Заблудились в двух экономиках

Росстат рапортует о росте ВВП. Отчего же тогда капитаны нашего народного хозяйства соревнуются в печальных предсказаниях? А дело в том, что в реальной жизни им приходится оперировать совсем другими показателями.


У каждой страны есть две экономики – отчетная и реальная. В России они сегодня так далеко разошлись, что придется выбрать какую-то одну.

Капитаны нашего народного хозяйства усвоили в последнее время тон, подчеркнуто мрачный и унылый, и буквально соревнуются в печальных предсказаниях. Министр финансов Антон Силуанов планирует урезать в предстоящие три года федеральные расходы сразу по множеству позиций. Причем под сокращение могут угодить не только траты на медицину, образование и науку, которым не привыкать, - индексацию зарплат собираются приостановить даже чиновникам и силовикам.

Тем временем глава Центробанка Эльвира Набиуллина на заседании правительства упрекает министра экономразвития Алексея Улюкаева в непомерном оптимизме оценок и прогнозов. Хотя на самом-то деле Улюкаев только и рассуждает, что о «неуклонном ухудшении динамики экономического развития», о том, что «в этом году мы впервые имеем уровень экономического роста ниже среднемирового» (вообще-то, не впервые, но не будем придираться), а также о том, что промышленность и инвестиции в нынешнем году вообще не растут по сравнению с предыдущим. Приписываемый ему оптимизм улавливается только в одном: в обещании через пару-тройку лет все-таки поднять темпы роста ВВП процентов до трех – трех с половиной. Это кажется Улюкаеву возможным, если улучшить деловой климат, увеличить инвестиции и внедрить прочие усовершенствования, которыми руководство страны обещает вплотную заняться уже третий десяток лет, но никак не соберется.

Странно все это слышать. Ведь, судя по докладам, дела идут превосходно. Недавно наше статистическое ведомство торжественно оповестило мир (и некоторые из международных финансовых организаций с ним согласились), что Россия обогнала Германию по размеру ВВП (вычисленному по паритету покупательной способности). При этом методику расчета российского ВВП собираются пересмотреть еще разок, увеличив в нем долю теневого сектора, размер которого определяется на глаз. Если объявить, что этот самый теневой сектор выглядит сегодня куда более крупным, чем представлялось до сих пор, и приплюсовать новую его величину к легальной части ВВП, то по суммарному результату наша держава обгонит уже и Японию с Индией. Впереди останутся только США и Китай, которых ничто не мешает превзойти на каком-нибудь следующем витке статистических усовершенствований.

Если все так замечательно, то откуда же взялось «неуклонное ухудшение динамики»?

Ответ несложен. Есть экономика отчетная, а есть - реальная. Отчетная (например, размеры ВВП, проценты роста ВВП, а также фиксируемые статистикой темпы увеличения или уменьшения общего объема инвестиций и т.п.) может быть похожей на настоящую или совсем на нее не похожей, но в любом случае это просто некие цифры, положенные на бумагу. На них можно смотреть с радостью или с огорчением, но к делу их, как говорится, не подошьешь. В практической жизни приходится работать не с ВВП, а, например, с доходами, поступающими в казну в виде налогов, сборов и всего прочего.

Эти доходы (с поправкой на инфляцию) в нынешнем году меньше, чем в прошлом. Сократившийся приток денег – это объективная реальность, свидетельствующая, что положение в экономике у нас ухудшилось. На фоне этого факта статистическая отчетность, утверждающая, что российский ВВП продолжает расти, пусть и в замедленном темпе (то ли на полтора, то ли на два процента), - это лишь художественная проза.

А властям приходится иметь дело с прозой жизни. Если приток денег в госказну уменьшился, значит, у чиновников стало меньше возможностей делить и тратить. Отсюда и их планы по затягиванию поясов. Но это не может продолжаться бесконечно - экономической болезни нужно поставить диагноз и начать ее лечить.

