«ИГ умрет, но война продолжится»

«ИГ умрет, но война продолжится»

Кошмар в Сирии и Ираке, которые скатились в религиозную и племенную резню, уже так просто не остановить, полагает эксперт по Ближнему Востоку Михаил Магид.


Курдов, составляющих костяк западной коалиции, могут бросить все их нынешние союзники. © Фото Евгения Шабанова

Ряд событий несколько отвлек внимание мировой общественности от борьбы против «Исламского государства» (ИГ, террористическая группировка, запрещенная на территории РФ), однако война идет своим чередом. Антиисламистские силы постепенно сжимают кольцо вокруг обеих столиц «халифата» — сирийской Ракки и иракского Мосула. Бои еще предстоят жестокие — ИГ спешно укрепляет позиции как вокруг этих городов, так и внутри. Однако расклад сил таков, что уже сейчас очевидно — рано или поздно исламисты будут выбиты из всех крупных населенных пунктов.

При этом одну из ведущих ролей в сухопутных операциях против ИГ играют курды, у которых свое видение послевоенного устройства Сирии и Ирака. Своими прогнозами развития курдского национально-освободительного движения с обозревателем «Росбалта» поделился эксперт по Ближнему Востоку Михаил Магид.

— Начнем с иракского фронта борьбы с ИГ. Что здесь изменилось за последнее время?

 — Штурм Мосула идет уже несколько месяцев. Но это лишь часть крупной операции иракской армии, полиции и шиитского ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби» в провинции Найнава. Всего там задействовано в общей сложности от 50 до 100 тысяч военных. Кроме того, с воздуха их поддерживают силы международной коалиции, ядром которых выступают американские ВВС. Участвуют в этой операции и иракские летчики.

Найнава окружена курдскими формированиями пешмерга, лояльными правительству Иракского Курдистана, и насчитывающими до 100 тысяч человек. Но они не участвуют в наступательных операциях, что, по всей вероятности означает, что Найнава отойдет шиитскому правительству Ирака. Надо добавить, что в наступлении участвует также ополчение суннитских арабских племен, враждебных ИГ, хотя там всего 5 тысяч бойцов, это только маленькая часть сил.

В Найнаве им противостоит 5-10 тысяч боевиков ИГ. Операция развивается довольно медленно. Сложность в том, что Мосул (в городе остается около миллиона жителей и это крупнейший населенный пункт, захваченный ИГ) разделен на две части рекой Тигр. Вначале иракские силы заняли восточную часть Мосула. Эти бои шли несколько месяцев и в ходе сражения боевики нанесли наступающей «Золотой дивизии» — элитному соединению иракской армии — тяжелые потери. Но потом армия все же вытеснила боевиков и заняла Восточный Мосул.

Затем началась операция по освобождению западной части города. Одновременно иракская армия, полиция и шиитское ополчение провели успешную операцию и смогли отсечь Мосул от других занятых ИГ территорий в Найнава, на которые они также ведут наступление. Более того, силы ИГ в этой провинции в целом также отсечены от остальной территории, контролируемой боевиками.

Так что теперь, возможно, операция пойдет быстрее — боевики в Мосуле лишены подвоза боеприпасов, медикаментов, подкреплений, они сражаются в окружении. Фактически их поражение неминуемо, как я и предсказывал год назад в интервью «Росбалту».

— Какова на сегодняшний день обстановка в Сирии?

 — Здесь все сложнее, потому что в боевых действиях участвует больше сил, имеющих самостоятельные интересы, противоречащие друг другу.

Начнем с того, что добрый дядя Дональд Трамп пообещал курдам, что все территории, которые они займут в Сирии, будут после войны принадлежать им. Почему так? Потому что РПК (Рабочая партия Курдистана) и ее вооруженные формирования ОНС (Отряды народной самообороны) — это единственные светские политики и военные в Сирии, которые настроены проамерикански. То есть РПК сейчас — это, в общем, сила, наиболее тесно связанная с США.

