Система санкций и компенсаций

Президента Путина считают сторонником крутых мер. Но каждое его «силовое» решение уравновешивается «либеральным». Например, запретив чиновникам иметь зарубежные активы, им тут же поднимают оклады.

Президента Путина считают сторонником крутых мер. На самом деле, каждое его необдуманное «силовое» решение уравновешивается таким же необдуманным «либеральным».

Когда дивятся сверхъестественному росту денежного содержания чиновников, силовиков, парламентариев, да и просто бюрократов среднего звена, то забывают про ту драму, которую весь этот общественный слой пережил за последний год. Ведь всем им волею президента пришлось вернуть в страну проживания самое дорогое - собственные зарубежные активы. Судя по исключительной скромности сумм, поступивших в Россию, то ли активы были нищенские, то ли на самом деле их не очень-то и вернули. Второй вариант выглядит куда правдоподобнее. Но ведь настроение-то у людей было испорчено не понарошку, а самым серьезным образом.

Зато теперь Россия может, наконец, с гордостью назвать себя страной богатых начальников. Уж они-то, со своими растущими по экспоненте заработками, точно поднялись с колен перед спесивым Западом. Если намеченные планы будут аккуратно выполняться, то примерно к следующей осени у нас появится целый взвод высших должностных лиц, способных вогнать в краску размерами своих официальных доходов и французского президента, и даже, возможно, президента Соединенных Штатов. Да и чиновникам калибром помельче тоже не придется стесняться своих собратьев из богатых стран.

Одно показное мероприятие в порядке компенсации уравновешивается другим – тоже показным и тоже не имеющим ничего общего с общественными интересами. Приказ избавиться от иностранных активов не только невыполним, но и бессмысленен. Везде и всюду от чиновников требуют лишь отчитываться об их наличии, а также о законности приобретения, и справедливо считают это вполне достаточным. А компенсировать «обиженную» бюрократию несуразно огромными для среднеразвитой страны окладами – шаг и сам по себе странный, и уж тем более несвоевременный в кризисные времена, когда доходы рядовых людей перестали расти и вот-вот пойдут вниз. Но такова уж техника управления Владимира Путина – каждая неоправданная строгость должна быть уравновешена неоправданной щедростью.

Все недовольны слиянием Верховного суда с Высшим арбитражным? Никому, в том числе и самим судьям, не нравится их переселение в Петербург? Ну что ж, надо учесть мнение общественности. Слияние и переезд не отменять, но зато наградить судейский корпус деньгами. И вот, думский комитет по бюджету и налогам отклоняет правительственное предложение о приостановке индексации окладов судей. А в обоснование этого широкого жеста председатель комитета напоминает, что «индексация окладов судей принимается президентом РФ». Крыть нечем.

Или взять самое громкое экономическое начинание нынешней осени – внесенный президентом законопроект, дающий право Следственному комитету, минуя налоговую службу, самостоятельно возбуждать уголовные дела против подлинных или мнимых неплательщиков налогов. Совершенно, между прочим, стандартный и давно у нас отработанный способ реагирования на любую проблему. Экономика буксует? Так пусть финансами займутся силовики. В Астрахани посадили мэра? Кто же лучше заменит потерпевшего, чем кадровая прокурорша, год назад перешедшая на работу в городскую администрацию?

Как-то сразу видишь направление дальнейших усовершенствований. С медициной нехорошо? Пусть следователи наденут белые халаты и возьмут в руки скальпели. Наука отстает? Заполним лаборатории силовиками, и она сразу же станет передовой.

Впрочем, не будем опережать события. Пока что речь только об одном - о передаче Следственному комитету функций налоговой службы – то ли частичной, то ли почти полной. Цель, разумеется, святая: одержать очередную победу над жуликами и коррупционерами. Но надо отметить, что недовольство этой силовой новацией оказалось куда более шумным и широким, чем обычно. Дело не просто в публичных возражениях премьер-министра, обычно такого осторожного и скромного. Все, кто связан с экономикой, понимают, насколько это вредная и опасная идея, и не очень-то склонны таить свои мысли.

Окончательное оформление непопулярного законопроекта еще не состоялось, но шансы, что его спустят на тормозах, оцениваются как скромные. Вы спросите: каким же тогда будет компенсационное мероприятие? А оно, между прочим, уже состоялось. Просто не все его расшифровали.

Чем, как не компенсацией, считать спуск на тормозах дела «Оборонсервиса»? Свидетель Сердюков устроился на руководящую работу в госсекторе. Экс-управделами Минобороны Васильева, не отвлекаясь от домашнего ареста, нашла себе должность в солидной адвокатской конторе. Короче, жизнь налаживается, вопреки всем громам и молниям, которые недавно грохотали над головами разжалованных руководителей военного ведомства.

Скажу от себя, что совершенно не будучи поклонником или болельщиком Анатолия Сердюкова, считаю висящие над ним обвинения ничуть не более тяжкими, чем те, которые запросто могут предъявлены тысячам других чиновников. На то нашу коррупцию и называют системной, что ею пронизана вся система. Однако нужна была показательная порка. Под нее мог попасть кто угодно, но не повезло именно Сердюкову. Что-то у него наверху не сложилось. Не стану даже и гадать, с кем именно, потому что героев для крикливой пропагандистской кампании нашли бы в любом случае.

Кампания была настолько шумной и взвинченной, что казалось: обратного хода нет. А теперь вдруг выясняется, что есть. Ничем не обоснованное предоставление чрезвычайных финансовых полномочий силовикам уравновешивается ничем не обоснованным отпущением грехов тем, кого эти же силовики так недавно и при всем честном народе смешивали с самыми последними вещами. Народ, как почему-то предполагается властями, должен будет теперь забыть весь этот скандал, начатый с таким вкусом и размахом. А бюрократии и сопутствующему ей бизнесу посылается сообщение, что все эти силовые пляски вокруг них хоть и страшноваты, однако ведут все-таки не к полному разгрому и ограблению, а только к частичному.

При желании, череду таких взаимно уравновешивающих импровизаций можно назвать гармонией санкций и компенсаций. Но уж чем их ни в коем случае назвать нельзя, так это осмысленной политикой.

Сергей Шелин

Перейти на страницу автора