Мили на поли — реформа, что ли?

Петербургская полиция в 2011 году поменяла не только буквы в названии, некоторых руководителей, но и изменила, хочется надеяться, свою суть. Увидят ли петербуржцы полицию «с человеческим лицом», как обещано?


© Фото Александра Пушкаша

Петербургская полиция в 2011 году поменяла не только буквы в названии, некоторых руководителей, но и изменила, хочется надеяться, свою суть. Увидят ли петербуржцы полицию «с человеческим лицом», как обещано?

Ушедший 2011-й стал серьезной встряской для российской системы МВД. Переаттестация, широко анонсированные профессиональные «чистки» и смена многих руководителей на местах, в том числе во второй столице — Санкт-Петербурге — не могли пройти незамеченными обществом. Любопытно при этом, как менялось настроение общества за этот период. От полного неверия и недоверия в начале года — до некоторого изумления в конце 2011-го, когда на поствыборных митингах выяснилось, что полицейские, оказывается, тоже не просто люди, которые могут охранять правопорядок, не избивая и унижая граждан, но даже иметь собственную гражданскую и человеческую позицию.

Не только обычные граждане, но и профессионалы не сомневались в том, что реформы системе необходимы. Так, бывший начальник ГУВД Санкт-Петербурга, возглавлявший также долгие годы постоянную комиссию по вопросам правопорядка и законности Заксобрания, Аркадий Крамарев в преддверии реформы МВД следующим образом охарактеризовал «Росбалту» существующую систему: «Оцениваю работу сегодняшней милиции на тройку с минусом. Необходимость реформирования очевидна, однако следует понимать, что некоторые предложенные реформаторами идеи сейчас невыполнимы. Например, нельзя и одним махом сократить численность милиции. Для этого нужно полностью перейти на новые методы работы, изменить УПК, всю громоздкую систему фиксации и расследования преступлений... Я считаю, что принимать на работу в милицию можно только после жесткого психологического, физического тестирования. Для этого надо сделать, чтобы у людей, идущих на эту службу, был стимул выполнять все перегрузки. А главный стимул — это повышение зарплаты. Сейчас у нас берут на работу всех, кто дает согласие. И получается, что в милицию приходят люди, абсолютно неготовые к такой работе».

Кроме того, по мнению генерала-майора, нельзя милицию только ругать. «Если человека все время называть свиньей, то он рано или поздно захрюкает. Давайте попробуем писать о мужественных и порядочных милиционерах — глядишь, они такими и станут», - сказал милиционер.

Писатель, журналист Андрей Константинов сравнивал милицию с болезнью : «Конечно, болезнь есть, и лечить ее нужно. Но надо лечить не абы как. Для этого необходимы как минимум две вещи: честный диагноз и правильная последовательная терапия. А если больной при виде всех лекарств выбирает только зелененькие, потому что так ему удобнее, то лечение будет формальным и болезнь может с этим не согласиться».

Еще один бывший руководитель питерской милиции, генерал Анатолий Пониделко, прослывший одним из первых, хотя и весьма своеобразным, реформаторов МВД, говорил «Росбалту» следующее: "Я начал с главного — обучения людей. Помните, я тогда сказал, что наша милиция не может не только задержать преступника, но даже убежать от него? Уроды в милицейской форме. Ленивые, зажравшиеся, толстые, ничего не умеющие...".

Пришедшие на смену Пониделко Виктор Власов, затем Вениамин Петухов, Михаил Ваничкин и предпоследний генерал Владислав Пиотровский не были ни ленивыми, ни особо толстыми. Однако обо всех, кроме, пожалуй, Ваничкина, коллеги отзывались скупо: «никакие».
 
Предшественник нынешнего главы МВД по Санкт-Петербургу Михаила Суходольского Владислав Пиотровский буквально учился на ошибках. Сначала он заработал себе негативную славу жесткими разгонами оппозиционеров и журналистов на различных маршах несогласных, историей с «жемчужным прапорщиком» Бойко, затем, под давлением прессы и общественности, вроде бы «исправился», и его подчиненные попытались работать более корректно.

В профессиональных кругах к Пиотровскому относились сдержанно. Вроде бы он был «своим» (Пиотровский попал на высокий пост, что называется, "с земли" - с должности милиционера патрульно-постовой службы, затем работал оперативником, причем работал, как говорит Аркадий Крамарев, "честно, и в дождь, и в снег, никого не подставлял и не предавал". В уголовном розыске прошел путь от оперуполномоченного до начальника управления уголовного розыска ГУВД), а вроде бы и не был. Точнее — перестал быть. Его ругали за то, что «зажрался» (якобы даже вход в здание ГУВД сделал персональным), что не отстаивает интересы питерских милиционеров, что нечуток и необъективен.