При этом Вашингтон обеспокоен воинственной экспансионистской риторикой, исламистскими тенденциями и антиамериканскими заявлениями президента Турции Реджепа Эрдогана. Что же касается сирийского президента Башара Асада, то он не устраивает США потому, что связан с Ираном — главным противником американцев на Ближнем Востоке в настоящий момент. Наконец, «зеленые» повстанцы «Ахрар аш Шам» и «Нусра» (запрещенная в России сирийская ветвь «Аль Каиды») американцам неприятны из-за их исламистского фундаментализма и радикализма.

Вот в этих условиях Соединенные Штаты и сделали ставку на курдов. Им, по сути дела, просто больше не на кого опереться. Так что авиация США прикрывает все операции курдов против ИГ в Сирии, а спецназ американской армии воюет рука об руку с курдами.

Но это не значит, что Трамп будет защищать курдов любой ценой. Его волнуют не курды. Прежде всего, президент США заинтересован в том, чтобы как можно быстрее покончить с «Исламским государством», чтобы поднести эту голову на блюде своим избирателям и показать себя реальным крутым парнем. Так или иначе, Трамп подталкивает курдов к наступлению на Ракку, обещая им, что все части Сирии, которые курды смогут захватить, после окончания войны останутся под их контролем.

— Это как раз то, что курды хотели бы услышать от американцев, да и от других участников западной коалиции, хотя, насколько я понимаю, какие-то гарантии на этот счет они получают только от Вашингтона.

 — Да, это вдохновляет курдов, и они развернули наступление на Ракку. Фактически это наступление стало частью большой операции против ИГ, дирижируемой американцами, которая ведется одновременно и в Сирии силами ОНС, и в Ираке силами местных шиитов.

Тут выяснилась еще одна любопытная вещь. Оказалось, что местные арабские суннитские племена, от которых ожидали отчаянного сопротивления, встречают курдов хорошо. И это еще больше подстегнуло курдов к проведению боевых операций и расширению их географии. Они вошли не только в Ракку, но и в район к востоку, где расположен Дейр-эз-Зор.

И здесь есть отдельный очень интересный вопрос об отношении населения Сирии и Ирака к ИГ. После переговоров с ОНС эти арабские племена принимают курдов в своих деревнях, а сотни молодых людей из района Ракки (арабов!) записываются в ОНС. Особенно радуются женщины. Сейчас в сети распространяются кадры, где женщины в селах, которые прежде контролировало ИГ, демонстративно курят перед камерами, хотя большинство из них никогда прежде этого не делали. Очевидно, что это намеренная демонстрация, потому что при ИГ за это наказывали. Среди мужчин не все так однозначно, но многие тоже приветствуют наступающие силы.

«Исламское государство» многим надоело. Видимо, сказались завышенные ожидания. Никакой рай на земле оно не создало, ничего кроме войны арабам не дало, за любые проступки, например, то же курение, людей жестоко наказывали (и мужчин, и женщин). Ну и, кроме того, ОНС и РПК предпочтительнее для местных арабских племен, чем шииты Асада. Племена арабов-суннитов в большинстве случаев ОНС не боятся. Курды никого не грабят, даже налоги практически не берут.

— То есть стереотипные представления о том, что ИГ выразило какие-то сокровенные чаяния большинства мусульманского населения в этом регионе, не совсем соответствуют действительности?

 — Я помню дискуссии в «Росбалте» на эту тему, где высказывались разные мнения о том, насколько идеи ИГ подходят этому региону, насколько и как население их воспринимает. Мне и тогда казалось, и сейчас кажется, что хотя какая-то часть населения Сирии и Ирака, может быть, позитивно относилась к ИГ, с другой стороны, оно многих раздражает. И сейчас это раздражение проявилось.

Надежды на то, что «халифат» принесет золотой век, не сбылись. Никакого нового, более эффективного, более богатого, более мирного общества «Исламское государство» не создает. И сегодня мы не видим массовой готовности людей в Сирии или Ираке сражаться за ИГ. Мирное население, арабы-сунниты, улыбками встречает людей, которые выдавливают ИГ, женщины срывают никабы, публично курят, мужчины танцуют, какого-то массового сопротивления наступающим силам со стороны населения нет. Силы «Исламского государства» тают, и в СМИ уже были сообщения, что их лидер признал поражение.

