Итоги 2017: обошлось без революции

Наши власти к концу года заработали для России репутацию государства, которое мистическим образом строит козни по всему миру.


В моде теперь дипломатия нового толка — направленная не на эффективные переговоры, а на эффектное хлопанье дверьми. © Фото с сайта www.kremlin.ru

Нового октябрьского переворота в России не случилось. Хотя в целом 2017-й явно был не ее год. Январь начался с резкого обострения отношений с ближайшим союзником — Белоруссией. Спорили из-за цен на газ, льготных поставок нефти, а главное, из-за общих границ. В итоге, по денежным вопросам, что нетрудно было прогнозировать, Москва и Минск практически договорились. А вот политически в конце 2017 года оказались гораздо дальше друг от друга, чем в декабре 2016-го.

Российская военная база на белорусской территории так и не появилась. Зато между странами вновь возникла практически полноценная граница. О так называемом «Союзном государстве России и Белоруссии» больше никто практически не вспоминает. Зато с белорусского президента Александра Лукашенко снял санкции Евросоюз, хотя от официального визита в Брюссель он в 2017 году и уклонился. Пути Москвы и Минска все заметнее расходятся, хотя никто пока точно не знает, как будут жить дальше бывшие «супруги»: подерутся или подождут, пока взаимная любовь окончательно угаснет, чтобы развестись мирно.

Судя по примеру Украины, надежд на тихий развод с Россией у белорусов немного. Отношения с Киевом в 2017 году так и не наладились (да и не могли). Крым по-прежнему российский. Его иной статус в обозримом будущем можно будет обсуждать, только если президентом России в марте 2018 года станет телеведущая Ксения Собчак. Выдвинув свою кандидатуру на пост президента, он заявила, что «с точки зрения международного права, Крым — украинский…» Продолжаются и вялотекущие бои на территории Луганской и Донецкой областей, каждый день там гибнут люди.

Не улучшились за год и отношения России с США. Напротив, такими плохими они, кажется, не были со времен «холодной войны». Санкции против Москвы впервые за постсоветский период оформлены законом, одобренным Конгрессом. А в феврале 2017 года под персональными санкциями может оказаться едва ли не вся верхушка российского правящего класса. Даже американскую визу получить теперь в России — и то проблема.

А как все начиналось! Недружелюбная, по мнению Кремля, администрация Барака Обамы ушла. В Вашингтоне воцарился Дональд Трамп и из Москвы ему одно за другим шли буквально любовные послания. И вначале даже казалось, что Трамп готов ответить взаимностью. Но затем выяснилось, что новый хозяин Белого дома оказался вовсе не тем, кем его хотело видеть российское руководство. Или, как до сих пор убеждают самих себя российские политики, американский правящий класс заставил Трампа изменить взгляды на Россию.

Началось все с до сих пор не законченного расследования, призванного установить, пытался ли Кремль повлиять на итоги президентских выборов в США. Как считают сегодня на Западе, — не только пытался, но, возможно, и преуспел в этом. Опять же, отнюдь не только в США.

Не добившись никаких внешнеполитических, военных или дипломатических преимуществ российские власти к концу 2017 года заработали для страны репутацию государства, которое мистическим образом вмешивается в избирательные процессы по всему миру. Однако самое примечательное, что делает это безрезультатно. Причем даже там, где задействует уже не «русских хакеров», а самых настоящих боевиков, как было, по версии местной прокуратуры, в Черногории. Россия не «страна-изгой», «не империя зла», но удобный мальчик для битья, на которого власти самых разных государств торопятся теперь свалить вину за свои собственные политические просчеты.

И это, надо сказать, не единственный провал России в 2017 году. В сердцах можно было бы сказать, что российская дипломатия в этом году окончательно умерла. Но переговоры вокруг северокорейской ядерной программы и урегулирования в Сирии продемонстрировали, что наши дипломаты вовсе пока не разучились работать. Просто их услуги очень редко востребованы Кремлем. В моде дипломатия иного толка — направленная не на эффективные переговоры, а как на как можно более эффектное хлопанье дверями.

Так это было, например, в отношениях с Францией, где, во время президентских выборов, Россия уверенно (и ошибочно) сделала ставку на правонационалистического кандидата Марин Ле Пен, выдвинутой партией «Национальный фронт». Победитель выборов Эммануэль Макрон вряд ли забыл это, хотя и демонстрировал относительное примирение с Владимиром Путиным. Впрочем, не исключено, что мирились больше на словах, чем на деле. Ведь закончился год задержанием во французском Антибе крупного российского предпринимателя и члена Совета Федерации Сулеймана Керимова.

Еще одно очевидное поражение Москвы — возвращение терроризма (который должен был быть остановлен на дальних подступах) в крупные российские города. 3 апреля 2017 года в метро в Санкт-Петербурге прогремел взрыв, жертвами которого стали 16 человек. Его не удалось предотвратить, в отличие от попытки теракта в конце года, которой удалось помешать благодаря информации, полученной от спецслужб США.

Что же можно назвать очевидными успехами российской внешней и внутренней политики в 2017 году? Во-первых, это, конечно Сирия, где совместными усилиями России, США, Ирана, Франции и многих других международных игроков, не уничтожены, но разгромлены боевики запрещенной в РФ террористической организации «Исламское государство». Российские власти в связи с этим под Новый год даже в очередной раз заявили, что завершили военную операцию в Сирии. Тактично не выпячивая, впрочем, того факта, что на сирийской территории остаются российские военные базы.

Второй успех случился уже во внутренней политике, причем явно вопреки усилиям российских властей или, по крайней мере, их большей части. Речь о том, что Алексей Навальный весь год, несмотря на заверения Кремля и Центризбиркома, что он не может быть зарегистрирован как кандидат, вел предвыборную кампанию. Шансов на официальную регистрацию из-за все еще имеющейся судимости у него не прибавилось, зато в России появилась альтернативная «избирательная вертикаль», состоящая из штабов Навального, созданных во всех регионах страны. И это в будущем может привести к возрождению публичной политики в стране, что очень важно для того, чтобы она смогла мирно пройти предстоящие ей в будущем трансформации, когда бы именно они ни начались.

Стоит отметить также несбывшиеся ожидания, связанные с юбилеем Февральской революции в Российской Империи в 1917 году и последовавшего за ней Октябрьского переворота. Никаких большевиков в 2017 году в России не нашлось, так что правящий режим смог расслабиться и спокойно готовиться к неизбежному переизбранию в марте 2018 года Владимира Путина на пост президента страны в четвертый раз.

Иван Преображенский


Ранее на тему Путин поручил прокуратуре усилить надзор за следствием

В Москве задержали волонтеров Навального, а в Петербурге следят за ним самим

Даниил Коцюбинский. Человечеству мешает культ стабильности