Разумеется, и президент, и премьер, и министры-экономисты чуть не каждодневно ссылаются сейчас на прогнивший Запад, который своим кризисом якобы тлетворно влияет на нашу неудачливую, зависимую от него экономику. В действительности, именно сегодня спада на Западе нет. Может, это и ненадолго, но пока так, а не иначе. И даже нефтедоходы в этом году почти не упали. Главные причины нынешнего нашего застоя не снаружи, а внутри. В душе начальство это само понимает и размышляет, что бы такое предпринять.

Часть советчиков, не занимающих, правда, руководящих постов в экономических ведомствах, рекомендует махнуть рукой на реальную экономику и мощно двинуть вперед экономику отчетную. Упали налоговые поступления, не хватает денег? Так что мешает печатать по нескольку триллионов рублей в год и щедрой рукой их раздавать? Отчетные показатели сразу взлетят вверх. Экономика, как наркоман после доброй порции любимого зелья, устремится вперед большими прыжками. Правда, через пару лет придется дополнительно лечиться уже от последствий этого лечения, но зачем заглядывать так далеко вперед?

Надо сказать, что ни МЭР, ни ЦБ таких безумных лекарств все-таки пока не прописывают. Больше толкуют о развитии передовых секторов бизнеса и о поощрении инвестиций. В общем, сеют разумное, доброе, вечное.

Однако посмотрим внимательнее. Что такое суммарный объем инвестиций, по поводу стагнации которого так сокрушается министр экономразвития? Это как раз и есть типичный отчетный показатель, почти уже не говорящий о чем-то реальном. Представьте, что качество лечения в больнице станут определять по суммарному объему инъекций, сделанному всем пациентам. Вчера, допустим, вкололи им 50 литров, сегодня сбавили темп до 4-ти, зато уж завтра меньше 60-ти не будет. Но при всех особенностях нашего здравоохранения, механически складывать инъекции, которые бывают и полезными, и ненужными, и вредными, все-таки еще не догадались.

А вот с инвестициями этого делать не стесняются. Просто потому, что их сумма – удобная отчетная цифра. Хотя инвестиции, как и уколы, бывают очень разные. Вот, например, опять хотят инвестировать огромные деньги в БАМ. Это старинный испытанный проект. Он всегда приносил убытки, причем огромные. В первый раз БАМ строили при Сталине, второй раз – при Брежневе. Теперь собираются наступить на эти грабли в третий раз. Если денег на БАМ все-таки не хватит, то общая сумма инвестиций уменьшится, а российская экономика только выиграет. Сегодня нужно думать вовсе не о росте объема инвестиций, а об улучшении их качества.

Правда, об этом вроде тоже думают. Об усовершенствовании делового и, в частности, инвестиционного климата говорят беспрерывно. Планы-графики улучшения деловых рейтингов составлены на много лет вперед. И опять отчетностью пытаются заслонить реальность. К подлинному деловому климату рейтинги имеют самое косвенное отношение. Скажем, у Китая рейтинги далеко не блестящие (хотя и лучше наших), но растет он довольно неплохо. Просто есть вещи, которые невозможно оцифровать.

В России для больших фирм, которые прочно вписались в пейзаж и дружат со всей нашей контрольно-бюрократической машиной, деловой климат очень даже хорош - настолько, что им нет никакого резона улучшать свою работу. А для фирм небольших, новых, встречаемых всей этой спаянной чиновно-предпринимательскй кастой как незваные гости, климат полярный. Всевозможные разглагольствования и рапорты о каких-то «льготах малому бизнесу» не имеют к этой ситуации никакого отношения. Нужны вовсе не рейтинги, не рапорты и не выдаваемые кому-то по блату мелкие кредиты. Нужно совершенно другое экономическое поведение, ни к каким цифрам и отчетам не сводимое. Причем пример такого поведения должен подаваться с самого верха.

Отчетная экономика и реальная экономика уходят друг от друга все дальше. Одна растет и одерживает победы, весело подчиняясь командам властей. Другая команд не слушает и вязнет в застое и унынии. Одна - воображаемая, другая – настоящая. Как вы думаете, за какой из них будет решающее слово?

Сергей Шелин

Перейти на страницу автора