Как и зачем РФ «перекрыла» американцам туркменский газ

Россия практически «похоронила» лоббируемую США прокладку по дну моря Транскаспийского трубопровода. Не ущемила ли она интересы Азербайджана?


«Газпром», похоже, выигрывает битву за Туркмению. © СС0 Public Domain

Туркмения, занимающая четвертое место в мире по запасам природного газа, так и не смогла выгодно распорядиться своим богатством. В настоящее время она экспортирует газ только в Китай, но Ашхабад в создавшейся ситуации может пенять исключительно на себя. Восстановить адекватные запасам газа объемы добычи он не сумел, диверсифицировать экономику — тоже. Соответственно, страна впала в нужду, население испытывает острый дефицит продуктов питания, рабочих мест и денег. Впрочем, средства для реализации никому не нужных гигантских проектов по «украшательству» столицы у туркменского бюджета почти всегда находятся, а вот на социальные выплаты — нет. В этом углеводородном «Клондайке» власти даже отменили прежнюю практику почти бесплатного пользования населения газом, электроэнергией и водой.

Отчего такой резкий спад? Помимо того, что Туркмения живет практически только на доходы от продажи газа, и другие отрасли экономики здесь не развиваются, но и газ тоже вылетел в трубу. Ставка на его экспорт в Китай обернулась сплошными долговыми обязательствами: Пекин вложил десятки миллиардов долларов в разработку туркменских месторождений, создание соответствующей инфраструктуры, строительство газоперерабатывающих мощностей, однако в долг, так что Ашхабаду приходится с ним расплачиваться в условиях, когда цена на газ упала, а объемы его добычи сократились.

Газ у Туркмении прежде покупал и Иран, но вследствие ссоры Ашхабада с Тегераном последний от импорта отказался. Поссорилась Туркмения и с «Газпромом» — он тоже прекратил закупки. Времена и аппетиты, однако, меняются, и к «Газпрому» мы еще вернемся. Здесь же отметим, что Туркмения рассчитывала сбывать свой газ по трубопроводу TAPI — через Афганистан и Пакистан до Индии. Называлась и ориентировочная пропускная способность газопровода — 33 миллиарда кубометров в год. Но реализация проекта буксует. Препонов несколько: нестабильность в Афганистане, неопределенность с возможностями Туркмении заполнить трубу, а отсюда и сложности с инвесторами.

Но тут, после подписания Конвенции по разделу Каспия, замаячила перспектива строительства Транскаспийского газопровода из Туркмении по дну моря до Азербайджана, а оттуда газ по Южному газовому коридору должен через Грузию поступить в Турцию с выходом на государства Евросоюза. Последний этот проект очень даже приветствует, однако пока только на словах. Но особенно в его реализации заинтересованы США, желающие максимального вытеснения российского газа с европейского рынка.   

Недавно в своей поздравительной телеграмме президенту Туркмении Гурбангулы Бердымухамедову по случаю праздника Новруз президент США Дональд Трамп выразил надежду на то, что эта центрально-азиатская страна, в связи с определением правового статуса Каспийского моря, «сумеет воспользоваться новыми возможностями экспорта газа на Запад». Он также проинформировал, что власти и деловые круги США продолжают поиск новых возможностей для укрепления экономического сотрудничества с Туркменией.

По идее, лоббирование Трампом строительства Транскаспийского газопровода должно было дать некоторый импульс инвесторам соответствующего проекта. Но Москва не была бы Москвой, если бы не просчитала, какой аппетит разовьется у американцев после подписания Конвенции по морю, которая вроде дает право Туркмении, с согласия Азербайджана, строить подводный трубопровод, а вроде и не дает. Вопрос этот, при ближайшем рассмотрении, остается спорным, тем более что против прокладки трубы по дну Каспия выступает не только Россия, но и Иран.

В общем, «Газпром», забыв свои «обиды» на Туркмению, спохватился еще в прошлом году, а сегодня на Ашхабад началась настоящая атака, против которой, надо сказать, Бердымухамедов не возражает. Положение у него с экспортом газа безвыходное, и «Газпром» подвернулся весьма кстати.

