Год бузы и ожиданий

Российская оппозиция отмечает годовщину протестных акций. Именно вечером 5 декабря 2011 года на Чистых прудах прошел первый митинг из серии за честные выборы. К чему привела череда всевозможных "оккупай" и чего ждать от оппозиции и власти дальше?


© Фото Александра Калинина

Российская оппозиция отмечает годовщину протестных акций. Пока не официально. Запланированные «Марши свободы», посвященные этому событию, еще только должны отгреметь. И тем не менее именно вечером 5 декабря 2011 года на Чистых прудах прошел первый митинг из серии за честные выборы. Петербуржцам, надо отметить, в тот день не столь повезло, акция протеста у Гостиного двора носила несанкционированный характер и, хоть и не без труда, была разогнана полицией. Зато потом пошла череда «Болотных» и «Сахаровых», «Пионерских» и «Конюшенных», «Белых колец» и «Маршей миллионов», а также много чего было "оккупай", с попутным созданием Координационного совета оппозиции.

Сегодняшняя дата - хороший повод оглянуться назад и поразмышлять, а что же это было, к чему привели протестные события, и в какую сторону они будут развиваться. Что, в конце концов, делать властям. Члены экспертного клуба «Росбалта» сходятся во мнении, что общество находится в ситуации высокой неопределенности. С одной стороны, власть не может предложить ничего такого, что прибавило бы ей хоть долю былого авторитета среди народных масс, а с другой - и оппозиция не может себе этот авторитет создать. Итоги выборов в Госдуму не отменены. Президент страны - Владимир Путин. Некоторые из одиозных оппозиционеров хоть и находятся под подпиской о невыезде, но все-таки пребывают на свободе. Протесты продолжаются.

Экономист Дмитрий Травин склонен считать, что нынешний протест является, в целом, протестом благополучных и обеспеченных людей, которые теоретически могли и дальше существовать в рамках путинского режима, но им это стало противно. У них, что называется, появились «стилистические разногласия» с властью. Можно было бы продолжать терпеть и коррупцию в высших эшелонах, и падающий от созыва к созыву интеллектуальный уровень депутатов, но не хочется. Стало стыдно и противно. Но с таким протестом у режима вполне хватает сил справляться.

«Опасность для власти представляет соединение протеста людей, которые вышли на площадь по внутриморальным соображениям, с протестом людей, которых серьезно затронет возможное ухудшение экономической ситуации. Каждый из этих протестов сам по себе для власти не очень опасен. Другое дело, если эти два потока сольются. Произойти это может в случае экономического кризиса. Если его не будет, то застойная ситуация может протянутся еще очень и очень долго. Я не удивлюсь, если Путин отсидит свои два срока по 6 лет и потом спокойно уйдет на пенсию, а может быть, даже изменит Конституцию и останется еще на один срок. Зато при серьезных экономических проблемах режим может рухнуть за три дня, как это было в Румынии в 1989 году», - считает Травин.

При этом эксперт отмечает, что даже если бы сегодня Владимир Путин вдруг неожиданно решил вступить в переговоры с оппозицией, то вести их ему будет не с кем. Нет ни одного человека, с которым бы он мог сесть за круглый стол, договориться об определенных решениях и быть уверенным, что эти договоренности будут выполнены. Созданный оппозиционерами Координационный совет, состоящий из 45 человек, пока что является структурой, не признанной широкими слоями. В этом отношении создание «протопарламента» представляется ему «разумной, но почти безнадежной попыткой».

В свою очередь, кандидат социологических наук, старший научный сотрудник Социологического института РАН Мария Мацкевич считает, что протесты, которые в течение года проходили на площадях страны, не должны были явиться чем-то неожиданным. Все социологические выкладки как раз говорили о том, что недовольство властью растет, а база для протеста сформирована.

«Количество людей, которые готовы были выйти на митинги, было стабильным. С тем, что в стране не все в порядке, были согласны абсолютно все. Однако после думских выборов представители партии «Единая Россия» стали убеждать граждан, что все на самом деле не так уж и плохо. Данное противоречие вызвало возгласы недовольства даже внутри самой партии», - отмечает Мацкевич.

Нынешний спад численности протестных акций абсолютно не означает, что граждане стали лучше относиться к происходящему. Базовое недовольство осталось неизменным, а вот уверенность в том, что на ситуацию можно повлиять, действительно, стала снижаться.

«Проблема заключается в том, что пока еще протестные группы не выработали таких навыков и практик, которые позволили бы им действовать солидарно и, таким образом, представлять собой некую силу, с которой приходиться считаться. Все сходятся в том, что не все в стране благополучно, но как только начинается разработка конкретных предложений, выясняется, что у власти хоть есть какая-то программа, а у других - нет», - говорит Мацкевич.

Кандидат исторических наук, доцент факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета Александр Сотниченко считает, что диалог, ведущийся между властью и оппозицией когда на повышенных, а когда и на пониженных тонах, большинству населения страны абсолютно не интересен. Если власть, верящая во «всесилие священного бабла», говорит пациенту, что он здоров, то и либеральная, и националистическая оппозиция утверждает, что он болен, а значит, его надо убить. При этом эксперт отмечает, что наметившийся диалог между либералами и националистами является интересным явлением.

Принципиальным моментом называет кандидат психологических наук Татьяна Чеснокова тот факт, что Владимир Путин стал упускать из своих рук властный ресурс эталона и начал использовать ресурс принуждения, который был продемонстрирован в октябре и ноябре. На смену фотосессиям в гламурных журналах пришла «сдача» людей из собственного окружения.

«Это безвозвратный переход, он уже не сможет остановится. Надо будет сдавать все новых и новых людей. Это приведет к нарастанию тревожности в среде элитной группы, которая существует вокруг президента. Люди будут искать другие ресурсы для того, чтобы поддержать свое положение. Среди них найдутся и те, кто будет искать контакты с оппозицией, пытаясь свой собственный властный ресурс каким-то образом дифференцировать, опираться не только на президента, но и на альтернативные структуры», - считает Чеснокова.

При этом эксперт замечает, что имиджевая PR-кампания Кремля была проведена крайне не удачно. Антикоррупционные скандалы, проводником которых являлась желтая пресса, стали восприниматься как еще один показатель общего разложения власти. Рейтинг доверия к Путину сегодня примерно такой же, каким он был в декабре прошлого года.

Доктор исторических наук, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Борис Колоницкий считает, что действующая власть избрала путь на "аполитизацию" молодежи, что является неверным шагом.

«Если задача оппозиции - мобилизация населения, то задача власти в демобилизации, и прежде всего, молодых людей. Молодежь ориентируют на все большее потребление. Ребята, занимайтесь сексом, а все остальное не заслуживает вашего внимания. Я не знаю, сработает или не сработает такая установка. Может быть, в короткой перспективе это и станет тактическим выигрышем, но стратегически это явный проигрыш. Выталкивание людей из политики приведет к тому, что люди будут политизироваться уже в ходе кризиса, который когда-то да и произойдет. А это очень опасная штука», - рассказал Колоницкий.

Писатель и культуролог Андрей Столяров отмечает, что сегодня в России имеется «ситуация высокой неопределенности, которая может сползти в любую сторону». Власть лишается своего авторитета, а оппозиция не может его заслужить.

Александр Калинин

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.