Катарский кризис перепутал рынки

Катарский кризис перепутал рынки

Несмотря на обострение ситуации в Персидском заливе, цены не нефть падают. Причина в том, что под угрозой пока только поставки газа.


Фактически, сейчас решается, кто на Ближнем Востоке будет выбран «козлом отпущения», ответственным за помощь террористам. © Фото Евгения Евдокимова, ИА "Росбалт"

Неожиданный для многих конфликт в главном нефтеносном регионе мира парадоксальным образом привел не к подорожанию, а к падению цен на нефть. Зато, как радостно прогнозирует российский «Газпром», может подорожать газ.

Причина такого странного поведения цен на энергоносители проста. Сам по себе Катар не располагает большими запасами нефти. Однако все же является членом Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), а значит и участником подписанного в конце 2016 года соглашения о сокращении добычи этого углеводородного сырья. Вследствие этого мировые аналитики опасаются, что напряженность внутри картеля может помешать выполнению соглашения о сокращении добычи. Ну, а биржевые спекулянты естественно используют эти опасения как основу для атаки на нефть, стараясь максимально сбить цену на нее. На это, кстати, живо реагируют и валюты таких стран, как Россия, чьи бюджеты зависят от доходов от экспорта «черного золота».

В то же время Катар — крупнейший в мире продавец сжиженного газа и обладатель едва ли не крупнейших запасов природного газа, преимущественно на своем морском шельфе. Катарская правящая династия сумела наладить масштабные поставки сжиженного газа по всему миру, в первую очередь, в Европу и Японию. И для многих стран, зависимых от поставок по трубопроводам из Норвегии, Алжира или России, Катар выступал в последние годы как альтернатива, позволяющая бороться как минимум за снижение цен, предлагаемых традиционными поставщиками.

Неудивительно, что на ценах на газ может серьезно отразиться обострение ситуации вокруг Катара. Ведь речь идет о запрете со стороны ряда стран, разорвавших с ним дипотношения, еще и на использование их морского и воздушного пространства катарскими самолетами и судами, включая танкеры, предназначенные для перевозки сжиженного газа.

Впрочем, цены на природный газ меняются заметно медленнее, чем нефтяные, поскольку они в значительной мере привязаны в долгосрочным контрактам, которые обычно подписывают компании вроде «Газпрома», поставляющие свою продукцию по трубопроводам. Так что за несколько дней изменения не произойдут. Но если Катар, чья доля на рынке сжиженного газа около 30%, вынужден будет уйти с него совсем или хотя бы частично, то цены наверняка начнут расти. Это, кстати, может оказаться выгодно в первую очередь США, которые в последние годы пытаются начать поставки своего сжиженного газа.

Но и Россия, точнее, «Газпром», тоже не будет сильно переживать. При отсутствии альтернатив российской газовой монополии будет гораздо легче и отстаивать цены, зафиксированные в ранее заключенных долгосрочных контрактах, и подписывать новые.

Впрочем, вопрос энергоносителей — не единственный аспект конфликта. В нынешней сложной игре вокруг Катара центральной, пожалуй, является тема терроризма. Именно обвинения в финансировании террористических группировок лежат в основе изоляционистской политики в отношении Катара, объявленной восемью странами во главе с Саудовской Аравией и Египтом. Фактически, сейчас решается, кто на Ближнем Востоке (где почти все игроки имеют те или иные контакты с террористическими группировками самой разнообразной направленности) будет выбран для Запада «козлом отпущения», ответственным за все.

Главный претендент на эту роль сейчас, очевидно, Катар. Но он активно борется за место под солнцем. Такого количества компромата на монархии Персидского залива, а заодно власти США, в последнее время, пожалуй, не публиковалось.

Выясняются интереснейшие подробности. Например, по данным британской The Financial Times, Катар заплатил террористическим организациям около $1 млрд, но отнюдь не добровольно. Речь идет о выкупе, заплаченном сразу за 26 членов королевской семьи, отправившихся на юг Ирака на соколиную охоту и захваченных там террористами. Появилась информация еще и о группе численностью около 50 человек, которую также захватили некие террористы, только уже в Сирии. Выплаты предназначались для группировок, связанных с «Аль-Каидой» в Сирии, и силами безопасности Ирана, утверждает газета.

В то же время, Wikileaks публикует выдержки из переписки экс-главы Госдепартамента США и кандидата в президенты этой страны Хиллари Клинтон. Если верить им, то получается, что Клинтон знала о том, что и Катар, и Саудовская Аравия выступают спонсорами запрещенной и в США, и в России террористической группировки «Исламское государство». Появляются и другие, еще менее достоверные свидетельства причастности как саудитов и их союзников, так и катарцев к финансированию террористов.

Так что разрядки пока явно не предвидится. При этом Катар, как очевидно более слабая в военном плане сторона, старается ситуацию не усугублять и заявляет, что не станет вводить никаких ответных санкций. Так что вопрос теперь в том, как долго Персидский залив сможет балансировать в этом состоянии «ни мира, ни войны». Потому что последствия перехода к открытому силовому противостоянию в реальности слабо предсказуем.

С одной стороны, сам по себе Катар не представляет серьезной военной силы. С другой, если вдруг окажется, что он и правда готов на сближение с Ираном, их союз легко может полностью «закрыть ворота» Персидского залива — перекрыть Ормузский пролив и практически полностью блокировать экспорт ближневосточной нефти. А это уже не оставит выбора европейским державам, Японии, Китаю и США, заставив их вмешаться в конфликт.

Иван Преображенский


Ранее на тему Катарский риал подешевел к доллару до минимума за 11 лет

Путин и эмир Катара обсудили экономическое сотрудничество на фоне дипломатического скандала

Курс катарского риала к доллару упал до минимума с 2009 года