Безумие телевизионных страстей

Телевизионные ток-шоу разжигают самые потаенные и низкие страсти зрителей, рассказывая о тех, кто потерял человеческий облик.


© СС0 Public Domain

Формат телевизионных ток-шоу (и здесь мы не говорим о политических) хорошо знаком даже тем, кто мало смотрит зомбоящик, или, по собственным гордым утверждениям, вообще много лет без него живет. Это — «горячие» темы, направленные на разжигание самых потаенных и низких зрительских страстей, от которых, увы, никуда не деться.

В них всегда есть набор «экспертов» по всем жизненным вопросам: от депутатов и бизнесменов, которые иногда даже предлагают что-то толковое, до психологов, экстрасенсов и актеров с певцами, которые по первой профессии уже ни на что, похоже, не способны.

Все роли четко распределены: есть свои злодеи, жертвы и гораздо реже герои. Повышенная нездоровая эмоциональность наводит на мысль либо об очень плохой актерской игре, либо о полном отсутствии внутренних барьеров у героев программ. Душевная организация нормального человека, как правило, не предполагает готовности к публичному излиянию своих интимных и часто малопривлекательных тайн.

Мы слышим в ток-шоу истории о таких событиях и явлениях, в которых страшно и стыдно признаться самому себе, а не то что искать правды и поддержки у «Первого», «России» или НТВ. Словом, все свидетельствует о том, что мы видим постановку, некий театр для «простых людей», которым не хочется покупать билеты в театр или даже читать книги, чтобы скрасить свой досуг. Им достаточно телевизора.

Но если на минуту представить себе — а вдруг это не так? Вдруг герои передач — социальные чудовища, малолетние матери, не знающие, от кого родили, безумные старики, живущие в одной квартире с тридцатью кошками, мужья, дерущиеся со своими тещами, дети, выбрасывающие из родного дома родителей-пенсионеров, алкоголики, пытающиеся вернуть в свой ад изъятых органами опеки детей, — это в действительности наш народ?

Люди, считающие очень хорошей зарплату в 18 тысяч рублей, не знающие, что такое тренд или стартап, не беспокоящиеся о вреде соцсетей и пользы закона божьего для детской психики, вряд ли задумываются о том, хорошо или плохо Россия будет жить... при Трампе или без него. Вот если так подумать, тогда действительно становится не по себе.

Таких ток-шоу много, но особо стоит выделить передачу «Мужское/Женское» на Первом канале. От других она заметно отличается тем, что повествует действительно про «обычных людей» — в том смысле, что здесь почти нет историй о неудачном браке Прохора Шаляпина, бесчестных наследниках Жанны Фриске или эпатажных акциях Никиты Джигурды.

Знаменитости, конечно, присутствуют в студии в качестве гостей и советчиков. Да и ведущие — вечно сухой и бескомпромиссный Александр Гордон и вспыльчивая, но справедливая Юлия Барановская — стараются себя показать. Но все они теряются на фоне безоговорочно солирующих героев программы.

И не только потому, что те громче кричат и не чураются рукоприкладства. Просто их истории, удивительные в своем ужасе и неадеквате, заставляют усомниться в той реальности, к которой привыкли жители Москвы и Санкт-Петербурга, имеющие неплохой доход, достойное образование и хотя бы базовые человеческие понятия.

Свежий выпуск под названием «Горе луковое» превзошел все предыдущие по оригинальности сюжета. Главной героиней передачи стала жительница Подмосковья, которая увидела в одном из эфиров программы «Мужское/Женское» своего супруга, бесследно исчезнувшего год назад на машине, записанной на тещу.

Он зарабатывает на жизнь чисткой лука. А героем программы он стал, потому что является потенциальным отцом ребенка очередной незадачливой матери-одиночки (тест на ДНК за кулисами — традиционная «фишка» таких программ).

Пара встречается в студии: возникший из ниоткуда муж и его законная жена, озабоченная делами материальными гораздо больше, чем вероятной изменой. После года разлуки между ними возникает просто замечательный диалог:

— Где машина? Где квитанции за детсад?

— Я тебя люблю, во всем виновата теща.

С появлением же последней разговор переходит в сплошной крик и мат. Про измену, если таковая была, к концу передачи вообще забыли. И присутствующим в студии не хочется сочувствовать вовсе — никому из них.

Только оставшиеся за кадром ребенок и отчим мужа, тяжело больной и забытый им, имеют человеческий облик. Но поскольку это не сериал «Понять. Простить», хэппи-энд здесь не предусмотрен и под занавес выясняется, что все обсуждение по сути не имело никакого смысла.

Никто ничего не осознал, ни в чем не раскаялся, все только ждут извинений друг от друга и помощи от неведомых добрых людей. Что же это, как не модель всей повседневной жизни прослойки общества, которая изъясняется самым скупым набором слов, а о том, что такое принцип или мировоззрение, понятия не имеет?

Они не думают о кризисе и санкциях, потому что с ними и без них жили одинаково, не переживают из-за декриминализации семейных побоев, потому что драки для них — естественная форма общения, и понятия не имеют, кому там должен принадлежать Исаакиевский собор. Хорошо, если они вообще знают, где он.

Нам странно и порой страшно себе представить такую жизнь, но многие ею живут, и невозможно этого не замечать. И когда мы в очередной раз включаемся в дискуссию о том, можно ли считать эмбрион человеком, а аборт убийством, не лишне вспомнить, сколько уже родившихся людей существуют где-то за чертой нашего гуманистического сознания, и никого это особенно не смущает.

Людмила Семенова


Ранее на тему Трагифарс от «Квартета И»

Психологи: Колыбельные укрепляют связь матери и ребенка

Психологи: Красивая внешность не влияет на зарплату