Мадуро стал «братом-2»

В Минск прибыл президент Венесуэлы, задача которого — попытаться реанимировать некогда блестящие экономические отношения двух стран. Лукашенко вряд ли станет возражать.


Латиноамериканский лидер предложил белорусам «план экономики постнефтяного периода». © Фото с сайта president.gov.by

В Минске главу Венесуэлы Николаса Мадуро встречали как хорошего друга — но все же не с той помпезностью, с какой ранее принимали его предшественника, команданте Уго Чавеса. Тем не менее, в белорусской столице президент Венесуэлы провел весьма насыщенные переговоры с Александром Лукашенко во Дворце Независимости и открыл памятник национальному герою Венесуэлы Симону Боливару.

Главы государств сначала встретились в формате «один на один», а затем в расширенном составе с участием членов делегаций. И тут, надо признать, Николас Мадуро нашел, чем удивить. Он предложил Белоруссии поучаствовать в реализации плана развития экономики постнефтяного периода. «Мы прошли времена брутальных баталий, но укрепились в них на всех фронтах и сейчас находимся на этапе восстановления, который тоже очень сложен. В экономическом плане мы предпринимаем новые шаги. Мы назвали это программой боливарианского развития — так называя экономика постнефтяного периода. Мы должны развивать те сокровища, которыми обладает наша страна, и в рамках этой работы назначить конкретные направления нашей совместной деятельности — Беларуси и Венесуэлы», — сказал он.

В свою очередь Лукашенко заявил, что недоволен реализацией совместных проектов в Венесуэле. «В последние годы из-за сложной ситуации в мире темпы реализации совместных проектов снизились. Нас не удовлетворяет это — ни белорусов, ни венесуэльцев. Ситуацию надо поправлять», — подчеркнул он.

Белорусский президент напомнил, что в свое время Венесуэла подставило плечо Беларуси в критический момент. «Мы это не забыли. Поэтому давайте вместе сегодня подумаем, как быстро решить те проблемы, которые есть в Венесуэле, — предложил Александр Лукашенко. — За пять лет мы эти проблемы в основном решим. Да, в Венесуэле сейчас непросто. Но у нас было сложнее, мы также делили по талонам продукты питания после распада Советского Союза. Мы напряглись и поставили перед собой цель — за 8-10 лет не только накормить свой народ, но и выйти на экспорт продовольствия. И мы эту проблему решили. Венесуэла при железной воле власти и дисциплине эту проблему решит за пять лет».

В ноябре Беларусь и Венесуэла проведут в Минске заседание совместной комиссии, на котором разработают дорожную карту совместной деятельности и участие белорусской стороны в развитии строительства, сельского хозяйства, машиностроения, нефтегазовой промышленности Венесуэлы.

Напоследок Александр Лукашенко заявил, что готов совершить визит в Венесуэлу, чтобы придать дополнительный импульс развитию двустороннего сотрудничества.

Проездом из Москвы в Анкару

Накануне в Москве прошли переговоры Николаса Мадуро с Владимиром Путиным — на полях «Российской энергетической недели». Нефть всегда была главным богатством Венесуэлы — это одна из крупнейших в мире держав по запасам углеводородного сырья, где литр бензина, несмотря на недавнее повышение отпускной цены, стоит дешевле бутылки минеральной воды. Но при этом из-за экономического кризиса в стране — острый дефицит топлива.

Вполне вероятно, что в Москве Николас Мадуро смог получить какие-то гарантии или обещания помощи своему главному латиноамериканскому союзнику. И в самом деле, накануне визита Мадуро министр финансов РФ Антон Силуанов заявил, что вопрос реструктуризации долга Каракаса перед Москвой будет лишен до конца этого года. Речь идет о $2,8 млрд. Также в августе «Роснефть» внесла венесуэльскому концерну PDVSA предоплату за нефтяные поставки в размере $6 млрд. И возможно, нынешнюю встречу Мадуро с Лукашенко стоит рассматривать в контексте не только отношений белорусско-венесуэльских отношений, но и отношений Москвы и Каракаса.

«Я не исключаю, что на самом деле тут главную роль играют вовсе не интересы президентов Беларуси и Венесуэлы. Все равно Николас Мадуро и Александр Лукашенко не могут сейчас дать друг другу ничего, кроме сомнительного пиара, — сказала „Росбалту“ белорусский политик, глава гражданской кампании „Наш Дом“ Ольга Карач. — Другое дело, что руководство России через Беларусь, как через посредника, может проводить какие-то операции с Венесуэлой, которые не хотелось бы проводить напрямую от имени Кремля. А особые отношения Лукашенко с Каракасом хорошо известны, они всегда были демонстративными, буквально выпячивались. И новые сделки никого не удивят».

