Россия и Турция: черный лебедь готов взлететь

Если Эрдоган решится на военную операцию в Сирии, Путину придется выбирать между третьей мировой и капитуляцией.


Исход российско-турецкого конфликта непредсказуем © СС0 Public Domain

Конфликт интересов на Ближнем Востоке становится все более острым. Турецкий премьер-министр Ахмет Давутоглу заявил, что Турция «в случае необходимости» может нарушить режим прекращения огня в Сирии, который вступает в силу в ночь на 27 февраля. Несколькими днями ранее Реджеп Эрдоган уведомил мировое сообщество, что у Турции есть право проводить военные операции не только в Сирии, но и в любом другом месте, где находятся террористические организации, угрожающие безопасности страны.

Совет Федерации России еще в сентябре 2015 года также разрешил использовать вооруженные силы РФ за рубежом — как пояснил руководитель администрации президента, это было сделано для оказания военной помощи правительству Сирии в борьбе с террористическими организациями. В соответствии с этим решением, Россия, перебросив в Сирию военный контингент, стала наносить авиаудары по позициям запрещенного в РФ «Исламского государства».

В ответ Турция, воспользовавшись формальным предлогом, сбила российский самолет. Российское правительство ввело санкции против Турции. Турецкое правительство, в свою очередь, сообщило о готовности начать в Сирии наземную операцию.

Отношения двух стран стремительно трансформировались. Вчерашние союзники и друзья оказались на грани открытой войны.

Птица в небе

Термин «черные лебеди» для обозначения событий, которые опрокидывают ситуацию и при этом являются абсолютно неожиданными для всех, ввел в обиход Нассим Талеб — сириец, христианин, родившийся в Ливане, а сейчас работающий финансовым трейдером в США. Он объясняет данную метафору так: в течение многих веков европейцы считали, что лебеди могут быть только белыми (другие в этом ареале не обитали), и вдруг в конце XVII столетия из Австралии привезли птицу черного цвета, которая тоже оказалась лебедем. Таким образом один-единственный факт, которого никто не предвидел, изменил прежние представления.

Для самого Нассима Талеба «черным лебедем» стала гражданская война в Ливане. Долгое время это государство было, пожалуй, самым благополучным на Ближнем Востоке: мирная, спокойная, процветающая страна, с высоким уровнем жизни и развитым туризмом, банковская столица арабского мира, где бесконфликтно сосуществовали представители разных конфессий, политических убеждений и этнических групп. Пример для всех остальных. И вдруг в 1975 году вспыхнула война — непрерывные обстрелы, бомбежки, противоборство вооруженных групп, беженцы, жертвы среди мирного населения. Главное — было непонятно, как это произошло. Никто не мог предсказать, что Ливан вдруг взорвется. Но взлетел черный лебедь, взмахнул крылами — и вся прежняя жизнь оказалась разрушенной.

Сирiя це Украiна

В российско-турецком конфликте переломным моментом можно назвать инцидент со сбитым Турцией российским самолетом. Президент России Владимир Путин назвал это «ударом в спину», и в чем-то он был прав. Последнее десятилетие отношения между Турцией и Россией имели отчетливо дружественный характер: быстро рос взаимный товарооборот, налаживалось сотрудничество во многих международных делах, Турция вопреки давлению Запада поддержала идею трубопровода, по которому газ из России, минуя непредсказуемую Украину, пошел бы в Европу. Казалось, так будет всегда. Ничто не предвещало трагедии. Но наступил ничем не примечательный ноябрьский день 2015 года — и турецкий летчик, видимо, выполняя приказ, нажал на спуск.

Однако посмотрим на ситуацию с другой стороны. В период правления Эрдогана (сначала премьер-министром, а затем президентом страны) Турция стремительно развивалась и стала сильной региональной державой со своими геополитическими интересами. Сирия же, непосредственно примыкающая к ней и, кстати, 400 лет бывшая провинцией Османской империи, входила в сферу ее влияния. Цель Эрдогана в Сирии была предельно ясна: свергнуть правительство Башара Асада и привести к власти людей, которые в своей политике ориентировались бы на Турцию. В частности, поддержали бы ее в борьбе против курдов, которые добиваются независимости.

Казалось, что эта цель близка. Асад уже потерял контроль над большей частью страны и удерживал только небольшую территорию на востоке. Падение его режима было лишь делом времени. Но тут внезапно началась российская военная операция против ИГИЛ и поломала все геополитические намерения Анкары.

Понятна острая реакция Эрдогана. «Дружественная» Россия, которая к тому же расположена «где-то там», вмешалась в ближнюю сферу его интересов. Сирия для Турции — примерно то же, что Украина для России. И как Россия была крайне возмущена тем, что США, также расположенные «где-то там», поддержали антироссийские силы на Украине, так Турция была возмущена тем, что Россия поддержала антитурецкие силы в Сирии.

