Иранцев выручат «летучие голландцы»

У Тегерана есть «серые» и «черные» каналы, с помощью которых он попытается смягчить новые американские санкции, отмечает востоковед Владимир Сажин.


Вашингтон пытается принудить весь мир разорвать экономические связи с Ираном. © Фото ИА «Росбалт»

Президент Соединенных Штатов Дональд Трамп начал реализацию своей давней угрозы вновь вести экономические санкции в отношении Ирана. Эти меры, которые уже начали свое действие, американский лидер назвал «сильнейшими санкциями, которые когда-либо вводили США». Ограничения введены на продажу иранской нефти, банковский сектор Исламской республики и судоходство. По словам главы Госдепа Майка Помпео, санкции коснутся 700 иранских фирм и банков.

О том, какие последствия будут иметь столь мощное американское давление на Тегеран, обозревателю «Росбалта» рассказал старший научный сотрудник Института Востоковедения РАН РФ, эксперт по Ирану Владимир Сажин.

— Насколько, по вашему мнению, серьезны новые американские санкции для Ирана и как они скажутся на его экономике в ближайшее время?

 — Должен сказать, что санкции действительно серьезные. Если внимательно посмотреть, то это повторение тех ограничительных мер, которые были введены против Тегерана в 2012 году. Большая разница с нынешней ситуацией состоит в том, что тогда против Исламской республики выступил почти весь мир, не согласившийся с его ядерной программой. Причем тогда инициатором санкций был Евросоюз. Сейчас обстановка иная. Теперь санкции вводит американский президент, а весь мир как раз против.

Но повторю, новые санкции очень серьезные. Еще до ввода их в действие иранская экономика прочувствовала это — национальная валюта Исламской республики — риал — резко обесценилась. Если в начале текущего года один доллар на черном рынке стоил 38-39 тысяч риалов, то в начале ноября уже 140 тысяч риалов. Отсюда — инфляция, безработица и все, что с этим связано.

Сегодня Евросоюз предпринимает меры, чтобы смягчить эти санкции. Насколько это будет эффективно — трудно сказать. Американцы дали восьми странам, имеющим с Ираном особенно обширные экономические связи, небольшой льготный период — до марта 2019 года, чтобы они могли постепенно отказываться от иранской нефти.

— Речь, в данном случае, идет, в основном, о европейских государствах?

 — Не только. Это Китай, Индия, Южная Корея, Япония, Тайвань, Турция, Греция и Италия.

— Не кажется ли вам, что это довольно избирательный подход?

 — Нет, это те страны, которые больше всего потребляют иранскую нефть. Американцы просто понимают, что в один момент запретить им закупать нефть в Иране просто нереально, потому и дали этим государствам полугодовой временной зазор. В течение этого срока перечисленные страны должны постепенно снижать объемы закупок иранской нефти.

— Президент Ирана Хасан Роухани и другие лидеры этой страны уже пообещали обойти введенные санкции. Насколько это реально и станет ли это эффективной мерой для иранской экономики?

 — Посмотрим, но у Ирана есть опыт жизни под санкциями в 2012—2016 годах. Тогда Корпус стражей исламской революции (КСИР) — мощная не только военная, но и финансово-экономическая организация — создала определенные «серые» и «черные» каналы обхода санкций. В какой-то мере им это тогда удавалось. В частности, использовались (и сегодня уже вновь используются) такие вещи, как танкеры «летучие голландцы».

— Что это такое?

 — Это когда иранские танкеры (или зафрахтованные Ираном) выключают все свои электронные средства обнаружения для того, чтобы их невозможно было запеленговать, и идут в порты, неизвестные американцам, где продают нефть по значительно более низкой цене. Повторю, так иранцы действовали в 2012—2016 годах и действуют уже сейчас снова. У Ирана уже есть десять таких «летучих голландцев».

Так что возможности для обхода этих запретов есть, но нынешние ограничительные меры уж слишком сильны, чтобы на сто процентов гарантировать их смягчение. Они будут довольно сильно влиять на экономику Исламской республики.

— Как отреагирует ЕС на введение американских санкций против Ирана? Присоединятся ли европейские компании к ним или тоже будут пытаться обходить их?

 — Евросоюз в политическом и дипломатическом плане выступает резко против нынешних санкций в отношении Ирана. Но политика политикой, а бизнес — есть бизнес. Когда американцы говорят представителям любой компании: либо вы имеете возможность торговать на американском рынке и по всему миру, либо вы работаете только в Иране, то, конечно, все выбирают первый вариант.

Показателем действенности такой политики является ситуация с российскими компаниями — «Лукойлом» и «Зарубежнефтью», которые уже ушли из Ирана. Бизнес выбирает то, что ему выгодно, наиболее оптимальный для себя вариант.

— Иначе говоря, можно прогнозировать, что европейские компании, несмотря на свою заинтересованность в сделках с Ираном, поддержат американские санкции?

 — Еще до введения американских ограничительных мер сто крупных европейских и мировых компаний ушли из этой страны.

— На ваш взгляд, что теперь ожидать от Ирана? Уйдет ли он в еще больший изоляционизм или станет искать более тесного сближения с Россией или Китаем?

 — Конечно, в этих условиях Тегеран ищет партнеров, которые понимают его проблемы. Да, вы правильно назвали — Россия, Китай, да и Европейский Союз готовы по возможности оказывать содействие Ирану. Получится это или нет, сейчас сказать сложно. Надо подождать полгода, чтобы увидеть, как пойдут все эти процессы (и не только в торговле нефтью) в отношении Исламской республики.

Беседовал Александр Желенин


Ранее на тему СМИ: Трамп раскритиковал Мэй из-за политики в отношении Ирана

Иран потребовал сокращения нефтедобычи для «равновесия» рынка

Иран пообещал покупателям нефти «тяжелое время» из-за санкций США