История демонстративной дружбы

Неделю назад временный поверенный в делах Белоруссии в Венесуэле Владимир Грушевич встретился с министром базовой стратегической социалистической промышленности этой страны Хуаном Ариасом. Стороны обсудили «ряд актуальных вопросов двустороннего сотрудничества в промышленной сфере», сообщила пресс-служба белорусского МИД.

Однако к «золотым временам» двусторонних отношений вернуться будет явно непросто. Белоруссия и Венесуэла установили дипотношения только в феврале 1997 года. А реальное сближение почти через десять лет, в 2006-м, когда Уго Чавес впервые приехал в Минск. Команданте сразу нашел общий язык с Александром Лукашенко — они оба одинаково понимали социализм, одинаково ненавидели Запад в целом и США — в частности. Далее Уго Чавес посещал Белоруссию еще четыре года подряд, а Александр Лукашенко приезжал в Каракас трижды: в 2001, 2010 и 2012 годах. Ни с одним государством (кроме России) диалог на высшем уровне не развивался настолько быстро. К тому же Чавес выказывал большее уважение к Лукашенко, нежели кремлевское руководство.

Экономика не отставала. Двусторонний товарооборот, равный в 2006-м всего $6 млн, за следующие четыре года достиг полутора миллиардов долларов. Правда, отрицательное сальдо Беларуси при этом составило 1,2 млрд долларов.

В Венесуэле Белоруссия запустила несколько крупных проектов. В 2007 году белорусские предприятия были допущены к разработкам нефти в штате Ансоатеги на блоке Хунин и месторождении Лаго-Медио. К началу 2012-го белорусско-венесуэльское совместное предприятие разрабатывало семь месторождений нефти и шесть — газа. В 2012 году было добыло 1,1 млн т нефти и 790 млн куб. м газа.

Допуск к разработкам нефти и газа венесуэльская сторона увязала с привлечением белорусов к созданию ряда СП и сборочных производств на своей территории. В 2011 году в Венесуэле завершилось строительство завода по производству грузовиков МАЗ. Белорусы также обязались построить завод по производству тракторов, техцентр по ремонту и обслуживанию дорожно-строительной, коммунальной и сельскохозяйственной техники, жилье для венесуэльских военнослужащих и ряд других объектов.

Также белорусы построили в Венесуэле несколько заводов по производству керамических блоков, дорожной техники, крупнейший в Латинской Америке кирпичный завод. Сдали под заселение 4 тысячи квартир. Совместное предприятие «Петролера БелоВенесолана» за все время добыло около 5,5 млн тонн нефти, более 750 млн кубометров газа.

С января по май 2012 года Беларусь ежемесячно импортировала по 160 тыс. тонн венесуэльской нефти — это был период очередной «нефтяной войны» с Россией. Тогда, правда, применялась трехстороння схема с участием Азербайджана. То есть непосредственно на белорусские НПЗ поступала азербайджанская нефть, а венесуэльская — продавалась на мировых рынках в зачет за поставки Минску из Баку.

Потерять все

За время своего правления Уго Чавес успел побывать в Белоруссии пять раз. В кризисном 2009 году, в ходе очередного обострения отношений с Россией, он протянул Лукашенко руку помощи в виде госкредита на полмиллиарда долларов.

Александр Лукашенко не зря называл Уго Чавеса «другом и братом». Но за первый же год после его смерти Белоруссия и Венесуэла потеряли 85% товарооборота. В условиях нарастающего гражданского конфликта в латиноамериканской республике местные власти просто не стали исполнять многие политически мотивированные соглашения, заключенные правительством Чавеса. А затем экономический кризис накрыл Белоруссию, обвалив внешнюю торговлю как по экспорту, так и по импорту. Но белорусские власти по-прежнему рассматривали эту далекую латиноамериканскую страну в качестве одного из приоритетных направлений внешней политики.

Однако начало правления Мадуро совпало с резким падением цен на нефть, что привело к значительному снижению доходов бюджета. Как следствие, в 2014 году товарооборот между странами рухнул до $83,3 млн. И это несмотря на то, что белорусы продолжали строить в Венесуэле жилье и добывать нефть. Дальше — больше: в 2015-м товарооборот Венесуэлы с Белоруссией упал до $30 млн, а затем эта страна вообще «пропала» из сводок Белстата.

За весь 2016 год Белоруссия продала в Венесуэлу товаров всего на $2 млн, включая аж четыре электрических аккумулятора, а купила у Венесуэлы товаров на… $2,5 тысячи.

