Колея в обход России

Азербайджан, Грузия и Турция, «не спросив разрешения» у РФ, открывают железную дорогу на Китай и Европу. Что при этом выигрывают и что могут потерять участники проекта?


На почтовом блоке в Азербайджане БТК появилась еще пять лет назад. © СС0 Public Domain

Свершилось: после десятилетнего долгостроя Азербайджан, Грузия и Турция сдают в эксплуатацию железную дорогу Баку-Тбилиси-Карс (БТК) с выходом на Юго-Восточную Азию и Европу. Магистраль протестирована, и ее официальное открытие состоится в Баку 30 октября с участием глав трех государств.

Общая протяженность БТК — 826 километров. На первом этапе ее пропускная способность рассчитана на 1 миллион пассажиров и 6,5 миллиона тонн грузов в год. Планируется, что позже объем перевозок возрастет до 17 миллионов тонн и двух миллионов человек.

Тридцать специальных поездов уже заказаны. В них предусмотрены спальные места, VIP-вагоны и сопутствующая им инфраструктура. Время в пути из Баку до турецкого Карса  составит порядка 16-17 часов. Далее дорога протянется до Стамбула, Анкары, пройдет через Европу до Ла-Манша и Лондона. Все страны-участницы этого проекта возлагают большие надежды на привлечение грузопотоков из государств Центральной Азии и Китая — посредством Каспийского моря. Инициаторы ее строительства утверждают, что транспортировка грузов по БТК будет гораздо более быстрой и дешевой, нежели транзитом через Россию.

В общем, понятно, что дорога построена в обход РФ и рассматривается как альтернатива Транссибу. Отметим, что с открытием БТК Азербайджан станет еще более значительным государством в регионе: благодаря географическому расположению и солидным углеводородным запасам, его транзитные возможности умножаются на энергетические. Речь, в частности, идет об имеющихся и расширяющихся нефте- и газопроводах в Турцию с выходом на Европу, проекте строительства железнодорожной ветки, которая пройдет и через Россию до Финского залива. Есть у Баку и другие логистические проекты. Словом, планов у Азербайджана громадье, и он не скрывает, что позиционирует себя не только в качестве страны, добывающей и экспортирующей нефть и газ, но и хаба, соединяющего Восток с Западом и Север с Югом.

Все страны-участницы БТК утверждают, что проект этот не является политическим и носит исключительно экономическую «нагрузку». Но так ли это на самом деле, да и правильно ли рассматривать то или иное масштабное и затратное начинание, особенно в транспортной сфере, исключительно с коммерческой точки зрения? Скорее всего, БТК был задуман, в первую очередь, как проект, обособляющий регион от российской зависимости и цементирующий основу стратегического сотрудничества Баку, Тбилиси и Анкары.

Это вовсе не означает, что БТК служит военным целям — имея в виду армяно-азербайджанский конфликт и азербайджано-турецкие союзнические отношения. Аксиоматично, однако, что в любом регионе, а в конфликтном — тем более, транспортные коммуникации играют огромную роль. Этого опасается, в частности, Армения, в проект не принятая. Как заявляют в Баку, Армения сможет воспользоваться возможностями региональной интеграции только в том случае, если она выведет свои войска с оккупированных азербайджанских территорий. А поскольку по БТК Турция вряд ли станет перебрасывать войска и военную технику в Азербайджан для помощи ему в силовом решении карабахского конфликта, от существования новой железной дороги армяне ничего не теряют и не приобретают.

То есть сохраняется имеющееся статус-кво — Армения по-прежнему находится в транспортной блокаде, и оно не изменится до тех пор, пока конфликт не будет урегулирован. Вот тогда Ереван сможет присоединиться не только к БТК, но и задуматься над восстановлением железнодорожного сообщения с Турцией, прерванного по инициативе Анкары в поддержку Азербайджана в его конфликте с Арменией. Но будет ли к тому времени эта дорога актуальной для Анкары и приемлемой для Москвы? 

Пока же Ереван может только мечтать о строительстве железнодорожной магистрали до Ирана, но против этого выступает Россия, которой фактически принадлежит армянская железная дорога. Строго говоря, строительство магистрали Армения — Иран не представляет серьезного коммерческого интереса. Но, возможно, после задействования БТК Россия задумается над воплощением армянской мечты, которая уже будет иметь политическую «стоимость» — в качестве ответа на транспортный (или все же военный?) вызов «стратегического треугольника» Баку-Тбилиси-Анкара.

