Президентская дочь — лишь винтик в системе коррупции

Арест Гульнары Каримовой власти Узбекистана используют для восстановления репутации перед Западом, считает редактор ИА «Фергана» Даниил Кислов.


На самом деле дочь покойного узбекского лидера уже почти четыре года находится под домашним арестом. © фото из Facebook Даниила Кислова

Генпрокуратура Узбекистана в пятницу заявила об аресте дочери бывшего президента страны Гульнары Каримовой. По данным ведомства, ей предъявлено обвинение по шести статьям Уголовного кодекса республики — мошенничество, сокрытие иностранной валюты, нарушение таможенного законодательства, нарушение правил торговли или оказания услуг,  подделка документов и легализация доходов, полученных преступных путем. На данный момент Каримова заключена под стражу.

«Росбалт» попросил прокомментировать ситуацию главного редактора информационного агентства «Фергана» Даниила Кислова. По его словам, арест Гульнары Каримовой — «очень давняя история», которую власти Узбекистана используют для восстановления репутации перед Западом.

— С чем, как вам кажется, связан арест Гульнары Каримовой?

 — На самом деле арест произошел еще четыре года назад. Эта история очень давняя, и прокуратура сделала сегодня заявление — спустя 3 года и 9 месяцев после того, как Гульнара была посажена под домашний арест в связи с расследованием уголовных дел. Спустя два года после того, как она уже была осуждена на домашний арест по нескольким уголовным делам. Новость заключается в том, что прокуратура молчала все эти годы.

— Тогда с чем связано заявление прокуратуры?

 — Это вопрос очень хороший, но совсем другой. Я думаю, это связано, прежде всего, с необходимостью для новой власти, нового президента Мирзиеева, как-то решать этот «кейс» — Гульнары Каримовой. Потому что он является одним из поводов для претензий в адрес Мирзиеева. Он заявляет о том, что будет реформировать Узбекистан — и политику, и суды, законность, экономику и прочее, — но при этом Гульнара Каримова сидит неизвестно где, осуждена неизвестно за что, неизвестно кем.  Неизвестно и какой будет ее дальнейшая судьба.

Стоп-кадр видео, YouTube

Это не недовольство, главным образом, людей, жителей Узбекистана, а — недовольство условного Запада, иностранных инвесторов, иностранных партнеров, которых сейчас Мирзиеев пытается всячески пригласить, чтобы они приходили, инвестировали, приносили деньги в этот новый Узбекистан. Однако Каримова остается символом бывшей эпохи, от которой нужно Мерзиееву как-то отрекаться.

Моя основная мысль заключается в том, что сегодняшняя откровенность прокуратуры половинчатая. Потому что, во-первых, суд не был открытым. Во-вторых, непонятно, были ли вообще у нее адвокаты по всем этим многочисленным обвинениям. И почему осуждение именно такое, такой приговор? Почему и как она могла в течение 11 лет быть одним из активных участников преступной группы, в течение 11 лет ворочать такими миллиардными суммами — без опоры на государственные организации, министров, чиновников и так далее?

У нас нет пока заявлений от прокуратуры о том, что в связи с расследованием уголовных дел в отношении Гульнары были арестованы или обвинены какие-нибудь — хоть один — государственные министры, или вице-премьеры, или чиновники меньшего ранга. Гульнара была просто винтиком в этой системе коррупции, в этой модели управления. Она была всего лишь участником, но не организатором этой коррупционной модели.

— Получается, что сегодняшнее заявление прокуратуры можно считать частью показательного, публичного процесса?

 — Пока никакой публичности нет. Идет демонстрация того, что они хотят теперь все-таки рассказать правду об этом деле — «деле Гульнары Каримовой». Но если они говорят «А», то нужно говорить и «Б». Нужно отвечать на все вопросы, которые я озвучил. Хотя их, конечно, гораздо больше. Очень любопытно, что будет: выйдет ли Гульнара через год из-под этого приговора, из-под этого домашнего ареста, или ее изолируют еще на долгие-долгие годы и дальше.

Мне очень печально будет, если Мирзиеев (это, конечно, его решение было, а не прокуратур) озвучить этот приговор, повесит все грехи прошлого Узбекистана на одну Гульнару, и при этом не будет реформирована вся система государственного управления, благодаря которой такие преступники, как Гульнара, могли появляться.

