Черногория еще не в НАТО

Россия продолжает пребывать в психологически малокомфортном состоянии осажденной крепости – сегодня вот новый «удар в спину» случился – братскую вроде бы Черногорию пригласили в НАТО, чему, судя по всему, публично бурно радовался только ее президент Вуянович.


© Фото Марии Чегляевой

Россия продолжает пребывать в психологически малокомфортном состоянии осажденной крепости – сегодня вот новый «удар в спину» случился – братскую вроде бы Черногорию пригласили в НАТО, чему, судя по всему, публично бурно радовался только ее президент Вуянович.

С учетом того, что полномочия Вуяновича близки к тем, которыми располагает в Великобритании королева, а его авторитет у населения неизмеримо ниже, чем у главы британской монархии, вполне понятен масштаб государственной черногорской радости. Не знаю, взлетят ли в Подгорице вечером в небо пара салютов за счет государства, но, будучи знакомым со многими черногорцами и сербами, уверен, что за ужином по этому поводу в обычных семьях ракию не разольют и высокопарных тостов не произнесут.

Дело в том, что у инициатора вступления Республики Монтенегро (под таким именем Черногория известна в западном мире) в НАТО, бессменного руководителя карликовой балканской республики еще со времен союзной Югославии Мило Джукановича в этом начинании есть свои интересы. Причем личные. Как рассказывали мне люди, разбирающиеся в современных балканских хитросплетениях, персональные интересы Мило настолько глубоко переплетены с государственными, что распутать, где какие, подчас довольно сложно. Во всяком случае, говорят, конфликт с Дерипаской из-за алюминиевого завода в Подгорице, печально закончившийся для российского олигарха и ставший спусковым крючком для открытой политической войны между правящими режимами Черногории и России, - был вызван нарушением россиянами тех условий продажи завода, которые имели отношение к личным интересам г-на Джукановича. А до этого еще было изгнание семьи Юрия Лужкова с полуострова Луштица – своего рода «кутузовской мили» в окрестностях культурной столицы Черногории – города Герцег-Нови. Местные говорят, что без согласия Джукановича семью Юрия Лужкова, с которым в свое время лидер Черногории был очень дружен, местная община не попросила бы, при всем свойственном этому маленькому народу наплевательском отношении к авторитетам (как-никак бывшие средиземноморские пираты).

Почему Джуканович, или, как его все называют в Черногории просто, по-семейному - Мило, так немило себя ведет по отношению к русским братушкам, в стране есть минимум пара мнений (за исключением указанного выше, связанного с возможными финансовыми потерями Джукановича из-за особенностей русского олигархического бизнеса, которые в самой России именуются незамысловато – «кидок»). Так, говорят, что в одной из ведущих стран ЕС, вроде бы в Италии, есть некое мощное уголовное дело с главным фигурантом, имя и фамилия которого полностью совпадают с инициалами нынешнего черногорского премьер-министра. Не то контрабанда, не то что-то еще похуже. Но с итоговой отсидкой на много-много лет. И, говорят, именно за это дело и зацепили Джукановича вместе со всей Черногорией коварные натовцы.

Вторая версия, довольно рациональная, связана с тем, что при всей демонстрируемой Мило и его командой любви и нежности в отношении стран-соседей черногорские руководители трезво отдают себе отчет в том, что такое Республика Монтенегро с ее примерно 700 тысячами граждан при фактическом отсутствии не то что армии, но и полноценной полиции, в окружении государств с вполне серьезными территориальными претензиями. Мы помним, что совсем недавно в парламенте Боснии и Герцеговины (БиГ) высказывались претензии на большой район Черногории под названием Суторина. По сути, речь может идти и о выходе БиГ к Боко-Которскому заливу, то есть к Адриатике, поскольку от границ Суторины до побережья – буквально 10-15 минут пешком. И у боснийцев есть исторические аргументы в таком споре.

Как есть свои аргументы на спорный участок Адриатики и у соседней Хорватии, кстати, натовской страны. Возможно, между бывшими югославскими территориями здесь и не было бы такого спора, если бы на побережье совсем недавно не были обнаружены промышленные запасы углеводородов.

Понятно, что Хорватия в военном плане уже не та, какой была во времена гражданской войны в Югославии, но если понадобится, то с маленькой Черногорией в локальном конфликте разберется быстро. И у БиГ, пережившей кровопролитную гражданскую войну, возможно, подготовленных военных спецов в случае «горячего» спора с Черногорией окажется больше.