Глава российского газового гиганта Алексей Миллер в конце марта уже в третий раз за последние несколько месяцев посетил Туркмению, встретился с Бердымухамедовым и обсудил с ним вопрос возобновления поставок туркменского газа в РФ. Об объемах экспорта  и о цене на газ молчат пока и Москва, и Ашхабад. В «лучшие времена» «Газпром» покупал у Туркмении до 40 млрд кубов в год, реэкспортируя его в Европу. Но сейчас о таких объемах импорта вряд ли стоит говорить, исходя из уровня добычи в Туркмении — почти все извлекаемые запасы экспортируются в Китай.

Также ничего неизвестно относительно того, станет ли «Газпром» участвовать в разработке одного из крупнейших туркменских месторождений. Но как бы то ни было, то, что «Газпром», так сказать, «встрял» в туркменский экспорт, гробит строительство Транскаспийского газопровода. Помимо отсутствия реальных инвесторов, налицо явный дефицит газа для его транспортировки по Южному газовому коридору. Кроме того, в имеющейся ситуации Туркмения вряд ли захочет и сможет идти против России и Ирана.

Но, помимо уже названных аспектов, существуют и другие, в частности, желательность для Азербайджана прокачки туркменского газа по своей территории для заполнения трубы Южного газового коридора. То есть для Азербайджана транзитная функция весьма актуальна. Между тем из Баку не слышно никаких возмущений по поводу грядущей сделки между «Газпромом» и Туркменией — он ведет себя крайне осторожно. Внешне это выглядит так: Азербайджан ничего не инициирует, но и от транзита не откажется. То есть он не идет наперекор ни одной стороне. Думается, в Баку понимают ненадежность Туркмении, сомнительность ее экспортных возможностей, отсутствие инвесторов строительства подводного газопровода, позиции России и Ирана. Ну и не дергаются прежде времени.

Но существует еще и вариант поставок туркменского сжиженного газа в Азербайджан с загрузкой его портовых и железнодорожных мощностей. Вариант этот должен быть выгоден Баку, поскольку, если Туркмения когда-нибудь сумеет увеличить добычу, получить добро на строительство подводного трубопровода, да еще и найдет инвесторов, она составит конкуренцию азербайджанскому газу. А сжиженный газ — конкурент слабый. Словом, положение у Туркмении весьма шаткое. Бердымухамедов пытается получить деньги на строительство TAPI даже в Японии и в Бахрейне, но пока из этой затеи ничего не выгорает, и реализация проекта на 8 миллиардов долларов откладывается уже не в первый раз. Так что «Газпром» для нее сейчас — спасательный круг, если Ашхабад сам его не проколет.

Тут может возникнуть вопрос: уж не порождает ли «Газпром», в лице Туркмении, конкурента самому себе на европейском рынке — хоть и на отдаленную перспективу.  Ответ на него, видимо, стоит искать, в первую очередь, в цене туркменского газа для Европы, которая, как минимум, на 25% будет выше цены российского газа, если он пройдет путь от Туркмении до Европы через Южный газовый коридор — расстояние-то очень велико. Оно, помимо «странностей» туркменской власти и сомнительности реальных объемов газа, тоже отпугивает европейских инвесторов.

Так что Трамп напрасно делает Бердымухамедову обнадеживающие намеки, лишь бы перекрыть путь российскому газу на европейские рынки. Разумеется, США могут ввести санкции против Ашхабада на почве его углеводородного сотрудничества с «Газпромом». Но они вряд ли пойдут на такой шаг, поскольку им, на перспективу, не с руки ссориться ни с одним государством Центральной Азии из-за претензии доминирующего влияния в этом регионе.

Выходит, «этот проклятый Газпром» снова выигрывает, портя Вашингтону возрастающий «аппетит». Впрочем, всамделишным он быть не может по сумме вышеуказанных причин. А вот вербальным — отчего же нет.

Ирина Джорбенадзе 


Ранее на тему «Газпром» существенно сократил экспорт газа в дальнее зарубежье

Строители «Турецкого потока» соединили морскую и прибрежную части

Туркмения снизила стоимость проекта газопровода ТАПИ на $3 млрд