Отказ Shell: еще один мыльный пузырь «стратегических инвестиций»

Выход компании из проекта в России — наглядный урок рисков сотрудничества с глобальными корпорациями, считает экономист Михаил Делягин.


© СС0 Public Domain

Выборы на Украине затмили большое количество иных, не менее важных явлений — от пожаров в Забайкалье, падения уровня жизни и роста неприкрытой ненависти к «Единой России» до драматического выхода Shell из проекта строительства завода по сжижению газа в Усть-Луге.   Внешне этот выход выглядит загадочно: Shell долгое время демонстрировала энтузиазм по поводу этого проекта, но вышла из него сразу после того, как в результате вполне самоочевидных проектировочных решений (в частности, объединения сжижения газа с огромным комплексом его переработки) ожидаемая эффективность проекта была качественно повышена.  

Эта загадка вряд ли имеет коммерческое и технологическое решение — скорее, только политическое.  

Насколько можно предположить сейчас, «задним числом», Shell изначально не была заинтересована в строительстве завода — и вошла в проект не столько для его развития и осуществления, сколько для его торможения.  

Специалисты в частных беседах изумлялись длительности расчета величины требуемых инвестиций (эта процедура заняла едва ли не два года), а потом не менее сильно изумлялись завышенной цене. Правда, в завышении себестоимости инвестиционных проектов у «стратегических инвесторов» из-за рубежа часто есть конкретный интерес (проявленный той же Shell на откровенно грабительских для России проектах СРП на Сахалине), так как они получают льготные (а часто и райские) условия вплоть до окупаемости проекта. Соответственно, чем сильнее будут завышены расходы (например, при помощи покупок у зависимых поставщиков по трансфертным ценам), тем выше будут реальные прибыли инвестора. Таким образом, шаг навстречу глобальным монополиям и желание поддаться их требованиям, играть по их правилам часто оборачивается вульгарным занижением издержек и насаждением затратной, хотя формально и рыночной, экономики.  

Эти самоочевидные факторы, хорошо изученные отечественными специалистами в 50—80-е годы — на примере слаборазвитых стран «третьего мира», а в 90-е и «нулевые» — и на нашем собственном опыте, всячески замалчиваются, а то и прямо отрицаются привластными либералами, обслуживающими интересы глобальных монополий. Результатом становится непонимание истинных мотивов иностранных «партнеров», недоразумения, дискредитация России и потеря в лучшем случае времени.  

Как это произошло с Shell: насколько можно понять, она объявила о выходе из проекта именно после его тщательной проверки и выявления допущенных «ошибок», многократно завышающих его стоимость, — и, соответственно, снижающих его эффективность.  

Стратегические инвесторы преследуют в первую очередь стратегические цели, и Shell как западная (пусть даже и глобальная) компания объективно преследует стратегические интересы сердца Запада — США. А им совершенно не нужен на мировом рынке не контролируемый ими сжиженный газ, да еще и из России, объявленной подлежащим уничтожению врагом.  

Таким образом, проект с участием Shell мог создать реальную, зримую конкуренцию национальным интересам США, и это, по всей видимости, создало для глобальной корпорации угрозу, перевесившую даже предвкушение значительных прибылей.  

Но нельзя исключить и другого: что «стратегический инвестор» с самого начала шел в неприемлемый для США проект для того, чтобы не дать ему реализоваться, и покинул его тогда, когда возможности затягивания реализации и завышения стоимости были исчерпаны. С этой точки зрения Shell оказалась достаточно эффективной: переход на новые технологии сжижения газа потребует времени и усилий.  

Действия Shell — наглядный урок рисков сотрудничества с глобальными корпорациями, мощь которых превосходит мощь большинства государств мира и которые не привыкли церемониться с правительствами, рассматриваемыми ими (и часто вполне справедливо) лишь в качестве их региональных менеджеров. Забывшим масштабную деиндустриализацию, проведенную иностранными «инвесторами» в Восточной Европе, на постсоветском пространстве и в России (при которой они покупали предприятия, чтобы уничтожить своих конкурентов), стоит, как представляется, чаще обращаться к опыту взаимодействия «Газпрома» и Shell в Усть-Луге.  

Хотя остальные проекты, пока не признанные противоречащими интересам США, пока, безусловно, будут продолжаться.  

Михаил Делягин

Прочитать оригинал поста можно здесь.