Пора изгнать с экранов призрак СССР

В фильмах про советскую эпоху так много клише, что скоро они наскучат зрителю. Причем это касается и российского, и зарубежного кино.


© Стоп-кадр из сериала «Любовь по приказу»

На Первом канале вышел очередной ретро-сериал — «Любовь по приказу» от компании «Феникс-Фильм». Яркий антураж и отсылки к творческому миру в нем переплетены с мрачной советской действительностью и зловещей ролью репрессивного аппарата: неординарные главные герои становятся жертвами интриганов-силовиков.

Сюжет развивается вокруг любовной истории, которая возникла по задумке власть имущих, но затем начала выходить из-за под их контроля. Однако кольцо вокруг влюбленных уже сомкнулось — государственные интересы, чужие карьерные амбиции, низменные чувства и пассивность общества не дадут двум не желавшим ничего плохого людям спокойной жизни.

Местом действия был избран Ленинград в эпоху Перестройки, однако съемки шли также в Москве и Саратове, в котором снимались театральные сцены (по сюжету героиня поет в оперетте Имре Кальмана «Марица»).

Режиссером-постановщиком стал Николай Борц, прежде занимавшийся и современной криминальной темой (участие в долгоиграющих «Морских дьяволах» и «Дорожном патруле», третья часть экшен-мелодрамы «Брак по завещанию»), и исторической (военная драма «Сучьи войны»). По его утверждению, замысел нового сериала был в том, чтобы сделать психологическую драму, а не мелодраму. Но поскольку реалии советской эпохи являются не декорацией, а главной движущей силой сюжета, многие будут рассматривать фильм с точки зрения достоверности, а не художественных достоинств.

Схожая тематика была прежде у сериалов «Вербное воскресенье», «Красная королева», «Оптимисты», «Гостиница Россия» — все они показывали СССР как страну, в которой параллельно существуют красивое и жизнерадостное меньшинство, унылая народная масса, запрограммированная на давно известное будущее, и неусыпные наблюдатели, охраняющие существующий строй по непонятным даже самим себе мотивам. Несложно проследить, по какому примерно образцу создаются подобные телепродукты.

Главная героиня «Любви по приказу» (ее играет Полина Сыркина) — прима театра музкомедии. В «Вербном воскресенье» это была подающая большие надежды балерина, а в биографической «Красной королеве» — манекенщица. Творческие личности показаны наиболее уязвимыми перед государственной машиной и одновременно подверженными манипуляциям. Ведь ни для кого не секрет, что достижения в кинематографе и театре, наравне со спортивными, приравнивались к поддержке престижа страны, поэтому представители этих сфер были очень успешными, но лишь пока сохранялось равновесие в их отношениях с властью. А оно очень легко могло быть разрушено.

Помимо профессии, героиня имеет и другие слабые места: больная мать, маленький ребенок, раннее вдовство и шаткое положение в обществе из-за поступков мужа. Удивительно, что в таких условиях она еще в состоянии с достоинством реагировать на поведение чиновника из отдела культуры (Александр Мохов), на сплетни в театре и обвинения со стороны КГБ. А в заключительных сериях ее положение усугубляется совсем не желанной беременностью — этот прием был использован и в других схожих сериалах.

Такой сценарный ход явно указывает на гендерную и социальную ориентированность подобной телепродукции. Но, судя по реакции зрителей, аудитория пока остается верна прижившимся традициям.

Примечательно, что действие сериала происходит в последние годы существования СССР, в период наступления «гласности». Кому-то сегодня может показаться, что истеричные обвинения со стороны властей в духе «продаетесь за чипсы и жвачки» были агонией советского режима. Но в те годы большинство людей наверняка не видели никаких предзнаменований перелома. А некоторые и вовсе были безразличны к идеологии и верили, что способны устроиться при любой власти.

Сериал предсказуемо не вызывает симпатии у очевидцев эпохи. При этом тенденция снимать все больше трагических историй о том, как страшный режим разлучает влюбленных, отнимает детей у матери, карает невиновных и щедро одаривает подлецов, становится все более отчетливой и со временем рискует скатиться в откровенный гротеск.

Вышедший в начале лета на Западе фильм «Красный воробей», где главная героиня в исполнении Дженнифер Лоуренс тоже является балериной, уже втолковал нам, что в советской стране тело принадлежит не тебе, а родине и партии. Неудивительно, что подобный продукт вышел на пике ухудшения отношений между Россией и США, однако заокеанские кинематографисты продолжают использовать не приметы сегодняшнего дня, а порядком истрепавшиеся клише. И в конечном счете выходит такое, что даже обижаться как-то неудобно.

Но совсем другое дело — когда мы сами снимаем однотипные саги о красивых и несчастных женщинах, чьи тела и души стали инструментами для решения неких стратегических задач. Да, это вызывает жалость и негодование. Но пора в конце концов попробовать нечто иное — хотя бы сменить половую и сословную принадлежность героя, поселить его не в Москве или Ленинграде, сделать образ более сложным и многослойным. Иначе этот жанр окончательно утратит связь с реальностью и надоест даже нынешним своим поклонникам.

Людмила Семенова 


Ранее на тему Минкульт объяснил, зачем нужны 35-процентные квоты на киносеансы