— Но вернемся к последним событиям войны в Сирии.

 — Некоторое время назад курды остановили свое наступление на Ракку и Дейр-эз-Зор. Оно развивалось очень удачно: ОНС вместе с дружественными арабскими группами захватили свыше ста деревень, причем наступление сопровождалось переговорами (довольно успешными) с местными арабскими племенами. Однако им пришлось приостановить свое продвижение, потому что турецкие войска вместе с лояльными им отрядами туркоманов (и, возможно, «Ахрар аш-Шам»), начали движение на Манбидж, контролируемый курдами. После этого, курды стали перебрасывать силы из районов Ракки и Дейр-эз-Зор к Манбиджу.

Здесь была американо-турецкая договоренность по северной границе Манбиджа, но по западной не было. Турецкие соединения и аффилированные с ними группы стали наступать с западного направления и заняли несколько деревень.

Другое важное событие — подразделения асадистов (которые сильно ослабели после битвы за Алеппо), при поддержке Ирана, РФ и «Хизбаллы» пробились сквозь позиции ИГ и соединились с курдами в районе Манбиджа. Таким образом, образовалась курдско-асадистско-иранско-российская линия фронта, не дающая туркам возможность наступать на юг и на Манбидж.

Поэтому турецкое наступление на Манбидж стало проблематичным. Сложно воевать со столькими силами одновременно. Кроме того, вряд ли Трампу понравится идея турецко-курдской войны, потому что это на руку ИГ. Ссориться одновременно с Тегераном, Москвой и Вашингтоном Эрдогану сложно, тем более, что в Манбидже, по некоторым данным, стоят американские спецподразделения.

Тем не менее, ситуация не определилась, так что какая-то вероятность войны Турции с Рожавой (Сирийский Курдистан) сохраняется.

Кроме того, в последнюю неделю возобновилось курдское наступление на Ракку. Одновременно силы коалиции, поддерживающей Асада, также наступают на ИГ в Пальмире и на севере Сирии. Наступление развивается, хотя ИГ временами переходит в контрнаступление.

— Можно ли сказать, что в войне наступает перелом?

 — ИГ пока еще не разбито окончательно. На днях, например, начиненный взрывчаткой экскаватор с двумя смертниками сумел пробиться в расположение иракской армии в Мосуле и взорвался, уничтожив 17 единиц военной техники и неизвестное число солдат.

Но я хотел бы закончить эту тему одним, на мой взгляд, очень важным соображением. Смотрите, что сейчас происходит. Шиитские правительство и племенные ополчения (то есть конфессиональные и племенные объединения) воюют в Ираке против радикальной религиозной секты ультраконсервативного толка (ИГ), которая обещает уничтожить 200 миллионов шиитов всех до одного, если они не перейдут в ее веру. В Сирии силы шиитской коалиции (Асад, иранские подразделения, ливанская «Хизбалла») при поддержке РФ наступают на ИГ и одновременно ведут военные действия с суннитскими группировками фундаменталистов, суннитскими арабскими племенами и племенами туркоманов.

Мы стали свидетелями страшной войны, религиозной и племенной, в нескольких странах, где идет постоянная резня мирного населения и где миллионы людей стали беженцами. И Надежды на то, что «халифат» принесет золотой век, не сбылись. Никакого нового, более эффективного, более богатого, более мирного общества «Исламское государство» не создает. Фактически только курдская РПК выступает светской региональной силой в этом конфликте.

— Я бы хотел уточнить вот какой вопрос. Сегодня курды составляют очень важную часть наземной антиисламистской коалиции. Они выразили готовность участвовать в штурме Ракки, которая им, в общем-то, не нужна. Однако Турция, уже вклинившаяся своими войсками между курдскими анклавами в Сирии, рассматривает основную силу сирийских курдов — РПК и ее союзников, как террористические организации. Россия РПК, вроде бы, до недавнего времени поддерживала, но, с другой стороны, Турция и РФ сегодня стремительно восстанавливают отношения стратегических партнеров. Не «сдаст» ли Москва курдов после разгрома ИГ?

