Горечь рижского бальзама

Латвия сегодня – это депрессивная зона отчуждения с руинами советского хайтека, бегущей на Запад молодежью, развязными секс-туристами и фашиствующими мракобесами. Витрина социализма стала буфером: почувствуйте разницу.


© Фото Надежды Красновой

Латвия сегодня – это депрессивная зона отчуждения с руинами советского хайтека, бегущей на Запад молодежью, развязными секс-туристами и фашиствующими мракобесами. Витрина социализма стала буфером: почувствуйте разницу.

От Риги до границы с Россией четыре часа на машине, а до границы с Литвой и того меньше. Все население Латвии – это Восточный округ Москвы: 1,5 млн человек.

Заезжаем через Себеж по М9. Дороги средние, вечного ремонта нет, но и европейской гладкости тоже. Пейзаж не так уж и отличается от России, разве что присутствует некоторая кукольность. Вот милый маленький домик, но рядом - полная разруха. Слева – симпатичный автосалон, справа – заброшенное поле. На трассе знакомый набор из советских реликвий, роскошных премиум-седанов и немецкого середняка вроде VW. Но машин намного меньше. На подъездах к Риге вы не будете стоять в часовых пробках, вы легко и быстро проедете и по городу. Куда же делись пробки, которыми славилась Рига до кризиса 2008 года?  Вероятно, люди продали машины, ведь литр бензина стоит около 2 долларов.

Кстати, а где же сами люди?

Улицы пусты. Рижане ходят мрачные и злые, хотя, конечно, иностранцы получают здесь свою долю гостеприимства. Но, пожалуй, главное, что отличает современную Латвию от Латвии времён СССР – здесь больше не услышишь детского смеха. Просто смеяться особо некому: здесь почти перестали рожать, республика вымирает.

В 1991году Латвия вышла из состава Союза и занялась тотальной зачисткой советского прошлого, а вместе с ним и собственной экономики. Первыми пали построенные при Советах заводы-гиганты: RAF, VEF, «Радиотехника», чуть позже – «Химволокно». Говорят, они пачкали местный пейзаж. Но это были высококлассные по тем временам производства, производившие продукцию с высокой долей добавленной стоимости, на которую был большой и стабильный спрос. «Рафики» бороздили дороги всего Союза, приёмники VEF и «Спидола» знали и ценили все. Многие специалисты, работавшие на этих заводах, прибыли в Латвию в 50-х и стали потом «негражданами». Титульная нация чаще работала в сфере обслуживания и в гуманитарке, занималась сельским хозяйством, занимала административные посты. Там она и осталась - с той лишь разницей, что приемников и минивэнов тут больше не делают, а былого спроса на конфеты Laima и духи «Дзинтарс» нет.

Это была не просто витрина социализма в Северной Европе, это был выгодный пакт: видимость лояльности в обмен на безмятежное пользование «окном в Европу», которое русским было мало прорубить – его было надо еще и держать в исправности. Пожалуй, никогда в истории латышам не удавалось продавать себя так дорого. После выхода из состава СССР многие здесь рассчитывали, что американцы будут платить им за закрытие этого окна, и платить больше. Но никто не платил. В 2004 году, когда Латвия вступила в ЕС, стало окончательно ясно, что «плана Маршалла» для нее у Запада нет.

В итоге за 20 лет крупное производство в Латвии полностью разрушено. На клочке территории RAFа теплится скудная жизнь – здесь шьют обивку для кресел для одного из западных автопроизводителей. Есть небольшое рыбоперерабатывающее и текстильное производства, но погоды они не делают и прокормить страну не могут. Доля сектора услуг в ВВП Латвии составляет 70,6 %, промышленность — 24,7 %, сельское хозяйство — 4,7 %. Основные экспортные товары Латвии на 2008 год: электрические машины и оборудование — 6,2 %, машины и оборудование — 6,1 %, пиломатериалы — 4,5 %, трикотаж и текстиль — 3,5 %, фармацевтическая продукция — 3,3 %, лес-кругляк — 2,8 %, деревянные изделия — 2,5 %. Но статистика сильно лукавит, приписывая к экспорту латвийских товаров реэкспорт чужих.