Но вернемся к собственно участникам амбициозного проекта. В настоящее время трудно ожидать, что дорога будет загружена хотя бы наполовину. Максимум, на что можно сейчас рассчитывать — это на транспортировку по БТК азербайджанской нефти и другой продукции республики на рынки Европы и Турции, а также на кое-какие казахстанские грузы. Кстати, первый состав, который пойдет через БТК, состоит из 82 контейнеров, и отправляется он из Казахстана в турецкий Мерсин.

«Первую ласточку» можно считать локально-региональной, и если в логистике не произойдет революции, рентабельной БТК вряд ли станет, поскольку китайские грузы традиционно следуют в Европу через Россию, и вопрос их переориентации легким не представляется. По свидетельству некоторых экспертов, «утверждение» нового маршрута от Пекина до Европы через Кавказ находится в компетенции ЦК Компартии Китая, но вряд ли он обернется спиной к Москве в угоду Баку, Тбилиси и Анкаре.

В настоящее время китайские грузы идут преимущественно через Казахстан и Россию с выходом на Польшу и Германию. Что же касается государств Центральной Азии, то заинтересованность в БТК у них должна быть, но вопрос упирается в гарантированные контракты, причем масштабные и долгосрочные. Ну и большое значение имеет реверсивность грузопотока. На российском направлении она есть, и составы из Китая и обратно идут с грузом. То есть логистические компании, работающие на российском транзите, имеют серьезные многолетние наработки, и чтобы достичь хотя бы половины их уровня, компаниям, работающим на БТК, потребуется не один год.

В общем, даже если дорога будет чаще простаивать, чем работать, от этого не сильно пострадают Азербайджан и Турция — они гораздо богаче Грузии, и строительство магистрали не было для них особенно обременительным с финансовой точки зрения. А вот Грузии пришлось строить ее на кредит, выделенный ей Азербайджаном в размере 775 миллионов долларов сроком на 25 лет. Это большие деньги для бедной страны, и утверждения, что она легко их отдаст за счет поступлений от транзита, вряд ли имеют под собой твердую почву. Но при всей зыбкости надежд на доход от дороги и долговое бремя, Грузия утвердила себя в качестве транзитной страны — части соответствующей функции она лишилась с началом войны с Абхазией, по территории которой проходит железная дорога, связывающая страну и соседнюю Армению с Россией и далее с Европой.

Дорога эта давно закрыта, и периодически, по инициативе Армении, для которой путь через абхазский участок в Россию является едва ли не «дорогой жизни», возобновляются разговоры о ее восстановлении. Подавляющее большинство грузинских политиков и экспертов выступило категорически против возвращения к сквозному сообщению, считая, что партнерство с отколовшейся Абхазией равносильно признанию ее суверенитета и испорченным отношениям с Азербайджаном.  

Кроме того, совместные с Россией инфраструктурные проекты многими в Грузии воспринимаются как зависимость от «империи», поэтому предпочтение отдается всему, что происходит в обход РФ. Правда, когда премьер-министром Грузии ненадолго стал олигарх Бидзина Иванишвили, разговоры о восстановлении абхазского участка оживились, но дальше вербального уровня дело не пошло. И теперь Грузия имеет новую железную дорогу, которая с большой долей вероятности оттянет грузы от ее же портов Поти и Батуми.

Но можно ли буквально говорить о том, что у Грузии есть БТК? Эксклюзивно управлять своим участком дороги она не будет — вероятно, оттого, что строила ее не на собственные средства. Кроме того, тарифную политику, как утверждают многие эксперты, будет определять Азербайджан. Последний, напомним, запретил Армении перевозить по БТК свои грузы, что, во-первых, вносит политический диссонанс в отношения между Ереваном и Тбилиси, во-вторых, лишает Грузию поступлений от транзитных перевозок соседней страны. Если для Азербайджана это пустяковая сумма, для Грузии она кое-что значит.

Азербайджанская пресса распространила сообщение со ссылкой на отчет рейтингового агентства Standard & Poorʼs, в соответствии с которым «Грузинские железные дороги» создают совместное предприятие с ЗАО «Азербайджанские железные дороги», и оно станет оператором грузинской части БТК. Агентство пересмотрело прогноз по рейтингам национального оператора сети железных дорог Грузии со «стабильного» на «негативный», в то же время подтвердив долгосрочный и краткосрочный рейтинги компании на уровне В+/В.