 — Курды не опираются на Россию. Во всяком случае, их главный союзник в регионе — США, а не РФ. А главный союзник Москвы — Асад, его окружение из религиозного движения алавитов. И здесь есть очень большой вопрос, интрига.

Пока курды и Асад выступают против ИГ, да фактически и против «зеленой оппозиции» — «Нусры» и «Ахрар аш-Шам», интересы курдов и Асада, а значит курдов и РФ, не входят в радикальное противоречие. В прошлом имели место бои курдов и асадистов в Хасеке и Камышло, но эти столкновения носили локальный характер, хотя асадисты, между прочим, бомбили и курдский квартал в Алеппо, «Шейх Максуд». Но все же это был локальный конфликт.

А вот что будет завтра — совершенно непонятно. Вот, допустим, ИГ побеждено. Может случиться, что после этого Асад и курды начнут делить Сирию. И Россия, конечно, будет на стороне Асада, а значит, против курдов.

Хотя и здесь тоже все не так просто. У курдов есть покровитель — Вашингтон. Захотят ли американцы отказаться от поддержки курдов после победы над ИГ? Сомневаюсь, ведь им нужен будет какой-то центр влияния в Сирии. Так что в этом случае возможно очень опасное развитие конфликта по линиям курды — Асад, Россия — Америка.

Ну и добавляю, что есть причина, по которой такой конфликт может и не произойти — фактор Турции. Как-никак, турецкие войска оккупировали часть территории Сирии, поддерживают антиасадовскую радикальную оппозицию исламистов, так что курды могут рассматриваться и Асадом, и РФ как противовес туркам в борьбе за контроль над регионом.

— Но Москва сейчас активно налаживает отношения с Анкарой. Могут ли они договориться и против курдов?

 — Если очень кратко, в принципе это возможно, потому что между этими двумя возможно все: Россия и Турция играют очень рискованно, их действия плохо предсказуемы. То они на грани войны, то вновь друзья, то вступают в столкновения, то делят Сирию.

Тут стоит сказать две вещи. Во-первых, Москве курды нужны как противовес Анкаре. Не надо забывать, что РПК противостоит Турции — как в Сирии, так и в самой Турции, где действуют тысячи партизан РПК и живет свыше 20 млн курдов.

Во-вторых, даже если РФ, Асад, Турция и Иран договорятся строить Сирию без РПК, без курдской автономии, то может начаться война этих сил против курдов. Но, как я уже сказал, у курдов есть могущественный партнер — США, Трамп. И я не думаю, что с таким партнером курдов будет легко опрокинуть.

Но если в такой ситуации курдов сдаст еще и Трамп, то тогда мы можем стать свидетелями масштабной операции Асада, РФ, Ирана и Турции против курдской автономии.

Вместе с тем, мне хотелось бы напомнить, что когда-то в этом регионе решались совсем другие задачи. Например, Саддам Хуссейн был диктатором Ирака и жестоко подавлял оппозицию, курдов и шиитов, но все же он развивал светское образование, университеты и промышленность. Когда в 1991 году против Саддама началось восстание курдов и арабов в Иракском Курдистане, оно вовсе не носило характер религиозной и племенной войны. Арабы и курды, шииты и сунниты, атеисты и христиане, фермеры и рабочие сражались за свободу слова и собраний, за региональную автономию и школьное образование на разных языках, за рабочее самоуправление на заводах. Было огромное движение светских многонациональных выборных рабочих советов в Киркуке, Сулеймании, Эрбиле, в городах-миллионниках.

И что мы имеем сегодня? Религиозную и племенную войну. Никто по-настоящему так не дал ответ на вопрос, почему произошла такая деградация региона.

Беседовал Александр Желенин

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Власти Ирака: ИГ и «Аль-Каида» ведут переговоры о союзе

Минобороны РФ направило беспилотники в Дейр-эз-Зор для проверки сообщений о гибели людей

В Киркуке организуют референдум о присоединении к иракскому Курдистану