Но мне представляется, что гораздо больше, чем уже имеющиеся исторически мотивированные  споры за территорию с хорватами и боснийцами, черногорскую правящую верхушку должны беспокоить потенциальные конфликты на границе с Албанией. Люди, побывавшие на Балканах, прекрасно знают, чем отличаются албанцы от интеллигентных и мирных, в общем-то, хорватов и боснийцев. Тем, кто не знает – Косово в пример. А у Черногории почти открытая граница с Албанией, притом что ряд территорий, например, город Ульцинь (с самыми прекрасными пляжами в этой части мира, по понятным причинам пустующими), - заселены этническими албанцами. Если вдруг тут начнется какая-то заварушка, а она может быть и инспирированной извне, кто защитит территорию Черногории?

Сербия? Едва ли, ведь Мило ее уже «кинул» в свое время, отделившись от общего государства и сблизившись с Европой и НАТО, совсем недавно бомбившими территорию Югославии. Россия? А ей то зачем «впрягаться» в непонятную войну непонятно за что? Ведь в Черногории, в отличие от той же Сирии, нет никаких российских военных баз. Разве что древняя подводная ремонтная база-док для подлодок в недрах горы в районе упоминавшейся Луштицы, но, говорят, она, как и аналогичная в крымской бухте Балаклава, уже не способна принимать современные субмарины. В общем, скорее всего, защищать Черногорию окажется попросту некому. А членство в НАТО – вполне себе серьезная гарантия безопасности.

Следующий вопрос (и по сути, главный при оценке сегодняшнего решения глав МИД стран НАТО по Черногории – для российских политиков, из-за него идет такой негатив в Госдуме, Совфеде и, в меньшей степени, в Кремле) – если завтра война с НАТО, то Черногория превращается из братского, этнически почти единородного государства во враждебное, которое, при определенных условиях, мы вынуждены будем подвергать огневому воздействию с неизбежными массовыми жертвами среди мирных жителей.

Мне представляется, что этот морально-этический и цивилизационный вопрос серьезен для российской элиты, но не для черногорцев и того же Мило Джукановича. Возможно, поэтому тот же Джуканович и никак не реагирует на российские обеспокоенности. Потому что прекрасно понимает, что в случае гипотетической войны России с НАТО те черногорцы и сербы, у кого окажется в руках оружие, будут воевать против Североатлантического альянса за братушек-русов. Поверьте, для черногорцев, как и сербов, это очевидно. Ровно потому, что исторически они всегда воевали на одной стороне с русскими – столетиями. Более того, если бы не русские, черногорцы как народ были бы уничтожены, они сами об этом постоянно напоминают.

Мне запомнилось, как, будучи в Белграде в гостях у приятеля-серба с боснийскими корнями, я, показав на портрет на стене, на котором был изображен красавец-офицер с шикарными завитыми усами образца 19 века, спросил: Крсто, кто это? Приятель ответил – это мой прадед, чрезвычайно уважаемый в роду человек, ветеран нескольких войн с множеством наград за храбрость. Но главная его доблесть, сказал мне тогда Крсто, заключалась в том, что, попав в составе австро-венгерской армии на русский фронт во время Первой Мировой, он в первую же ночь самовольно перешел линию фронта и сдался в плен русским вместе со всем подчиненным ему боснийским воинским подразделением.

Мне кажется, преимущественное большинство черногорцев, если завтра, не дай Бог, война, поступят так же. Просто это те корни, которые не подвержены тлену, меркантильным интересам и прочим современным влияниям. Слишком много общей крови было столетиями пролито, и черногорцы, как и сербы, это знают гораздо лучше тех россиян, которые каждый год приезжают отдохнуть на море в Республику Монтенегро. И, думаю, уж получше наших депутатов и сенаторов с их неизменной «кузькиной матерью».

Все это я рассказал к тому, что, судя по довольно поверхностным, но агрессивным комментариям «натовской операции» Джукановича российскими «народными избранниками», кому-то во власти или, что даже скорее, на каком-нибудь ведущем телеканале страны может захотеться начать раздувать в и без того больной (от бесконечных конфликтов с другими народами и странами) голове российского обывателя тему черногорцев-предателей. Поверьте, не стоит к этим бредням относиться всерьез. В Черногории всегда радушно относились к русским, лучше, чем к любым другим народам. Об этом отношении говорит даже «сувенирка» - по-прежнему на черногорских развалах одни из самых популярных – майки с сербским лозунгом времен Первой Мировой – «Вместе с русами нас 200 миллионов». Да и до вступления в НАТО Черногории есть еще полтора года – местные политики имеют шансы все отыграть назад. Если мы сами все не испортим по извечному принципу слона в посудной лавке.

Николай Ульянов

Перейти на страницу автора