Какие-то деньги приносит туризм. Каждый год в Юрмале проходят эстрадные шоу «Новая волна» и «Кивин», серьезно наполняя местный бюджет. Но слухи об их переносе становятся всё более угрожающими. Есть также «российские инвестиции», о которых любит говорить посол РФ в Латвии Вешняков. Но попытки оценить их реальный объём ни к чему не приводят. По официальной статистике, к концу 2011 года объем накопленных российских инвестиций в основном капитале латвийских компаний составил всего лишь $310 млн. В августе 2011 года портал expert.ru отметил, что получить достоверную информацию сложно: деньги идут через офшоры. В основном это вложения в транзит сырья через местные портовые терминалы.

Перед кризисом на рынке недвижимости Латвии надулся кредитный пузырь, создав у резидентов иллюзию всеобщего благополучия. Однако после 2008 года республика упала глубже всех и оказалась в долговой яме МВФ. Банки и строительные компании массово сократили персонал, все, что обслуживало пузырь (консалтинг, рекрутинг, индустрия развлечений, рынок офисной мебели, IT и канцтоваров) резко сжалось, трудоспособная и адаптивная молодежь массово выехала работать за границу. В 2011 году госдолг Латвии составил 44,8 % ВВП или около $10 млрд. Выплатить эти деньги в срок страна без производства и без населения не сможет в принципе.

Сейчас власти Латвии готовы давать вид на жительство даже ненавистным русским, лишь бы те покупали здесь дорогое жилье. Но в США и ЕС этим недовольны, так что эту практику Риге придется прекратить. В таких условиях остается переходить на подножный корм. С 1991 года в стране идёт активная вырубка лесов, площадь которых быстро сокращается. По данным предприятия «Латвийские государственные леса», в 2009 году всего закладка лесонасаждений достигла 3.2 тысяч гектаров, а вырублено было около 100 тыс. А ведь лес - это едва ли не единственное природное богатство страны.

В 2008 году Латвия стала лидером среди стран Евросоюза по количеству населения, живущего на грани бедности, бедными были признаны 26 процентов населения. Только по официальным данным Государственного агентства занятости в феврале 2012 года  уровень зарегистрированной безработицы в Латвии вырос до 11,8%, что на 0,1 процентного пункта больше, чем в январе. В первом квартале 2012 года среднемесячная брутто-зарплата (зарплата до уплаты налогов) в Латвии составила 467 латов ( примерно 920 долларов, сообщило Центральное статистическое управление. Нетто-зарплата по официальной статистике равна примерно 600 долларов. Но в провинции работники магазинов и строек получают в среднем $200-240 на руки, и это в лучшем случае. После кризиса некоторые получают здесь всего лишь по $100. Не нравится – езжайте в Англию или Ирландию, где работы тоже уже практически нет.

Между тем, стоимость жизни в Латвии высока и постоянно растет. По данным исследования ECHI, по доступности медицины Латвия набрала лишь 490 очков из 1000 возможных (Литва — 585, Эстония — 653), а пострадавшая от того же кризиса Исландия — 799. Приемлемые зарплаты только у госслужащих, число которых после каждой реформы увеличивается. Однако попасть в их число сложно, особенно если ты не латыш.

Итоги последней переписи наводят на мысли о геноциде: за 20 лет независимости Латвия потеряла 500 тыс. человек, это треть ее населения. Активистка Атмоды Элита Вейдемане недавно была вынуждена публично признать: «Число людей, уехавших сейчас из Латвии в добровольную депортацию, превышает объем всех советских депортаций в целом».

Сегодня Латвия - это депрессивная зона отчуждения с официальной русофобией, маршами ветеранов СС, бегущей на Запад молодежью, проститутками и пьяными британскими повесами, которые прилетают помочиться на монумент независимости перед свадьбой. И сиротливым «Рижским бальзамом», который не в силах больше залечить ничьи душевные раны.

В чем же сегодня смысл существования Латвии? Похоже, только в том, чтобы быть буфером между Балтикой и РФ. А буфер – это уже не витрина, поддерживать там благополучие никому не нужно. Поэтому инвестиций в Латвию ждать не приходится –если только на рынке недвижимости не надуется новый пузырь. Что вряд ли случится.

Елена Ланская