Для кого в Абхазии решили вернуть смертную казнь

За распространение наркотиков в Апсны теперь могут применить даже «исключительную меру». Но заработает ли закон в условиях местных реалий?


Тем, кому «повезет», будут давать пожизненные сроки.

Президент частично признанной Абхазии Рауль Хаджимба еще в 2017 году заявил, что является сторонником пожизненного лишения свободы для наркодельцов. Тогда никто не обратил на это особого внимания, и незаконный оборот наркотиков в Абхазии продолжал цвести пышным цветом. Но, видимо, ситуация стала настолько критически не контролируемой, что в конце прошлой недели местный парламент в третьем, окончательном чтении утвердил внесение изменений в уголовный и уголовно-процессуальный кодексы, а также в кодекс о судопроизводстве по делам об административных правонарушениях. Суть их в следующем: за ввоз и вывоз из республики наркотических средств в особо крупных размерах предусмотрены штраф и высшая мера наказания — пожизненное лишение свободы, и «исключительная мера» — смертная казнь.

Отметим, что в настоящее время в Абхазии действует мораторий на смертную казнь, а в новом законе распространители наркотиков не подлежат помилованию. По словам инициатора законопроекта депутата Дмитрия Дбара, наркодилеры совершенно открыто выставляют в социальных сетях не только прейскуранты на наркотические средства, но и указывают места их приобретения. «Они должны сидеть пожизненно. У нас нет другого варианта спасения нации. Мы находимся у черты, потому что наркотики заполонили республику. … Закон вступит в силу с 1 января 2020 года,  и у людей есть время подумать, осознать, что они делают и что происходит в республике. И у силовых ведомств тоже будет достаточно времени, чтобы подготовиться к исполнению этого закона», — сказал депутат.

Его коллега по парламенту Батал Табагуа добавил, что, возможно, закон кому-то покажется очень жестким, но «люди должны призадуматься, что они могут получить пожизненный срок, и откупиться не получится. Либо мы плохо закончим, либо будем принимать экстренные меры».

В общем, законопроект был утвержден парламентом единогласно. За него проголосовал и экс-президент Абхазии Александр Анкваб, ныне — депутат. Оговорки с его стороны (в свое время он возглавлял МВД), однако, были.  «Кто знаком с криминологией, тот знает, что никогда и нигде ужесточение наказания не приводило к положительным результатам. Эта мера носит драконовский характер, но будем считать, что сутью ее является будущая профилактика столь тяжких преступлений. …  Нормы неприятные, но они необходимы в сегодняшней абхазской действительности», — сказал Анкваб.

А действительность в Абхазии такова: здесь правят политико-криминальные кланы, законы не работают, суды выносят приговоры под давлением и за мзду той или иной группы лиц. Показателен случай, имевший место в прошлом году, когда Сухумский городской суд вынес приговоры трем россиянам за незаконное приобретение, хранение наркотиков в особо крупном размере с целью сбыта. Двое обвиняемых получили 15 и 18 лет лишения свободы с выплатой больших штрафов, а третий — пожизненное заключение.

Но кассационная коллегия по уголовным делам Верховного суда изменила приговор последнему — он получил 15 лет отбывания в колонии и выплату штрафа в 250 тысяч рублей. Строго говоря, кассационная коллегия на то и существует, чтобы исправлять «огрехи» нижестоящей инстанции и «восстанавливать справедливость». Но прошлогоднее дело было настолько нашумевшим, имея в виду объемы «товара», предназначенного для реализации, что шокировало даже бывалых людей в правоохранительных органах.

Теперь же, говорит депутат парламента Валерий Агрба, смягчить наказание будет невозможно. Всем, однако, известно, что в Абхазии, помимо наркоторговли, процветает коррупция в самых разнообразных областях. Поэтому очень сомнительно, что ужесточение законодательства приведет к снижению уровня ввоза, вывоза и употребления наркотиков — просто несколько изменятся коррупционные схемы в таможенных, следственных и судебных органах. То есть ввезенные в Абхазию пять килограммов «наркоты» могут вдруг «растаять» до количества, предназначенного для «личного потребления». Так что дело тут не в степени жесткости законов, а в огромных масштабах коррупции, не дающим законам работать.  

Второй вопрос: почему в Абхазии так остро стоит проблема незаконного оборота и, соответственно, почти массового потребления «белой смерти», которая действительно быстро сживает со свету большое количество молодежи. «Страна души», как известно, находится вне международного правового поля в силу ее не признания международным сообществом. Такие территории всегда становятся «черными дырами» с разгулом криминалитета, местами беглых преступников всех мастей. Абхазия исключением не стала, несмотря на то, что ее единственным собственным доходом, не зависящим от вливаний из российского бюджета, является туризм. И он сильно обвалился из-за тяжелейшей криминогенной обстановки.

Та часть абхазской молодежи, которая отдает себе отчет в том, что «черная дыра» может их затянуть, а надо учиться и работать, республику покидает. Здесь нет ни работы, ни развлечений для не склонного к преступности молодежного сегмента. Часть оставшихся пытается как-то выжить, не мараясь контактами с преступным миром. Но огромное, по абхазским меркам, количество молодых людей просто бездельничает и фактически проводит свое время на улице. А уличная «романтика» захватывает. От нечего делать подростки пробуют наркотики, и через пару лет становятся закоренелыми наркоманами, то есть уже больными людьми. Но на «кайф» нужны деньги, и тогда они добываются любыми путями — преимущественно преступными. Приобрести наркотики в Абхазии не проблема. Откупиться от правоохранительных органов — тоже: «надо же им на что-то жить».

Так будет ли работать новый закон на практике? Не будет. До тех пор, пока молодежи и даже старшим нечем будет заняться, пока у них не появится стимул для профессионального развития, здорового образа жизни, карьерного (не преступного) роста. В общем, в Абхазии после войны с Грузией все перевернулось с ног на голову. Даже традиционное для абхазов отношение к семье и чадолюбие претерпело большие изменения. Одни уезжают из семей, другие ими не обзаводятся: либо их не на что содержать, либо эта сторона дела уже не интересна — «дурь» важнее. Соответственно, демографическая ситуация в республике ужасающая. Это при том, что большинство женщин в Стране души желало бы иметь не менее троих чад, а в нынешних условиях им трудно прокормить и дать образование даже одному. Но «независимому государству», каковым себя гордо именует Абхазия, нет до этого никакого дела. Зато оно ввело смертную казнь, которая на практике может оказаться «пшиком».

Еще вопрос: почему абхазские власти не обеспечивают полноценного лечения наркозависимых людей? Почему, при таком количестве наркоманов, проблема эта, как и демографическая, не возведена в ранг государственной важности? И вообще, что является для Абхазии государственным приоритетом? Только мнимая независимость, обеспечиваемая исключительно «политической волей» и военными базами России?

Словом, смертная казнь и пожизненное заключение никого в Абхазии не напугают — наркоторговцы всегда найдут здесь возможность уйти от адекватного наказания, да и вообще доказательства вины. А судя по тому, что, по данным ООН, производство и оборот практически всех известных в мире видов наркотических и новых психоактивных веществ возрастает, а смертность, в результате их потребления, уже достигла 500 тысяч человек в год, Абхазия будет «кайфовать» и дальше. Альтернатива на «государственном» уровне населению не предложена. Разве что уехать из этой «душевной» страны куда подальше.

Андрей Николаев


Ранее на тему В Подмосковье поймали наркоторговца с большим грузом

На побережье Черного моря нашли пакеты со 130 кг наркотиков

В Абхазии ввели смертную казнь