Россия решила припугнуть Грузию

Москва отклонила возможность грузино-российской встречи на высшем уровне, не упраздняет визы и предупреждает, что «есть предел ее терпению».


© Фото с сайта nato.int

В Праге состоялась традиционная встреча специальных представителей Грузии и России по урегулированию отношений между двумя странами. Итог ее был совершенно не тем, какого ожидали простые грузинские граждане. А предвкушали они, как минимум, подтверждения того, что Россия упразднит визовый режим — грузинский спецпредставитель Зураб Абашидзе перед встречей со своим российским коллегой, замглавы МИД Григорием Карасиным намекнул, что визы могут отменить летом.

Но, как видно, надежды оказались преждевременными. Во-первых, Карасин заявил журналистам в Праге, что отказ от виз на данном этапе невозможен по нескольким причинам, включая соображения безопасности. Он «утешил» грузинских граждан тем, что в последний период по решению президента Путина круг лиц, которые могут приехать в Россию по приглашению, значительно расширился. Но «о полной отмене визового режима речь идти не может. Для этого нужно сделать шаги».

О «шагах», которые Россия ждет от Грузии, будет сказано ниже. А пока еще об одном заявлении Карасина, в соответствии с которым на данном этапе встреча первых лиц России и Грузии исключена, хотя, напомним,  ранее российская сторона ничего против нее не имела, а как раз грузинская — не рвалась. «Как она может быть проведена в ситуации, когда большинство политиков Грузии обвиняют Россию во всех смертных грехах. Как на данном этапе может идти речь о встрече? Это смешно. … она не может состояться в условиях напряженности со стороны Грузии», — сказал Карасин.

Как пояснил российский спецпредставитель, в Грузии, и особенно на официальном уровне, включая президентский, антироссийская риторика  усилилась, и последнее обстоятельство является «самым обидным». «Безусловно, — продолжил он, — мы обращаем на это внимание, стараемся на все не отвечать, но делаем для себя выводы». Карасин, в частности, привел в пример заявление министра обороны Грузии Тинатин Хидашели, в соответствии с которым цивилизованный мир «должен объединиться против российской агрессии».

По его признанию, подобные высказывания воспринимаются в России «болезненно». Из риторики Тбилиси последнего времени Карасин сделал следующий вывод: «Думаю, в ходе предвыборной горячки грузинские политики зачастую позволяют себе то, чего бы не позволили в обычной обстановке. Иногда их подводят тормоза».

Нынешнюю ситуацию в грузино-российских отношениях он обрисовал так: «Либо мы возвращаемся к конфронтации в поисках тех сюжетов, которые могут нас снова ввести в спор,  либо урегулируем нормальные, уважительные отношения». «В приличном обществе, — предупредил российский дипломат, — такое заявление не прощают. Мы пока воздерживаемся, но боюсь, что у нашего терпения тоже есть предел».

Какие последствия могут настать в результате «предела», он не уточнил, однако они и так понятны и указаны выше — это, как минимум, отказ от встречи на высшем уровне и упразднения визового режима для граждан Грузии.

Еще одна претензия от Карасина: Грузия должна отменить закон об оккупированных территориях — имеются в виду признанные Россией Абхазия и Южная Осетия. Как поведал Карасин, российская делегация рассматривает возможность приезда летом в Тбилиси на сессию Парламентской Ассамблеи ОБСЕ, но «они (депутаты) должны быть гарантированно защищены от всех проблем, которые касаются закона оккупированных территорий. Нам нужны твердые гарантии, и будет лучше, если этот закон упразднят».

Напомним, согласно Закону «Об оккупированных территориях», посещение Абхазии и Южной Осетии без разрешения официального Тбилиси считается незаконным и карается либо крупным денежным штрафом, либо лишением свободы сроком до четырех лет.

Но, несмотря на нелицеприятные заявления Карасина, Абашидзе положительно оценил встречу со своим российским коллегой.  По его «ощущению», тональность встречи была деловой: «Мы достаточно детально обсудили все вопросы и продвинулись вперед по некоторым темам». Но по Абхазии и Южной Осетии, признал он, Москва и Тбилиси придерживаются «радикально разных позиций».

Отметим, что переговорный формат Абашидзе — Карасин действительно «продвинул» взаимодействие между Грузией и Россией в условиях отсутствия между ними дипломатических отношений. Во-первых, между двумя странами возобновилось транспортное сообщение; грузинская продукция вернулась на российский рынок, и доля российского сегмента во внешнеторговых операциях Грузии последовательно растет. Москва также несколько облегчила визовый режим для граждан Грузии, и вообще сама атмосфера грузино-российских отношений стала гораздо легче.

Но, как видим, тучи снова сгущаются, и этому процессу в большой степени может поспособствовать решение президента России Владимира Путина назначить Карасина своим официальным представителем при рассмотрении палатами Федерального собрания вопроса ратификации договора о государственной границе между Россией и Южной Осетией.

Это решение, оглашенное сразу после встречи Абашидзе и Карасина,  вряд ли можно назвать дружественным по отношению к Тбилиси — оно, в первую очередь, говорит о том, что Москва не намерена обсуждать политический статус территории, отколовшейся от Грузии и признанной Россией в качестве суверенного государства. Весьма странным видится и то обстоятельство, что «дежурным» по границе назначен Карасин, то есть дипломат, отвечающий за процесс грузино-российского урегулирования. Кстати, по данным РИА Новости, глава российского МИД Сергей Лавров обсудил с представителями частично признанных Абхазии и Южной Осетии вопросы «укрепления безопасности» на границах с Грузией.

