«Хорошая идея сильнее бюрократии и сексизма»

Для успешного IT-проекта нужны бизнес-модель и умение работать с информацией, а не диплом инженера или программиста, считает основатель Intelocate Юлия Васильева.


© Фото из личного архива Юлии Васильевой

О том, как создать бизнес в Канаде и выйти с ним на российский рынок, в интервью «Росбалту» рассказала основатель легкоинтегрируемой системы управления и анализа рабочих процессов Intelocate Юлия Васильева.

— Считается, что будущее — за представителями точных и естественных наук. Но вы получили журналистское образование, а потом создали компанию, успешно работающую на рынке IT-технологий. Получается, гуманитариев рано списывать со счетов?

 — Мне кажется, прелесть нашего времени заключается как раз в том, что любой человек может реализовать свою идею. Нужно просто видеть какую-то проблему и понимать, как ее можно решить. Все остальное преодолимо. С каждым годом появляется все больше разработок, позволяющих человеку с любым образованием успешно ориентироваться в технологическом мире. 

У меня в этом плане как раз преимущество: на факультете журналистики СПбГУ меня научили быстро находить и обрабатывать информацию, и это сильно помогает. Когда я попала в сферу технологий, мне пришлось много читать и изучать. Я не инженер и не программист, но у меня было понимание, как мой продукт должен выглядеть и работать. Ознакомившись с достаточно большим количеством информации, я разобралась, как с помощью ряда программ самостоятельно построить демонстрационный прототип. Никакой высшей математики мне для этого не потребовалось. 

— То есть преимущество у тех, кто умеет ориентироваться в информационном потоке и предлагать простые решения для всех остальных?

 — Я в этом абсолютно уверена. Также очень важным навыком будет межличностное взаимодействие. Сегодня большинство молодых людей живут в компьютерах и телефонах, общаясь друг с другом в чатах. Опыт невиртуальной коммуникации у них не вырабатывается — а это очень важно, в том числе для переговоров.

Конечно, новые технологии все больше будут автоматизировать нашу жизнь. Сейчас даже зарождается истерия, что они сделают многие специальности ненужными и приведут к росту безработицы. В какой-то степени так и произойдет. Но человечество уже сталкивалось с чем-то подобным — вспомните индустриальную революцию. Механические аппараты заменили физический труд, и некоторые профессии стали ненужными. Однако им на смену просто пришли другие. 

Можно сказать, что сегодня мы тоже живем на сломе эпох: заканчивается эра технологической администрации. Несмотря на то, что мы очень далеко продвинулись на пути технического прогресса, сам характер работы, на мой взгляд, до недавнего времени фактически не менялся. Если до появления конвейеров, например, вручную раскладывались конфеты по коробочкам, то сейчас у многих значительная часть рабочего времени уходит на копирование информации из одного файла в другой. По сути, это одно и то же.

Однако благодаря современным технологиям ручные административные процессы все чаще будут выполнять компьютеры, а у людей больше времени останется на непосредственную работу. Я уверена, что эти перемены создадут новую индустрию и новые профессии. Соответственно, появится необходимость в обработке и систематизации информации. 

— Ваша разработка как раз позволяет упростить процесс менеджмента и обмена информацией в крупных структурах. Вы изначально делали ставку на то, чтобы создать некий уникальный продукт?

 — На самом деле, у меня не было цели выступать в роли новатора. В первую очередь, мне просто хотелось решить проблему, которая меня беспокоила и даже раздражала, пока я работала в одной из крупных канадских корпораций. Я занималась интегрированием программного обеспечения, и самым трудным было наладить эффективное взаимодействие различных подразделений как между собой, так и с внешними подрядчиками. В любой сложной структуре на это уходит очень много времени, а разные системы коммуникации нередко приводят к недопонимаю и некачественным результатам работы. Тогда я впервые и задумалась, как можно сделать данный процесс проще. 

Идея Intelocate была в том, чтобы оптимизировать пространство, в котором все департаменты и удаленные точки могли бы легко коммуницировать и иметь доступ к одной и той же информации. Получилось это, признаюсь честно, не сразу. Первые полтора года были очень сложными. Технологически продукт работал не так, как нужно. Но потом сформировалась новая команда, мы получили инвестирование из Великобритании, полностью перестроили всю систему и смогли заинтересовать ряд крупных клиентов. 

Одними из первых стали стали британская сеть HMV и Office Outlet (британский аналог «Комус»). По их отзывам, если раньше на распределение информации между департаментами и подрядчиками уходило около двух-трех часов в день, то теперь — не более двадцати минут. Более того, система Intelocate предоставляет беспрецедентную прозрачность рабочих процессов и легко адаптируется для нужд конкретного проекта из любой индустрии. Она также позволяет оптимизировать деловые коммуникации: вся электронная почта и сообщения в мессенджерах, относящиеся к проекту, автоматически собираются вместе и очень удобно фильтруются.

