России угрожает белый монстр

Вернуть страну во времена СССР уже вряд ли удастся - народ хорошо помнит кровавую цену советского прошлого. Однако имперские амбиции сильны, а потому возникает новая угроза - возвращения в дореволюционную эпоху.


© Фото Дениса Гольдмана

Прошедший в Москве «Антимайдан», как бы это странно ни звучало, вселяет надежду на будущее. Власть играет в патриотизм и претворяет в жизнь коллективные фантазии об империи, отказываясь от реализации проектов, связанных с либеральной программой развития общества. Но работа по деконструкции светлой памяти о коммунизме, которая была проделана либералами в девяностые, дает о себе знать буквально в каждой детали.

Да, на московском митинге были ряженое войско донское в бараньих шапках, кадыровцы и тьма карнавальных организаций вроде Союза садоводов. Со стороны шествие подозрительно напоминало брежневские акции пролетарского гнева, доведенные до фарса. Однако было бы гораздо хуже, если бы на месте тех же казаков стояли стройные ряды ряженых красногвардейцев в буденовках, чекистов и новых коммунистов с красными звездами на кожаных фуражках. Тогда стоило бы беспокоиться. А казак как персонаж – это своеобразный компромисс, уступка либералам и девяносто первому году.

Хотя нынешняя российская власть, рожденная в СССР, судя по всему, намерена в ближайшем будущем вернуть страну в советское прошлое, это намерение, на наше счастье, осуществляется с трудом. По крайней мере, пока. Мешает культурное и художественное наследие проклятых девяностых. Такие фильмы, как «Чекист» (1991), «Холодное лето 53-го» (1987), «Собачье сердце» (1988), рассказы Варлаама Шаламова, книги Солженицына, статьи Александра Зиновьева, несмотря на усилия пропагандистов, не дают переступить черту.

В Кремле вынуждены считаться с двумя десятилетиями разоблачений, с тем, насколько крепко россияне усвоили архипелаг ГУЛАГ и вообще историю преступлений коммунистов против своего народа.

Достаточно вспомнить о деятельности Русской православной церкви по дискредитации советского периода. Это сейчас РПЦ ежедневно укрепляет духовность. Совсем недавно она эту духовность взрывала изнутри. За минувшие двадцать пять лет были канонизированы несколько тысяч новомучеников – верующих, пострадавших за свои убеждения от советской власти. В каждом российском городе-миллионнике открыт храм памяти. Зайдя внутрь, мы увидим иконы, на которых люди в буденовках и кожаные куртках расстреливают невинных с нимбами вокруг головы. Куда уж конкретней и жестче?

Рядом с Москвой расположен печально знаменитый Бутовский полигон – место массовых казней политических преступников. На полигоне построен целый храмовый комплекс с росписями, посвященными мучениям и убийствам. В нижнем приделе на правой стене изображена подробная картина страданий митрополита Серафима (Чичагова) и его смерти. Он - на коленях, в белой рубашке, а вокруг - солдаты НКВД, вооруженные винтовками с примкнутыми штыками. Бьют его, унижают, волочат по земле. В этот храм привозят на экскурсии школьников, здесь регулярно совершаются богослужения, звучат молитвы с упоминанием о пострадавших от большевиков.

Если бы власть могла, она, разумеется, переступила бы и через это. Но она не может. Пришлось бы закрывать храмы, деканонизировать святых, изымать из личных библиотек десятки миллионов книг, стирать мегабайты видеофайлов с выступлениями, лекциями, интервью.

Антисоветское слишком разрослось вширь, слишком много власть уступила ему в девяносто первом году. Оно стало фактом политического ландшафта, прижилось.

Перешагнуть через новомучеников в 2014 году означало бы, в том числе, нанести удар по культу Николая Второго, который тоже канонизирован. Как исторический деятель последний российский император может быть кем угодно, но здесь и сейчас он – главная жертва, а расстрел его семьи – главный символ красного террора.

Коммунизм намертво связан с убийствами, варварством и вряд ли сможет избавиться от этой связи при жизни ближайших двух-трех поколений россиян. Как отреагируют ивановские швеи и тульские фрезеровщики, если им сказать, что расстрелянные в подвале дома Ипатьевых царские дети того заслуживали? А замученные на Соловках монахи - на самом деле никакие не святые, а агенты буржуазии? Велика вероятность того, что не поверят, отшатнутся - и лояльность к власти ощутимо снизится.

Либеральные публицисты и историки сделали невозможным возврат в Советскую империю. Это серьезный успех, который вселяет надежду: оказывается, массовому сознанию действительно можно привить аллергию на вредные для него идеи.

Беда в том, что русские, несмотря ни на что, по-прежнему хотят империю. Они в ней жили всю свою историю, им так удобно. Это коллективное желание, упершись в глыбу девяностых, делает прыжок через эпоху коммунистическую и попадает в эпоху романовскую.

Почему это оказалось возможным? Потому что империю Романовых за последние двадцать лет никто публично не критиковал. Хотя авторитетных и едких критиков у нее бесконечно много - считай, вся российская литература, начиная от Петра Чаадаева и заканчивая Львом Толстым.

Но в массовом сознании царская Россия была доселе неприкасаема. Это российский Эдем, райский сад, откуда россияне были изгнаны. Разрушая советские мифы, либералы в качестве положительного примера выбрали дореволюционное прошлое и сильно переиграли. Тактически это было верное решение. Ведь никто и не предполагал, что царскую Россию действительно и всерьез начнут восстанавливать. Нужна была популистская основа для деконструкции «совка», и образ, созданный профессором Преображенским и доктором Борменталем, подходил идеально.

Однако через двадцать пять лет на месте издохшего красного монстра появился монстр белый - такой же кровожадный, по крайней мере на словах. Как выяснилось за последние полтора года, он может быть еще опасней для страны, чем коммунизм.

Красные предлагали радикально перестроить общество по надуманным, отвлеченным от реальной жизни планам, использовав любые средства, включая самое беспощадное насилие. Чем опасны новые белые? Да тем же самым. Как мы сейчас, к своему несчастью, имеем возможность наблюдать, они архаизируют общество, возвращая его к порядкам, давно себя изжившим.

Современные "черносотенцы", обращаясь к людям из мира фактически всеобщего высшего образования и небывалой доселе открытости информации, предлагают им жить в мире, где успех правительства измеряется километрами отвоеванной у соседей территории. Двести лет назад, когда девяносто процентов россиян были заняты ручным земледелием, дополнительные километры пашни и лугов действительно много значили. Но сейчас, когда сельское хозяйство является убыточным и россияне давно уже перебрались из деревень в многоэтажные городские дома, кого эти километры заинтересуют?

Приобретение, восстановление, содержание и развитие новых земель принесут огромные убытки (не считая человеческих жертв, которые просто бесценны). Такова будет плата российского общества за иллюзии относительно своего прошлого.

После девяносто первого года иллюзий стало вполовину меньше, и это не может не радовать. История с красным проектом канула в лету. Но осталась другая половина, связанная с имперским проектом позапрошлого века.

Царская Россия должна быть деконструирована так же жестко, как Советский Союз. Это обезопасит от еще одной темы для проявления неадекватности, а кроме того - даст возможность освободить воображение россиян для фантазий о будущем. Техногенном, экологическом, гуманитарном, с минимальным насилием и внутри страны, и за ее пределами.

Максим Горюнов