Харакири по-охотнорядски

Под давлением Кремля чиновно-политическая верхушка наносит по собственным жизненным интересам один удар за другим. Но никакой общественной пользы этот саморазгром не принесет.

Под давлением Кремля чиновно-политическая верхушка наносит по собственным жизненным интересам один удар за другим. Но никакой общественной пользы этот саморазгром не принесет.

История с готовящимся изгнанием из Госдумы Геннадия Гудкова куда значительнее, чем просто очередной акт высочайшей мести очередному оппозиционеру. Особенно если события будут развиваться по жесткому сценарию, то есть если Гудкова не просто лишат неприкосновенности, а разжалуют из депутатов в рядовые граждане безо всякого суда, перескакивая через все промежуточные этапы.

Сделать это можно только более или менее дружным голосованием единороссов и жириновцев. В их ли корпоративных интересах прогонять из Охотного ряда коллегу-депутата, да еще под предлогом того, что он - бизнесмен? Конечно, нет. Корпоративная спайка стратегически выгодна всем думцам. А уж повод для изгнания выбран такой, о котором им невыгодно даже и заикаться.

Депутатство, бизнесменство и коммерческий лоббизм почти нераздельны уже двадцать лет. И Гудков уж точно не главный коммерсант в Охотном ряду. Одни только приготовления к расправе над ним инициировали публикацию самим депутатом и его командой целого вороха сведений о коммерческой деятельности десятков коллег по Думе. А обещано еще больше.

Разоблаченные персоны могут, конечно, делать вид, что ничего не случилось, и утешать себя, что дело Гудкова - особое и на других не перекинется. Но ведь осадок в виде опубликованного, общедоступного и вполне убедительного компромата останется. Депутаты от партии власти, повинуясь приказу Кремля, выставляют на обозрение изнанку своей профессиональной деятельности и сами сажают себя на крючок.

Возможно, для ближайшего путинского окружения и лично для Путина это даже более важно, чем преподание урока Гудкову и его малочисленным думским друзьям.

Чиновно-политический класс выглядит сегодня удобным объектом как минимум для дрессуры, а как максимум - для разгрома. С одной стороны, он остро нелюбим народом, а с другой, все больше подозревается в тайной нелюбви к вождю. Поэтому он открыт для удара и сверху, и снизу.

Разумеется, отечественная бюрократия не раз показывала свою силу, и вождям в том числе. Но не всегда, а только тогда, когда ее классовая спайка оказывалась достаточно прочной. Такова ли эта спайка сегодня? Пока не похоже.

Зато очевидно, что сверху ее атакуют сразу по нескольким направлениям. Упразднение депутатской неприкосновенности – только одно из них. Еще более грандиозно смотрится намерение запретить всем госслужащим иметь за границей счета и недвижимость. Законопроект уже готов, и, судя по недавнему интервью Путина телеканалу Russia Today, президент всерьез собирается его провести.

Понятно, что к борьбе с коррупцией это отношения не имеет. И в мировой практике такого нет - ни в Корее, ни в Финляндии, ни в США чиновникам вовсе не запрещается иметь недвижимость за границей. От них лишь требуют подробно и честно о ней отчитываться.

На самом деле речь все о том же - о посадке на крючок. На него сядут и те, кто перепишет заграничные счета и дома на фиктивно разведенных жен и тем самым основательно засветятся, и те, кто действительно переведет свои активы в Россию, поставив дальнейшее ими обладание в полную зависимость от благосклонности к себе высшей власти.

Ясно, что это не пустячок, а сильнейшая атака на устоявшийся жизненный уклад бюрократии. Причем атака, осуществляемая ее же руками, путем нажатия думских кнопок. На ум само собой приходит сравнение с большевистским ЦК 30-х годов, который серией последовательных голосований санкционировал собственную ликвидацию.

Кстати, как и тогда, в чиновной среде уже появляются инициативные товарищи, стремящиеся поставить себе на службу все эти новейшие пертурбации. И вот уже известный думский единоросс Исаев вносит законопроект, запрещающий близким родственникам быть депутатами парламентских палат. На первый взгляд, абсолютно верноподданническая акция, направленная против тех, кто на плохом счету – отца и сына Гудковых, или мать и сына Пономаревых. Но знающие люди указывают совсем в другую сторону. Вряд ли ведь Исаев симпатизирует своему однопартийцу, думскому вице-спикеру Воробьеву, обошедшему его по карьерной линии. А отец Воробьева - вице-спикер Совета Федерации. Вот такая немудреная интрига.

Порадуемся, впрочем, смягчению нравов. В 37-м предприимчивый чиновник писал на чиновника-конкурента донос. А сейчас он пишет на него законопроект. Что ни говори, просвещенный век стоит нынче на дворе.

Однако суть происходящего, при всех поправках на сравнительную пока умеренность карательных мер, ничуть не нова. Начинается перетряска бюрократического класса силами высшей власти. «Перебор людишек», как выражался Иван Васильевич Грозный. На первый взгляд, это вполне сообразуется с чаяниями народа. Однако такая перетряска случалась в разные исторические периоды уже неоднократно и ни разу не меняла к лучшему жизнь рядовых людей.

Парламент, плюющий на закон и судорожно изгоняющий из своих рядов всех, на кого укажет Кремль, не станет похож на настоящий парламент, даже если задающее в нем сегодня тон единороссовско-элдэпээровское большинство вылетит оттуда и сменится другой популяцией карьеристов и коммерсантов.

Если высшая власть раскулачит и разгонит часть или даже большинство старых коррумпированных бюрократов, то на освободившиеся должности в атмосфере разгула темных страстей придут уж никак не слуги народа, а новое поколение рабов Кремля, еще более растленное, чем его предшественники.

Реальное лекарство от коммерции в депутатском корпусе - это не репрессии, а свободное избрание депутатов избирателями. Коррупцию же может уменьшить не панический ужас бюрократов перед беззаконием высшей власти, а ровно наоборот – власть, зависимая от народа, и всеобщее уважение к закону.

Чистка чиновничества сверху нисколько не приблизит общество к демократии и правозаконности, а очередной раз отбросит назад. А то, что спятивший чиновно-бюрократический класс покорно готовится совершить харакири, только добавляет знакомых красок в эту неприглядную картину.

Сергей Шелин

Перейти на страницу автора