По мнению S&P, в ближайшее время по данному участку железной дороги будет транспортироваться лишь небольшой объем грузов, что ограничит влияние данного фактора на результаты деятельности «Грузинских железных дорог». «Мы не ожидаем, что ГЖД будет собственником инфраструктуры или будет иметь какое-либо отношение к предоставленному кредиту. Вместе с тем группа создает совместное предприятие с ЗАО „Азербайджанские железные дороги“, которое будет оператором грузинской части железной дороги», — отмечают эксперты S&P.

Отметим также, что в результате строительства БТК в армянском анклаве Грузии — регионе Самцхе-Джавахети — существует недовольство местных жителей, которое на официальном уровне умалчивается. Как говорят местные армяне, никто из них (по национальному признаку) не был занят на строительстве новой магистрали, и вряд ли им позволят обслуживать ее инфраструктуру. Местные также утверждают, что  не все крестьяне получили компенсацию за свои земельные участки, по которым проложена дорога. Более того, она блокировала выходы скота на пастбища. Это довольно неприятные моменты в регионе, граничащим с Турцией,  считающимся «потенциально сепаратистским» и «управляемым Россией».

Словом, можно считать, что с открытием БТК зависимость Грузии от Азербайджана сильно возрастает. Кстати, основной объем природного газа Грузия получает из того же Азербайджана, и последней ревностно следит за тем, чтобы грузины не воспользовались возможностями альтернативных поставок топлива. Таким образом, Тбилиси вряд ли существенно выиграл от строительства БТК, если не считать «имиджевой победы» сомнительного свойства. А состоит она, главным образом, в том, что Грузия, вместе с другой бывшей советской республикой, что-то сделала «в обход Москвы».

Но, заметим, постсоветский Азербайджан и раньше осуществлял проекты, не вызывающие восторга у России (строительство экспортных нефте —и газопроводов), и до обвала цен на нефть успел заработать на этом приличные деньги. При этом Азербайджан сохранил прекрасные отношения с РФ, и продолжает сотрудничать с ней, в том числе, в нефтегазовом бизнесе.

Другое дело Грузия. Желая инфраструктурно оторваться от России, она до недавнего времени сильно страдала от закрытия границы с РФ в Верхнем Ларсе и от эмбарго на ввоз своей продукции на российскую территорию. Сейчас дорога для грузинских грузов и экспорта открыта, и Россия стала вторым, по товарообороту, внешнеторговым партнером Грузии. Многие предприниматели с облегчением вздохнули, а казна получила дополнительные поступления. Все это означает, что БТК для Грузии — политический жест, демонстрация независимости на уровне «железнодорожных шпал».  Но, как известно, чем больше у страны дорог во внешний мир, тем выше качество ее суверенитета и возможности выбора экспортно-импортного и иного партнера. К примеру, согласись Грузия на открытие дороги через Абхазию, от нее, в определенной степени, зависели бы и Москва, и Сухум, и в очень большой степени — Ереван.

С другой стороны, когда-нибудь БТК имеет шансы на удовлетворительный грузопоток, что немаловажно в условиях деиндустриализации стран, наступившей с распадом СССР.  Но за транзит грузов, особенно китайских, придется побороться. Борьба эта будет долгой, изнурительной, и не факт, что результативной. Если абстрагироваться от фанфар, сопровождающих БТК как «проект века», уже сейчас можно говорить о его реальных возможностях на среднесрочную перспективу. В частности: на карте мировой логистики появится новая железная дорога, являющаяся одним из звеньев маршрута Европа — Азия. Это уже плюс. Если к дороге удастся привлечь грузы из Центральной Азии, ее существование нельзя будет считать бесперспективным, но и рентабельным в ближайшее время — тоже.

Также дорога выигрышна с точки зрения экономического и политического взаимодействия союзников — Турции и Азербайджана, и демонстрации Армении, что она является «аутсайдером» в регионе, несмотря на ее стратегическое партнерство с Россией в отсутствии общей границы. Теоретически магистраль сгодится и как средство военного устрашения Армении. Для Грузии же она еще надолго останется имиджевой колеей, за которую она заплатит непомерную высокую для себя цену.

Что касается России, БТК может стать для нее некоторым раздражителем — как для «хозяина в доме», у которого не испросили разрешения на «переделки». Реально же, если отбросить амбиции, от БТК России должно быть ни жарко, ни холодно. Но это только при условии, если она не расслабится и не станет халатно относиться к «гонке логистики».

Ирина Джорбенадзе
 

 


Ранее на тему Минобороны РФ рассекретило документы о помощи СССР Польше в 1945 году

Путин: РФ готова поставлять газ на север Ирана через Азербайджан

Два президента и три премьера открыли в Баку железнодорожный маршрут БТК