Обреченные на жизнь «за кадром»

В нашем обществе сложилось множество стереотипов, которые формируют искаженное восприятие людей, находящихся в трудных жизненных ситуациях.


«Особый» человек представляется как некое существо, с которым мы, «нормальные», вынуждены что-то делать. © FreeImages.com Content License

Мы кажемся себе очень любознательными — каждый день читаем новости, интересуемся тем, что в мире происходит. Но при этом, к сожалению, сами не замечаем, как зачастую добровольно и последовательно сужаем свой кругозор. Это хорошо видно на примере отношения большей части общества к тем, кто находится на грани социального исключения. Какую категорию ни возьми — среднестатистический гражданин уверен, что может высказаться по существу дела, и не хуже любого эксперта. 

Бездомные сами виноваты — просто пьют, употребляют наркотики и не хотят работать, инвалиды в интернатах живут получше нас с тобой, больных с ментальными нарушениями и вовсе нельзя пускать в общественные места, так как они опасны для окружающих… 

Подобные «компетентные» мнения — вовсе не редкость. Более того — их можно услышать даже в адрес людей с нарушениями речи, так как нередко — как ужасно это не звучит — их принимают за умственно отсталых. Неудивительно, что любое свидетельство о высоком интеллекте человека, по тем или иным причинам не способного говорить, воспринимается такими «экспертами» как откровение: «Надо же, понимает! Оказывается, он умный!»

У многих, к сожалению, точно такое же предвзятое отношение ко всем пациентам с ментальными особенностями — просто потому, что они иначе коммуницируют с внешним миром и отличаются своим поведением от условной нормы. Именно поэтому до сих пор сенсациями становятся сообщения о преподавателе или киноактере с синдромом Дауна, ученом или поэте с расстройствами аутистического спектра.

Мало кто задумывается, что на самом деле ничего сенсационного в общем-то здесь нет. Но общественные организации, представляющие интересы тех или иных «особых» людей, также вынуждены, к сожалению, расставлять соответствующие акценты — для них это самый верный способ привлечь внимание к своим насущным проблемам, которые решаются очень медленно. А тот, кто не может создать подходящего развлекательного информационного повода, рискует, как это ни прискорбно, остаться без помощи. 

В отношении умственно отсталых больных в российском обществе сложился целый ряд устойчивых стереотипов. Один из них — «я не знаю, как с ними общаться». Ответ прост — как и с любым другим человеком. Вас либо поймут, либо нет. Если не поняли — необходимо искать способ объяснить по-другому или отступиться. Ничего нового, не правда ли? 

Второй распространенный стереотип выражается в полном непонимании, зачем вообще нужно говорить с таким «особым» человеком о чем-то, кроме разве что самых примитивных бытовых вопросов. Причем раньше так думали и специалисты — в результате огромное количество детей не получали практически никакого образования. 

К счастью, сегодня официальный термин «необучаемый» отменен, и в Санкт-Петербурге все дети, вне зависимости от диагнозов, занимаются с преподавателями. А вот среди взрослых людей, проживающих в психоневрологических интернатах, немало тех, чье тяжелое состояние обусловлено не только врожденными нарушениями, но и педагогической запущенностью. 

Еще одно массовое заблуждение — основным мотивом для какого-либо участия в жизни людей с инвалидностью является жалость. Можно спорить о разных ее видах и том, всегда ли она унизительна. Но нельзя забывать, что жалость — это эмоция. Соответственно, чтобы обратить внимание на свои проблемы и получить хоть какую-то поддержку, человек должен эту эмоцию у окружающих вызвать. Но если кто-то этого сделать не может, то тогда он оказывается со своей бедой один на один. А когда инвалидность еще и неочевидна, то окружающие порой просто считают отличное от условной нормы поведение чем-то вроде капризов. 

В итоге именно все эти ложные стереотипы в итоге формируют совершенно искаженное восприятие людей, находящихся в трудных жизненных ситуациях. Они представляются если не предметами, то какими-то иными существами, с которыми мы, «нормальные», вынуждены что-то делать. Считается, что «всех этих бродяг» лучше куда-нибудь выслать, чтобы они не портили нам наш солнечный праздник жизни. Помощь сиротам в детских домах и вообще любым обитателям госучреждений воспринимается как бессмысленная и даже вредная раздача подарков. Проблемы инвалидов решаются только по принципу «как бы их обиходить», а их образование и трудоустройство, присутствие в обществе, отношение к ним как равным не кажутся чем-то особенно важным. 

К сожалению, даже отдельные герои, добившиеся впечатляющих результатов, картины не меняют. Тысячи других людей остаются для нас «за кадром». Они продолжают жить своей «особой» жизнью, и ни государственные структуры, ни общество пока не спешат возвращать их в жизнь обычную. 

Мы, конечно, знаем об их существовании и даже уверены, что понимаем обстоятельства, в которых они вынуждены жить. Но оказывать им системную помощь по-прежнему пытаются лишь отдельные энтузиасты, которым периодически удается разрушить чьи-то ложные стереотипы и донести какую-то информацию до власти и широкой публики. Но их слишком мало, чтобы кардинально изменить ситуацию с положением людей социально исключенных или находящихся на этой грани.

Игорь Лунев

«Росбалт» представляет проект «Все включены!», призванный показать, что инвалидность — это проблема, которая касается каждого из нас. И нравственное состояние общества определяется тем, как оно относится к людям с особенностями в развитии.


Ранее на тему Российским работодателям дадут возможность «откупиться» от инвалидов

СПЧ рекомендовал властям законодательно утвердить «усыновление бомжей»

За отказ обслужить инвалида оштрафуют на 100 тыс. рублей