Для Эрдогана это тоже был удар в спину.

Неудивительно, что взлетел черный лебедь.

Над гнездом кукушки

Сказанное, конечно, не означает, что Турция была права. Сбивать российский самолет все же не стоило. Напомним, что когда в июне 2012 года Сирия уничтожила турецкий истребитель, вторгшийся в ее воздушное пространство, Турция заявила очень резкий протест, а тогдашний ее президент Абдулла Гюль прямо сказал, что если истребитель слегка пересекает границу другой страны — это нормальное явление. Турецкая пресса в те дни подчеркивала, что краткие вторжения подобного рода для высокоскоростных самолетов порой оказывается неизбежным.

Мы всегда сурово осуждаем других за то, что легко прощаем себе.

В общем, Россия и Турция вплотную подошли к границе открытого военного столкновения. И определяющую роль в этом эвентуальном конфликте может сыграть личность самого Эрдогана.

Президент Турции находится сейчас в отчаянном положении. После десятилетия непрерывных успехов ситуация в стране явно ухудшилась. Замедлился экономический рост. В обществе усиливается недовольство жесткими авторитарными методами правления. Протестуют журналисты, подвергающиеся непрерывным репрессиям, и обычные граждане, раздраженные своеволием местных властей. С лета 2013 года по Турции одна за другой прокатываются волны массовых беспорядков. Волнениями были охвачены Анкара и Стамбул, манифестанты бросали в полицию камни и бутылки с зажигательной смесью. На юго-востоке идет настоящая война с курдами. В городах, в том числе и в столице, гремят взрывы, уносящие жизни десятков людей. Главное — не видно положительной перспективы. Напротив, есть ощущение, что страну ждут еще большие социальные и экономические потрясения.

И вот тут личность Эрдогана выходит на передний план. Как всякий пассионарный лидер он страдает мегаломанией и искренне верит в свое мессианское предназначение. Кропотливая работа по налаживанию экономики и социальной стабильности — не для него. Пассионарному лидеру нужен эффектный жест, решительный шаг, который, как он полагает, одним махом сметет все трудности.

На такой шаг Эрдоган вполне может решиться. Он способен начать военную операцию в Сирии, чтобы внутренние проблемы померкли в блеске внешних побед. Но тогда военное столкновение с российским контингентом в этой стране становится неизбежным.

Давид и Голиаф

На первый взгляд, результат подобного столкновения очевиден. В рейтинге сильнейших армий мира российская занимает второе место, а турецкая — лишь на восьмом.

И все же когда появляется черный лебедь, ситуация становится непредсказуемой.

Ввязавшись в боевые действия с Турцией на территории Сирии, Россия рискует повторить сюжет русско-японской войны 1904—1905 гг. Тогда Россия тоже была явно сильнее Японии, и первоначально исход войны ни у кого сомнений не вызывал. Однако Россия была сильней «вообще», а в частности — на Дальнем Востоке — она была гораздо слабее. Роковую роль тут сыграла логистика: японцам до театра военных действий было всего ничего, а российским воинским эшелонам с боеприпасами, артиллерией и резервами приходилось преодолевать всю Сибирь.

Напомним, что и Наполеон проиграл войну с Россией не в последнюю очередь из-за трудных коммуникаций. Да и у Ганнибала, в итоге проигравшего войну Риму, были с этим большие проблемы.

Поэтому возникает вопрос: каким образом, если вспыхнет реальный конфликт, Россия сможет снабжать свои войска в Сирии? Босфор — самый короткий путь в Средиземное море — в случае военных действий, несомненно, будет закрыт, а попытка прорваться сквозь него силой будет расценена как агрессия против одной из стран НАТО. Там встанет не только достаточно мощный турецкий, но и американский флот, в настоящий момент — сильнейший флот мира.

Что в этом случае останется делать России? Тащить боевое обеспечение вокруг всей Европы через Гибралтарский пролив? Слишком долго, слишком дорого и слишком медленно. К тому же Гибралтар тоже могут закрыть. Начать ракетный обстрел Стамбула? Но это прямой путь к третьей мировой войне. Срочно эвакуироваться из Сирии? Это будет явная и позорная капитуляция, после которой авторитет России упадет до нуля.

Пока ситуация неопределенная. Никто не знает, что в ближайшие месяцы предпримет президент Эрдоган. Черный лебедь может и не взлететь. Но если он все же внезапно взмахнет крыльями, то последствия сейчас даже трудно вообразить.

Андрей Столяров

Истории о том, как вы пытались получить помощь от российского государства в условиях коронакризиса и что из этого вышло, присылайте на адрес COVID-19@rosbalt.ru


Ранее на тему Нассим Талеб: Коронавирус — это «белый лебедь»