Надо понимать и то, что политическое положение Николаса Мадуро в его собственной стране сейчас очень шаткое. Венесуэльская оппозиция всерьез намерена получить высшую власть в стране. Сомнительно, что в случае прихода к власти оппоненты Мадуро сохранят с Минском прежние отношения.

«Противовоздушное» братство

Между тем, еще в 2013 году приход к власти идеологического преемника Уго Чавеса воспринимался как гарантия завершения проекта по созданию Единой системы ПВО Венесуэлы, в котором деятельно участвовали предприятия ВПК Белоруссии и России. Еще во время церемонии прощания с команданте Чавесом Николас Мадуро пообещал главе Белоруссии продолжить совместные проекты по экономическому и военному сотрудничеству.

Это сотрудничество и не прерывалось. Уго Чавес умер 5 марта 2013 года, а 3 апреля в порт Пуэрто-Кабельо судном Socol-6 были доставлены первые зенитные управляемые ракеты (ЗУР) комплексов зенитно-ракетной системы (ЗРС) дальнего действия 9К81МЭ С-300ВМ «Антей-2500».

5 апреля в Пуэрто-Кабельо пришвартовалось еще одно грузовое судно — Saffet Bey, доставившее из России самоходные пусковые установки (СПУ) 9A83M и 9A84M на гусеничных шасси для двух дивизионов ЗРС 9К81МЭ С-300ВМ. Эти ЗРС были заказаны Каракасом в рамках соглашения с Москвой в 2009 году. На борту Saffet Bey прибыли и первые ЗУР 9М317Э для трех дивизионов ЗРС средней дальности 9К317М2Э «Бук-М2Э», приобретенные Венесуэлой в соответствии с тем же соглашением от 2009 года.

«Все эти СПУ будут смонтированы на колесных (6×6) шасси производства Минского завода колесных тягачей МЗКТ-69221. Таким образом, Венесуэла станет первым получателем российских систем „Бук-М2Э“ на колесной, а не традиционной базе», — писал в издании Naviny.by белорусский военный эксперт Александр Алесин.

Также, по его информации, в рамках пакета контрактов, заключенного с ФГУП «Рособоронэкспорт» в сентябре 2009-го, Венесуэла кроме двух дивизионов ЗРС С-300В и трех дивизионов ЗРС «Бук-М2Э» заказала также 11 дивизионов ЗРК «Печора-2М», на шасси Минского завода колесных тягачей МЗКТ-8021/8022. Ряд элементов этих комплексов также разработан и изготовлен белорусскими предприятиями. Именно ЗРК «Печора-2М» должны были стать основным огневым средством Объединенного командования воздушно-космической обороны Венесуэлы (Comando Areo de Defensa Aeroespacial Integral — CADAI) Стратегического оперативного командования (Comando Estratigo Operacional — CEO) Национальных вооруженных сил.

И вот что тут примечательно: по договору координатор работ по созданию единой системы ПВО Венесуэлы — это Республика Беларусь. То есть Уго Чавес опасался попасть в оборонной сфере в зависимость не только от США и других стран Запада, но и от России. Поэтому и подписал 8 декабря 2007 года в ходе визита Александра Лукашенко соглашение, по которому Белоруссия, выступая в роли интегратора, обязалась помочь Венесуэле в создании единой системы ПВО и национальной системы радиоэлектронной борьбы. В основу системы лег научный проект, подготовленный совместной белорусско-венесуэльской комиссией.

Он предусматривал множество военных заказов как для белорусских предприятий, так и для соисполнителей — российских, китайских и иранских компаний.

«Система ПВО Венесуэлы должна быть комплексной (эшелонированной по дальностям и высотам) и интегрированной, объединяющей под единым управлением средства радиолокации, радиоэлектронной борьбы и противодействия высокоточному оружию, а также ЗРС и комплексы дальнего (С-300В), среднего („Бук-М2Э“ и „Печора-2М“) и ближнего радиуса действия („Игла-С“), — пишет Александр Алесин. — Здесь важно, что большинство перечисленных компонентов такой ПВО разрабатывается и производится предприятиями ВПК Беларуси. Прежде всего, речь идет о современных автоматизированных системах управления, средствах радиолокации, радиоэлектронной борьбы и разведки».

Понятно, что в этой ситуации сотрудничество с Венесуэлой еще несколько лет назад было крайне выгодно белорусской промышленности. И теперь в Минске просчитывают, как можно было бы вернуть прежний уровень «венесуэльских» доходов — даже на фоне сильного экономического и политического кризиса в стране.

Денис Лавникевич, Минск

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Столицы Венесуэлы и Ирана вошли в десятку самых опасных городов

Правительство РФ выделило 9,9 млрд рублей на строительство и ремонт дорог

Лукашенко заявил о готовности помогать Венесуэле «как самому близкому другу»