Иисус любит роботов

Нравственный идеал свободного робота оказывается более высоким, чем требования человеческих законов.


© СС0

На школе о демократии Inliberty была большая игра о будущем демократических институтов. И там случилось нечто странное — в игровом формате и на основе различия в опыте участников родилось что-то вроде новой идеи, которая к тому же касалась вопроса о постсекулярном будущем кибернетического общества.

Честно сказать, всерьез это бывает очень редко.

Контекст немного сложный, потому что игра к тому моменту шла уже больше трех часов. Но коротко суть в том, что к 2050 году четыре страны — Англия, Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия решили объединиться вновь в Британское Содружество (к тому моменту в нашей версии будущего они существовали как независимые страны, и вообще это стало доброй британской традицией — входить и выходить в разного рода политические союзы). Сообщества каждой из четырех стран, используя последовательно разные демократические процедуры должны были ответить на 4 кейса, связанных с экономическим неравенством, попыткой выхода из состава Англии Лондона, гражданской войной в зарубежной стране, которая угрожает интересам Содружества, а также вопросом о статусе роботов и их политических правах.

Роботы в данном случае нужны были, конечно, как пример радикальных чужаков, которых наш толерантный мир принять не умеет, и в целом даже имеет на это рациональные основания — единство общества и демократии всегда строилось через единство биологического вида. У всех игроков с начала игры были карточки, которые описывали их роли: возраст, пол, уровень дохода, профессию и вероисповедание. Перед раундом о правах роботов некоторым из участников мы раздали дополнительные карты: в строгом соответствии с Blade Runner они выяснили, что все это время они были роботами, а вовсе не, например, чернокожим чиновником с доходами выше среднего.

Мы играли за Шотландию, и дальше случилось следующее. Граждане Шотландии, дезориентированные обнаружением в своих рядах роботов, избрали президентом 60-летнюю женщину, религиозную фундаменталистку. Она объявила о переходе к теократии, и казалось, что вопрос о гражданских правах для роботов снят. Но все оказалось не так просто.

 — Могу ли я давать поручения Сенату? — поинтересовалась верховный лидер Шотландии, которую играл выдающийся философ из СПбГУ Николай.

 — Сенат в полном вашем распоряжении, — заверил я.

 — Тогда вот мое первое поручение Сенату. Мы должны отправить лучших археологов Шотландии в Вифлеем, чтобы установить, имелись ли там какие-либо механизмы на момент рождения Иисуса.

Это прозвучало, мягко говоря, неожиданно. Идея была в том, что в Средние века было разбирательство: пришел ли Иисус, чтобы спасти и животных тоже, или же только человека. Схоласты постановили, что раз животные присутствовали в момент рождения Иисуса, то он возлюбил и их. И вот мы отправили экспедицию в Вифлеем: она нашла там «некоторые механизмы, предтечи роботов».

Так что вопрос о правах роботов решился в теократии сам собой: Иисус любит их не меньше, чем других тварей. Это было впечатляющим уроком связи между христианством и современными идеями прав человека, рамкой политической теологии.

Дальше мы обратились к трем законам робототехники Азимова, и увидели, что немедленно нужно отменить второй из этих законов — о том, что робот обязан выполнять волю человека. Роботы были освобождены во имя Иисуса.

После чего верховный лидер Шотландии заявил, что если присмотреться к двум оставшимся законам робототехники, согласно которым робот не может навредить человеку и должен жертвовать собой ради людей, то в них есть явная печать Евангелия.

Нравственный идеал свободного робота оказывается более высоким, чем требования человеческих законов.

Так что, строго говоря, просто предоставить гражданство роботам мало — нужно открыть возможность для каждого гражданина объявить о своем статусе робота и взять на себя тем самым робототехнические моральные или правовые обязательства. Путь к гражданскому миру лежит через переизобретение тезиса о том, что нет ни эллина ни иудея.

Тут мы приблизились к некоторой богословской дискуссии, серьезность которой была смягчена всеобщим хохотом и обещанием предоставлять лицам, задекларировавшим свой статус робота безусловный базовый доход в виде бесплатного электричества.

Так я и провел это воскресенье.

Кирилл Мартынов

Прочитать оригинал поста Кирилла Мартынова с комментариями читателей его блога можно здесь.