Россия качает нефть и права

Россия, являясь одним из крупнейших поставщиков нефти на мировой рынок, не хочет мириться с тем, что цены на "черное золото" определяются без нее. Однако ОПЕК вряд ли примет во внимание позицию российских властей.

Российские власти хотят добиться максимального влияния на нефтяные цены. Россия, являясь одним из крупнейших поставщиков «черного золота» на мировой рынок, не намерена мириться с тем, что цены на главный экспортный продукт определяются без нее. Поэтому страна стремится получить хотя бы совещательный голос в международном картеле экспортеров нефти ОПЕК.

Цены на нефть определяет биржа, на которой торгуются фьючерсные контракты на поставку сырья. Еще совсем недавно курс барреля определялся балансом спроса и предложения: например, если крупнейшие мировые производители (не только члены ОПЕК) наращивали производство, то цены шли вниз, а если основные потребители (главный из них - США) заявляли о снижении запасов или росте потребления - вверх. Но в последние год-полтора от поставщиков и покупателей сырья уже ничего не зависит.

По мнению экспертов, сейчас цены определяют по большей части биржевые спекулятивные факторы. Например, если экономика США испытывает трудности, и инвесторы избавляются от американской валюты и ценных бумаг, то деньги вкладываются в нефтяные фьючерсы, что приводит к их резкому росту. На таких «американских горках» летом 2008 года сырье сначала взлетело до $147 за баррель, но потом рухнуло ниже $100 и теперь торгуется на отметке около $106.

России, поставляющей на рынок примерно треть от суточной добычи ОПЕК, похоже, надоело, что биржа определяет все, а производство – ничего. «России необходимо активно заниматься вопросами влияния на текущий уровень цен на нефть, должен появиться некий российский фактор», - заявил министр энергетики Сергей Шматко. И добавил, что таких факторов может быть несколько. В частности, по его мнению, прогнозы стоит пересматривать чаще и «по-разному».

Шматко полагает, что «с учетом тех "американских горок", которые испытывала цена на нефть в последнее время, нам, большой и уважаемой нефтяной державе, надо сформулировать свое отношение к этому». «Если не предложения, то хотя бы подходы» будут сформулированы до декабрьской сессии ОПЕК в Алжире, обещает чиновник. А решения, отметил он, «могут быть самые неожиданные». Помимо игры с прогнозами, Россия могла бы резервировать месторождения, и «играть» ими на рынке. "То есть мы открыли месторождение и готовим его так, чтобы пока не трогать, но иметь возможность в достаточно понятный срок запустить», - пояснил министр. Он напомнил (и эксперты с этим согласны), что в России из-за холодного климата нельзя когда угодно закрывать и открывать «кран» и останавливать месторождения в любое время. Зато можно готовить резервы.

Однако эксперты задаются вопросом: если Россия больше всего заинтересована в росте нефтяных доходов и стремится поддерживать курс барреля на высокой отметке, то зачем нужны резервные месторождения? Ведь любое увеличение производства вызовет не рост, а, напротив, падение цены. Смысл был бы как раз в снижении экспорта, но именно этого Россия не может сделать – ей просто будет некуда девать нефть. А если страна сократит поставки на рынок, доходы бюджета резко сократятся, на что вряд ли согласятся в Белом доме и Кремле, где увлеченно обсуждают тему уменьшения налогов. Если возникнут сложности в финансировании расходов бюджета и в пополнении «нефтяных» фондов, то о налоговой реформе придется забыть, вспомнив опыт 1990-х годов, когда не знали, как «перехватить» денег у международных финансовых институтов.

Наконец, не совсем понятно, как можно резервировать месторождения в условиях стагнирующей или даже падающей добычи и при отчаянной нехватке средств в отрасли. Вряд ли хотя бы одна нефтяная компания согласится вложить миллиарды долларов в месторождение просто так, чтобы было «про запас» - на случай изменения коньюктуры. Правительство снижает налоги для отрасли именно для того, чтобы оставить в ней дополнительные 100 млрд руб. на инвестиции в добычу. Но денег на резервы и «игру» запасами и производством нет и не предвидится.

Поэтому ОПЕК вряд ли будет учитывать в своей политике предложения российского Минэнерго. И на курс барреля России вряд ли удастся повлиять.

Андрей Михайлов