В итоге все пользователи говорят, что благодаря нашей системе рабочие вопросы стали решаться как минимум в два раза быстрее. А спустя некоторое время стало очевидным еще одно достоинство Intelocate: собираемая информация так удачно визуализируется в системе, что менеджеры и управляющие могут очень быстро составить картину слабых звеньев в рабочих процессах и наметить возможные направления оптимизации 

— Свою бизнес-идею вам удалось реализовать в Канаде. Вернись вы в Россию, результат был бы таким же? 

 — С тем опытом, который у меня есть теперь, мне кажется, что я бы всего добилась и здесь. Но я понимаю, что без знаний, которые я приобрела за последние три года, в России мне, скорее всего, было бы сложнее. 

В Канаде существует много программ по поддержке начинающих предпринимателей, хорошо развита соответствующая инфраструктура, есть разнообразные курсы, многими ресурсами можно пользоваться бесплатно. Кроме того, государство предоставляет гранты, которые позволяют оплачивать расходы по участию в профессиональных выставках за рубежом. Например, торговое представительство Канады в Великобритании организовало для Intelocate презентацию и встречу с британскими ритейлерами. 

Одним словом, в Канаде действует принцип «хочешь что-то сделать — развивайся». Передо мной не стояло никаких дополнительных барьеров. В России они, я предполагаю, были бы. В частности, это касается бюрократии и сексизма. Хотя я не хочу сказать, что все это совсем уж непреодолимо. У меня всегда было желание что-то сделать именно в России. Собственно, поэтому Intelocate и русифицирован. 

— Про бюрократию ответ был ожидаем. Про сексизм как препятствие для развития бизнеса, если честно, у нас пока задумываются мало. А в Канаде и в США этот аспект  перестал быть проблемой?

 — Проблема, как я понимаю, есть. В обществе и в СМИ это очень обсуждаемая тема. Но в Северной Америке женское предпринимательство развивается все интенсивнее. Кроме того, многие девушки пробуют силы в технологической области. Однако даже в США и Канаде почти на любом деловом мероприятии мужчин гораздо больше, в особенности если речь идет о сфере финансов и секторе B2B. Мне кажется, что главное понимать: если то, что вы предлагаете, имеет ценность для других, то волноваться о сексизме, бюрократии и недостатке финансов не стоит. Хорошие идеи всегда побеждают. 

— Вы сейчас стараетесь выйти на российский рынок. На ваш взгляд, с готовым продуктом занять на нем свое место проще, чем начинать дело с нуля?

 — Не исключено, хотя не берусь судить однозначно. Мой опыт взаимодействия с Россией пока очень позитивный. Я понимаю, что у меня нестандартная история, поскольку я предлагаю налаженную систему с очень хорошими отзывами от международных клиентов. Но в общем и целом, несмотря на все сложности, с которыми сталкивается бизнес в России, я вижу положительную тенденцию. Например, лет семь-восемь назад у нас мало кто обсуждал возможность выхода на глобальный рынок. Теперь многие рассуждают в духе «откроем кофейню в Петербурге, а затем создадим сеть по всему миру». И таких историй я вижу все больше.  

Рамки начинают исчезать. Нет ощущения четкого потолка, который раньше люди себе ставили. Или, по крайней мере, этот потолок стал выше. Очевидно, что подводных камней в российской деловой среде очень много. Но в целом обстановка изменилась в лучшую сторону — возросший уровень активности бросается в глаза. И это говорит об амбициях и глобальных целях. Когда я приезжаю в Россию, то вижу, что многие молодые люди стараются развиваться, инвестировать в свое образование и перенимать опыт успешных организаций. Подобная активность в России отчасти даже выше, чем в Северной Америке. Может, потому, что там все доступнее и не нужно прикладывать таких усилий. 

— То есть главное — это все-таки наличие идеи, позволяющей решить ту или иную проблему, и осознание, как она должна работать? 

 — Если точнее, должно быть понимание, что у этой идеи есть бизнес-модель. На мой взгляд, все остальное решаемо, и бюрократические преграды тоже преодолимы. Такого количества возможностей что-то сделать раньше не было. И самое главное — сроки с момента начала реализации проекта до получения результата очень сильно сократились. Есть множество бизнес-идей, плоды которых можно получить очень быстро. Все технологии для их реализации уже существуют.

Настоящие проблемы возникают, если в принципе нет понимания, как работают современные процессы. Также очень важно найти партнеров, с которыми можно начать разработку. Здесь есть опасность сильно обжечься и, потратив много денег, не получить никакого результата. Чтобы этого избежать, нужно просто более внимательно подходить к поиску людей — а это как раз сфера межличностных отношений, о которой мы говорили.

Думаю, всему можно научиться. Я вообще смотрю на вещи оптимистично. Мне кажется, что у нас светлое будущее, кто бы что ни говорил. 

Беседовала Татьяна Хрулева