Татарстан, который лопнул

Последствия разорения ряда банков в республике могут сказаться не только на вкладчиках, но и на работниках десятков тысяч предприятий, потерявших деньги.


Кризисная ситуация в Татарстане может повториться и в других регионах. © FreeImages.com Content License

Настоящий банковский кризис разразился в Татарстане. 3 марта Банк России отозвал лицензии «Татфондбанка», «Интехбанка» и «Анкор банка» за неисполнение федеральных законов, которые устанавливают банковскую деятельность, и нормативов Центробанка. Кроме того, банки имели низкий уровень достаточности уставного капитала. Спустя десять дней стало известно, что еще один банк в Татарстане — «Спурт» — ограничил выдачу наличных средств физлицам.

В отношении председателя правления «Татфондбанка» Роберта Мусина возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество, совершенное в особо крупном размере). По предварительной версии, в августе 2016 года сотрудники ПАО «Татфондбанк» с целью получения кредита и последующего хищения денежных средств предоставили в Центральный банк РФ фиктивные сведения о наличии высоколиквидного актива, обеспеченного кредитными договорами с другими акционерными обществами. Впоследствии полученные кредитные денежные средства в размере более 3 млрд рублей были переведены на расчетные счета аффилированных организаций ПАО «Татфондбанк».

Фигурантами уголовных расследований стали и другие менеджеры «Татфондбанка». Суд Казани по ходатайству полиции арестовал бывшего зампреда «Татфондбанка», ныне вице-президента московского «Промсвязьбанка» Сергея Мещанова. В первой декаде февраля были арестованы еще четверо сотрудников банка, одновременно занимавших руководящие должности в инвестиционной компании «ТФБ Финанс», в том числе ее гендиректор Тимур Вальшин и зампред «Татфондбанка» Вадим Мерзляков. По версии следователей, вкладчики банка были введены в заблуждение и в результате лишились свыше 90 млн рублей.

Вкладчики «Татфондбанка» будут выходить на акции протеста, поскольку власти не дают им гарантий возвращения денег, заявил вкладчик, татарстанский политик Илья Новиков. «У банка остались долги перед вкладчиками и юридическими лицами. Правительством Татарстана не предложено никаких дорожных карт, чтобы вернуть их. Эта ситуация вынуждает недовольных клиентов банка выходить на улицы, проводить пикеты, привлекать к себе внимание, чтобы быть услышанными, чтобы была реализована какая-нибудь схема возврата денег вкладчикам. Несколько таких схем уже предлагалось для реализации премьер-министру республики Ильдару Халикову на встрече вкладчиков с ним. Однако пока ответа вкладчики не получили», — сообщил Илья Новиков накануне.

Активист уверен, что и он сам, и его товарищи по несчастью стали жертвами мошенничества. «Денежные средства были выведены, похищены, а теперь банк будет объявлен банкротом, и многие останутся без своих денег», — констатировал Илья Новиков.

11 марта на акции протеста вкладчиков полицейские задержали Марселя Шамсутдинова и Александра Юманова. Полиция составила административные протоколы по ч.1 ст. 20.2.2 КоАП (организация массового одновременного пребывания граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка). Вахитовский районный суд Казани оштрафовал оппозиционного политика Шамсутдинова на 10 тыс. рублей.

Сам Шамсутдинов считает, что протесты клиентов «Татфондбанка» обратили внимание на проблему, и власти, наконец, начали прислушиваться к голосу пострадавших. «В понедельник премьер-министр Татарстана Ильдар Халиков встретился с представителями инициативной группы пострадавших вкладчиков. В отличие от предыдущих встреч, когда было полное непонимание, теперь диалог вышел конструктивным. Премьер пошел на то, чтобы создать рабочую группу по решению вопросов. Предполагается создание фонда помощи пострадавшим вкладчикам и клиентам „Татфондбанка“ и „Интехбанка“. Очевидно, что наша борьба и акции протеста вкладчиков достигли результата, и мы на правильном пути», — уверен Марсель Шамсутдинов.

Еще один участник протестов, юрист и политик Иван Климов настроен более бескомпромиссно. Он напомнил, что премьер-министр Ильдар Халиков возглавлял совет директоров «Татфондбанка», а значит именно он несет ответственность за происходящее. «Он должен уйти в отставку, так как не справился со своими обязанностями и как председатель совета директоров „Татфондбанка“, и как премьер-министр. Он должен был „разрулить“ всю эту ситуацию, в том числе, вместе с правительством Татарстана содействовать санации банка, подать иск к Центробанку, чтобы оспорить отзыв лицензии. Но этого сделано не было», — отметил Климов.

