, и есть стихийное бедствие, и именно к этому, а не к мифическим бомбам, надо было готовиться. Я сам живу в зоне, где прошел июльский ураган, и за три недели я ни одного сотрудника МЧС там не видел. Люди сами выживали".

Ученый считает, что изменения климата неизбежны, но человечество должно вырабатывать эффективные стратегии, чтобы предупреждать негативные последствия колебаний погоды и изменения климата.

При этом специалисты не скрывают своей печали: гидрометеорологическая служба России практически развалена.

"Нам по-прежнему элементарно не хватает данных, — сказал на пресс-конференции в "Росбалте" вице-президент Всероссийской общественной организации "Русское географическое общество", глава кафедры физической географии и ландшафтного планирования СпбГУ Кирилл Чистяков. — Посмотрите на карту распределения метеостанций в Европе и у нас: в Европе целые сети, а в России — отдельные редкие крапинки. У нас сейчас всего 1600 метеостанций. Нам надо сейчас хотя бы восстановить советское. Еще одна проблема: необходимо получать информацию в экспедициях, на местах смотреть, что происходит. Сейчас у РГО технические возможности появились, и деньги стали появляться. Но проблема в кадрах".

С коллегой согласен профессор Анисимов: "Как говорят о нас китайцы, у нас железо есть — мозгов не хватает".

В отрасли произошел гигантский отток кадров, люди перестали идти в очень интересную, но бесперспективную с точки зрения элементарного выживания специалистов отрасль науки. А ведь здесь очень важен человеческий фактор, нужны грамотные специалисты, способные систематизировать научные данные. При этом ученые, занимающиеся проблемами изменения климата, не скрывают, что сейчас буквально "все кому не лень" идут именно в эту науку, поскольку это модно и она хорошо финансируется, в первую очередь, грантами.

"У нас в России было 22 научных института в отрасли, сейчас — 18, и все они теперь занимаются климатом, — говорит Олег Анисимов. — Собираются еще один открыть, всероссийский. И что это будет: очередной центр с красивой вывеской? Не надо тратить деньги на аппарат, нам надо другие актуальные проблемы решать. Деньги надо тратить на усиление существующей инфраструктуры, на людей, на современные коммуникации".

Вице-президент РГО Кирилл Чистяков соглашается: "Данные об изменении климата в России мои российские студенты берут … с американских сайтов. Сейчас начался процесс создания национального климатического центра, но это должна быть мощная исследовательская структура, а не сектор сбора информации".

Специалисты не скрывают обиды: к ним мало прислушиваются. Даже недавно опубликованный национальный доклад об изменениях климата спросом "наверху" не пользовался и был интересен, в основном, только самим ученым.

Заведующий отделом динамической метеорологии "Главной геофизической обсерватории им. Воейкова" Валентин Мелешко говорит, что произошедшее в России нынешним летом — это сценарий будущих возможных погодных явлений.

"Пожары и катаклизмы этого лета — это следствие необдуманного осущения болот, это колоссальное вмешательство в природу, — заявил заместитель директора ГУ "Главная геофизическая обсерватория им. А.И.Воейкова", заслуженный метеоролог РФ Сергей Чичерин. — И сегодняшняя ситуация доказывает, к каким негативным последствиям это может привести". По его словам, нынешним летом "была не попытка убийства России, а попытка ее самоубийства". "Главное же сейчас для нас и для страны — это не создание нового "Охта центра" в области климатологии, а упорядочение действий в области изучения изменений климата и оценка их последствий", — подчеркнул ученый.

Марина Бойцова