— Какой Гульнара Каримова предстает сейчас в медийной сфере, в общественном мнении Узбекистана? Как о ней отзывались все то время, что она находилась под домашним арестом?

 — На самом деле никакой медийной сферы вообще в Узбекистане до последних месяцев не было. Сегодня, когда у нас новый президент и у него новая риторика, то и газеты, и веб-сайты начали писать, преимущественно открыто, о разных проблемах. Но имя Гульнары до сегодняшнего дня не упоминалось никогда в узбекской прессе, на телевидении или на радио. Это была запретная тема, о ней нельзя было говорить. Теперь очень интересно посмотреть, возникнет ли какой-то общественный дискурс на эту тему или нет. Но пока ничего не было. Вообще, многие о ней забыли изрядно. Кроме группы ее поклонников, которые выступают на Facebook, в Twitter, Instagram, но это несколько сотен активистов, которые о ней постоянно пишут. Это не общественное мнение, это просто такая группа.

— Какие последствия могут быть у этого процесса, и чем он может обернуться как для самой Каримовой, так и для страны в целом?

 — Вариантов два. Либо эти заявления и новости будут дозированными и не до конца откровенными, и будут призваны просто попытаться улучшить, изменить узбекский имидж: «Да, вот, мы расследуем дело, все это публично». Но если не будет настоящей публичности и открытости, то все останется как раньше.

До тех пор, пока Гульнара не станет давать публичных показаний на открытом процессе, будет возникать очень много вопросов — по одной причине: она не одна. Она всего лишь звено и часть грандиозной системы государственной коррупции Узбекистана. И если ей дадут возможность выступить на публичном процессе, то она потянет, несомненно, большое количество людей из государственного управления, многие из которых до сих пор находятся во власти. Да и сам президент был 12 лет главой правительства при бывшем президенте Исламе Каримове. Он не мог не знать о том, что она делала.

Не мог не знать обо всех этих экспортно-импортных операциях через узбекские банки на миллиарды долларов. Не мог об этом не знать и бывший вице-премьер Рустам Азимов, который был руководителем всей финансовой отрасли Узбекистана (ныне возглавляет Национальную компанию экспортно-импортного страхования «Узбекинвест», — «Росбалт»).

Я бы очень хотел, чтобы это расследование было публичным, чтобы был открытый суд, и она рассказала бы обо всех людях, которые помогали ей в этих преступных замыслах. Но вряд ли это произойдет, очень мало надежд. Поэтому, полагаю, будет декорация законности, открытости в отношении ее дела. И если прокуратура будет давать, как и раньше выпуская раз в 3-4 года маленький релиз, тогда толку никакого от этого не будет.

— Выходит, сегодняшнее решение властей было исключительно репутационным, учитывая, что, по вашим словам, информация дается дозированно, а гласность на самом деле не соблюдается?

 — В релизе прокуратуры очень много правды, многие вещи там названы своими именами. Но главной целью этого релиза является изменение репутации Узбекистана и изменение (в лучшем, более выгодном направлении) репутации самого президента, который ведет переговоры с Минюстом США о деньгах, принадлежащих Гульнаре Каримовой, которые были арестованы на счетах европейских банков.

Переговоры ведутся о том, чтобы как-то эти деньги вернуть в Узбекистан. Это очень давняя история, решения по ней откладываются постоянно. Это тоже своего рода репутация: если Узбекистан признает, что это было воровство Гульнары, что она осуждена, если она признает это публично и открыто, то американцы, возможно, вернут эти деньги.

Но даже не в этом самый главный вопрос. А в том, что в Узбекистан мог бы и хотел бы прийти иностранный инвестор. Этого очень хочется Мирзиееву, но при той репутации, которая была во время Ислама Каримова, и этих преступлениях Гульнары, все очень сложно. Гульнара же в основном обманула иностранных инвесторов. Компании, которые платили много миллионов долларов, и в итоге ушли из Узбекистана из-за своих репутационных рисков. Как теперь вернуть большого иностранного инвестора? Нужно признаваться: «Да, мы были не правы, виновные наказаны». Но будут ли наказаны все виновные, не только одна Гульнара Каримова  — в этом вопрос.

Беседовал Денис Гольдман


Ранее на тему Сын Гульнары Каримовой заявил о ее невиновности

СМИ: Гульнара Каримова может находиться в СИЗО Службы национальной безопасности Узбекистана

Адвокат Гульнары Каримовой подтвердил, что она находится в тюрьме