Общественник полагает, что последствия падения банков могут сказаться на многих жителях Татарстана. «Сейчас мы уже слышим от президента республики, что юридические лица могут не получить своих денег. А количество юрлиц — клиентов „Татфондбанка“ и „Интехбанка“, по подсчетам, достигает 30-40 тысяч. В их числе и крупные предприятия, и управляющие организации, оказывающие услуги в сфере ЖКХ, и малый и средний бизнес», — подчеркнул Иван Климов.

В основе проблем «Татфондбанка» может лежать принадлежность акционеров к офшорным структурам, считает Климов. «ООО „Новая Нефтехимия“ имеет долю в „Татфондбанке“ в размере 20,24%. При этом у „Новой Нефтехимии“ долю в размере 72,07% имеет кипрский офшор Panmere Services Limited. Учредители этого офшора Belserve Consultants Limited и Vaspaco Properties Limited были замешаны в скандале в Молдавии с выводом активов из Viktoriabank. Молдавская пресса активно об этом писала. Можно предположить, что и в нашем случае тоже имел место вывод активов», — полагает Иван Климов.

В числе акционеров «лопнувшего» «Татфондбанка» фигурирует гражданка Великобритании, которая является номинальной главой сотен компаний, в том числе нескольких десятков оффшорных, рассказал заместитель гендиректора «Трансперенси Интернешнл — Россия» Илья Шуманов. Как правило, за такими «зиц-председателями» скрываются настоящие владельцы, которые не хотят афишировать своих имен.

Антикоррупционер уточнил, что британку зовут Дженнифер Кэтрин Рин (Jennifer Catherine Rene). «На сайте Центробанка РФ есть информация об акционерах „Татфондбанка“. И там эта британка фигурирует в качестве одного из акционеров. Также она фигурирует в публичном реестре Великобритании, в панамском реестре, в новозеландском реестре и США», — сообщил Илья Шуманов.

Антикоррупционер подсчитал, что на британку зарегистрировано 549 британских компаний, 85 — панамских, 14 — новозеландских и еще около 10 американских. «Помимо этого, она фигурирует в качестве директора, номинального владельца, в ряде офшорных компаний, которые упоминались в „панамских“ утечках. Таких компаний я насчитал более 30-ти», — уточнил Шуманов.

Общественник уверен, что и в «Татфондбанке» британка является не более чем номинальным лицом. «За такими номинальными фигурами может скрываться кто угодно: начиная от криминальных структур и заканчивая представителями власти. По какой конкретной причине эти люди предпочитают скрываться за номинальными владельцами и кто это в действительности, сказать трудно. Однако можно констатировать, что вокруг „Татфондбанка“ вращается довольно большое количество лиц, связанных с политически значимыми фигурами», — отметил Илья Шуманов.

Кризисная ситуация с рядом банков в Татарстане может повториться и в других регионах, считает финансовый аналитик «Финам» Тимур Нигматуллин. «Подобные проблемы в целом характерны для российской банковской системы. У нас исторически сложилась такая система, когда множество банков, по крайней мере, в 1990-х годах, открывались для проведения операций по отдельным крупным компаниям. Банковская система слишком сильно фрагментирована, в ряде банков существуют проблемы, связанные с высокими рисками. Поэтому то, что сейчас происходит в Татарстане, может произойти и в любом другом регионе, где финансовая система представлена крупными группами региональных банков», — отметил Тимур Нигматуллин.

Аналитик не исключил такой ситуации, когда количество банков в России за несколько лет может сократиться на треть, а то и наполовину. «Это будет зависеть от усилий Центробанка по отзыву лицензий», — уточнил Тимур Нигматуллин.

Одной из важнейших черт финансово-экономических кризисов является разорение банков. В этом смысле весьма «нехарактерным» был кризис 2008 года: тогда государство «закачало» в банковскую систему финансовую помощь и спасло банки от разорения. Теперь же, как известно, «денег нет», а потому спасать банки желания у государства не наблюдается.

Дмитрий Ремизов

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Татарстанский «Спурт Банк» приостановил операции по клиентским счетам

«Татфондбанк» признан банкротом

Премьер-министр Татарстана ушел в отставку