Весной долго нагнеталась мутная история с переаттестацией Пиотровского. Поговаривали, что он ее не смог пройти из-за нашумевшей истории с декларацией о доходах, в которой генерал честно указал суммы, мало сопоставимые даже с генеральной зарплатой. После нескольких месяцев ожидания Владислав Юрьевич сам решил уйти с поста, отправился, как говорят, «просто ловить рыбу».

Новый глава петербургской полиции — москвич Михаил Суходольский впервые вышел к общественности, слегка приоткрыв программу своих действий на новом посту. Полицию нам пообщал новую - с «человеческой душой». «Душу» он охарактеризовал так: «Я продолжаю придерживаться принципа, по которому, прежде чем спросить с подчиненного, следует максимально удовлетворить его служебные потребности и обеспечить надлежащие условия труда», - заявил Суходольский. Он сообщил, что будет лично проводить собеседования с кандидатами на определенные должности. Руководитель главка также пообещал тесный контакт с общественностью и соблюдение прав граждан, в том числе подозреваемых и обвиняемых в совершении правонарушений.

Суходольский пришел в непростое время — в разгар реформы МВД. Для «иногороднего» был велик соблазн широко размахнуться начальственной метлой и повыметать все, что под нее попадется. С учетом результатов внеочередной аттестации, произведены назначения руководителей территориальных органов районного уровня. Из 37 территориальных органов в отношении двенадцати руководителей принято решение о продолжении ими службы на ранее занимаемых должностях (в том числе 8 – по Ленинградской области). Освобождены от ранее занимаемых должностей 11 руководителей, шесть из которых ранее возглавляли органы внутренних дел по районам Ленинградской области. 30 руководителей назначены на вышестоящую должность, а 11 начальников  перемещено на равнозначные должности для дальнейшего прохождения службы в иные территориальные органы. Таким образом, почти 70% начальников территориальных управлений и отделов сменили прежнее место службы в порядке ротации. Однако Суходольский намекнул, что расслабляться рано: "Мы пристально будем наблюдать за деятельностью вновь назначенных руководителей, которые уже предупреждены, что оценка их компетентности будет осуществляться через призму конечного результата".

Впервые Суходольский продемонстрировал «человеческое лицо» в разгар митингов граждан, недовольных результатами декабрьских выборов. Так, после массовых задержаний даже случайных прохожих во время первых стихийных акций у Гостиного Двора Суходольский выступил с нестандартно проникновенным обращением к жителям и гостям Санкт-Петербурга, тонко сыграв и на разуме, и на страхе, и на чувстве вины.

"Нужно понимать, что согласование с компетентными органами власти такого рода мероприятий – это не чиновничья прихоть, а, прежде всего, элемент обеспечения нормального функционирования города, безопасности его жителей от возможных негативных последствий, в том числе и тех, кто планирует принять участие в публичной акции", — считает Суходольский. Резюмируя, глава полиции обратился к совести граждан, говоря о том, что полиция, вместо того, чтобы концентрировать свои усилия на борьбе с реальным криминалом, вынуждена задействовать все свои силы и средства на эти акции.

Вряд ли на митингующих подействовали призывы главы полиции, но факт остался фактом: на последующих акциях протеста удивительно корректно вели себя не только сами оппозиционеры, но и люди по другую сторону баррикад. Даже самые-самые «несогласные» вынуждены были согласиться с тем, что полиция на этот раз вела себя профессионально.

Предновогодним «подарком» от петербургской полиции стало прозвучавшее накануне праздников в эфире одной из радиостанций обращение петербургского полицейского, заявившего о том, что его коллеги, оказывается, тоже люди и тоже хотят высказывать свою гражданскую позицию. Они требуют к себе внимания и уважения и больше не желают быть бездушными робокопами.

В новом году петербургская полиция обещает повернуться и лицом к прессе: в кулуарах Управления обещают возродить если не еженедельные, то хотя бы ежемесячные совместные «летучки» с участием руководства главка и журналистов, на которых обсуждались бы наиболее болезненные проблемы взаимодействия общества и тех, кто должен это общество защищать. В конце концов, это в наших общих интересах.

Марина Бойцова