Но вернемся к претензиям Карасина. В Тбилиси на них ответили, поскольку восприняты они как исходящая от России открытая угроза. Часть оппозиции и определенные силы в правящей коалиции «Грузинская мечта» усомнились в целесообразности сохранения переговорного формата Абашидзе-Карасин, на что грузинский спецпредставитель ответствовал, что отказ от пражских переговоров не решит ни одну проблему. Напротив, считает он, «это увеличит количество проблем и их масштабы, болезненно отразится на всей стране и на каждом из нас».

Напомним, формат этот является единственной возможностью прямых переговоров между представителями России и Грузии по гуманитарным, торгово-экономическим и транспортным проблемам. Все другие проблемы, касающиеся, в частности, территориальной целостности Грузии, рассматриваются в ходе международных Женевских переговоров по вопросам безопасности и стабильности на Кавказе. Они регулярно проходят после августовской войны 2008 года с участием представителей России, Грузии, США, ООН, Евросоюза, ОБСЕ, Абхазии и Южной Осетии.

Что же касается Закона «Об оккупированных территориях», на его изменении уже давно настаивает государственный министр по вопросам примирения и гражданского равенства Паата Закареишвили. По его мнению, закон должен быть смягчен, то есть за посещение Абхазии или Южной Осетии со стороны России иностранные граждане и лица без гражданства не должны отправляться за решетку и платить огромные штрафы.

Так что, несмотря на то, что парламентская оппозиция против изменения закона «только потому, что этого потребовала Москва», следует ожидать, что к лету в него будут внесены серьезные коррективы. В общем, оперативность в данном вопросе предопределило намерение российских депутатов приехать в Тбилиси на сессию ПА ОБСЕ, ведь среди них могут оказаться и те, кто посещал Абхазию и Южную Осетию без разрешения Тбилиси, и по действующему законодательству должны нести за это уголовную ответственность.

А после внесения изменений российские представители будут в полной безопасности. Но об аннулировании закона речи быть не может, и это подтвердили как Закареишвили, так и министр юстиции Тея Цулукиани.

Нарушение относительного штиля в грузино-российских отношениях можно объяснить двумя причинами. Первая: Грузия стремится к тому, чтобы ее заявления не выбивались из риторического ряда Вашингтона. И вторая: в стране грядут парламентские выборы, и политики — будь то прозападные или пророссийские — «подогревают» свой электорат заявлениями соответствующей направленности.

Что же касается угрожающей фразы, что «у терпения (России) тоже есть предел», она была ожидаема не только из-за риторики министра обороны Грузии, но и потому, что государства ЕС планируют летом отменить визовый режим для граждан Грузии.

А это означает, что в грузинском массовом сознании Европа и вообще западный вектор станут гораздо более привлекательными, чем Россия и вектор евразийский. Согласно последним социологическим исследованиям американцев, евразийскую интеграцию положительно воспринимает 31 процент опрошенных грузинских граждан — это высокий показатель для страны, внешнеполитическим приоритетом которой официально названа европейская и евроатлантическая интеграция.

По идее Россия, желая закрепить за собой хотя бы часть грузинского электората и не менять вышеуказанную цифру в сторону ее понижения, должна была бы опередить ЕС и упразднить визы для граждан Грузии. Но, вероятно, она решила пойти по неплодотворному пути запугивания страны и привнесения в нее дополнительного элемента напряженности.

Разумеется, это не есть хорошо — угрозами Россия только еще больше настроит грузин против себя. Ну, а оскорбительные высказывания отдельных грузинских политиков в адрес России тоже не могут способствовать поступательному диалогу между Москвой и Тбилиси, которому и без того мешает абхазская и югоосетинская тематика. Главное, что высказывания эти вредят Грузии: последней известны прецеденты ассиметричного на них ответа России и отсутствия действенной реакции на эти ответы со стороны мирового сообщества.

Учитывая предстоящие осенью выборы, обстановка в Грузии традиционно напряженная, и в Москве это прекрасно понимают. Не исключено, что это понимание и наводит на мысль еще больше расшатать внутригрузинскую политическую ситуацию. И фигура Хидашели с ее высказываниями, за которую уцепился Карасин, тоже «нарисовалась» не случайно: она является членом прозападной «Республиканской партии», входящей в правящую коалицию «Грузинская мечта», созданную олигархом Бидзиной Иванишвили, и против нее определенные силы в самой коалиции затеяли дискредитационную кампанию.

Словом, и в самой Грузии, и в грузино-российских отношениях настал напряженный период, и во многом он носит искусственный характер. Как, впрочем, и вся политтехнологическая система с ее перегибами, «недолетами» и «перелетами». Не переборщить бы.

Ирина Джорбенадзе
 


Ранее на тему Путин опроверг возможное присоединение Южной Осетии к России

Премьер Грузии считает самым важным достижением соглашение об ассоциации с ЕС

Абхазия ввела визовый режим для граждан всех стран, которые не признали независимость республики