Чем опасен углеродный сбор

Меры, предлагаемые в рамках реализации Парижского климатического соглашения, могут ослабить экономику России, убеждены специалисты ИПЕМ.


© СС0 Public Domain

В Аналитическом центре при правительстве РФ сегодня состоялась презентация доклада «Риски реализации Парижского климатического соглашения для экономики и национальной безопасности России», подготовленного Институтом проблем естественных монополий (ИПЕМ). Соглашение, подписанное в декабре 2015 года, призывает государства сокращать выбросы парниковых газов. В своем докладе ИПЕМ выступает с резкой критикой существующих на данный момент предложений, в частности наиболее популярного из них — о введении углеродного сбора. По мнению экспертов ИПЕМ, эта мера приведет к негативным экономическим и социальным последствиям, угрожающим не только национальной экономике, но и безопасности страны.

По проекту национального вклада, разработанного в рамках Парижского соглашения, к 2030 году Россия планирует сократить выбросы на 25—30% по сравнению с 1990 годом с учетом поглощения. Способы достижения этой цели государству предложено разрабатывать самостоятельно. Существует широкий спектр мягких мер по сокращению выбросов парниковых газов, не требующих больших финансовых затрат и с короткими сроками окупаемости. Однако после подписания Парижского соглашения в российских СМИ, экспертных кругах и органах исполнительной власти развернулось обсуждение радикальной меры — ввода углеродного сбора на национальном или региональном уровне.

Оценки ИПЕМ полностью развенчивают ставшее распространенным мнение о достоинствах углеродного сбора. В действительности, считают специалисты института, это тяжелейшее бремя для стран, в структуре экспорта которых преобладает продукция ТЭК, энергоемкие товары, а энергетика базируется на использовании ископаемого топлива. По подсчетам специалистов, ввод в России углеродного сбора в размере $15/т экв. CO2 потребует ежегодных выплат в объеме $42 млрд, что соответствует 3,2—4,1% ВВП за 2015 год. Если ставка сбора составит $35/т экв. CO2, то объем выплат достигнет 7,5—9,6% ВВП. Интересно, что экономические риски уже осознали страны с высокими выбросами CO2, в том числе США, Австралия, Польша. Например, в июне этого года Конгресс США утвердил резолюцию, в которой говорится, что ввод углеродного сбора будет разрушительным для национальной экономики и населения страны. По оценкам Конгресса, ввод сбора с базовой ставкой $20/т CO2 приведет к росту цены бензина на 4 цента за литр, а цены электроэнергии — на 16%.

По мнению экспертов ИПЕМ, наиболее серьезный ущерб от ввода углеродного сбора в России будет нанесен нефтегазовой отрасли, электро- и теплогенерации, транспорту, АПК, металлургии, производству азотных удобрений и цемента.

Для некоторых электрогенерирующих компаний рост расходов в связи с вводом углеродного сбора составит 40—60% от текущей годовой выручки, а по максимальным оценкам может достигнуть 75%, отмечают авторы доклада. В частности, для «Юнипро» и «ОГК-2» рост расходов превысит 40% выручки. При этом почти для всех компаний, управляющих ТЭС, объем дополнительных расходов превысит EBITDA. Например, для «Энел Россия» — как минимум в 1,8 раза, для ОГК-2 — в 4,3 раза, для ТГК-11 — в 4,8 раза, отмечается в докладе.

В ИПЕМ полагают, что введение углеродного сбора идет вразрез с официальной энергетической политикой России, предполагающей рост добычи газа и удержание объемов добычи нефти на современном уровне. Для достижения целевых показателей по добыче нефти и газа требуется ввод в эксплуатацию новых месторождений, а ограничение выбросов парниковых газов в Восточной Сибири потребует как минимум пересмотра налоговых льгот для нефтедобывающих компаний, а также может привести к снижению объемов нефтедобычи в будущем. Таким образом, основная экспортоориентированная отрасль страны в долгосрочной перспективе окажется на грани сокращения производства.

Для «Газпрома» объем выплат по углеродному сбору достигнет 93—120 млрд руб. в год, что составляет 2,2—2,8% от выручки компании, 5,0—6,4% от EBITDA или 12—15% ожидаемого в 2016 году. объема капитальных вложений, подсчитали авторы доклада. Нефтедобывающие компании уязвимы к вводу углеродного сбора в меньшей степени, особенно если они обеспечивают высокий уровень утилизации попутного нефтяного газа. Например, для «Роснефти» объем выплат по сбору должен составить 45—58 млрд руб. (0,8—1,1% от выручки или 4,3—5,5% от EBITDA).

Снижение доходов предприятий, усиление налогового бремени — неотъемлемые спутники введения такой меры — ставят под угрозу безопасность страны. Дополнительная финансовая нагрузка может стать причиной закрытия множества предприятий и ликвидации целых отраслей промышленности, что приведет к сокращению сотен тысяч рабочих мест. Как следствие — повышение уровня безработицы, ухудшение социально-экономического положения населения. В частности, закрытие градообразующих предприятий в моногородах может привести к острым социальным конфликтам, наподобие событий 2009 года в Пикалево или 1998 года в ряде городов Кузбасса.

Очень серьезно, по мнению авторов доклада, пострадают предприятия металлургической промышленности. Так, согласно данным ИПЕМ, в случае ввода углеродного сбора на выбросы ОК «РУСАЛ», контролирующая все заводы по выплавке первичного алюминия в стране, будет вынуждена выплачивать 65—72 млрд руб. в год, что составляет 21—23% от выручки компании и превышает EBITDA компании в 1,25 раза. Следовательно, в случае ввода сбора под угрозой окажется производство металла на всех действующих заводах группы (2 из которых расположены в монопрофильных городах), а также сделает бессмысленной достройку новых предприятий, при том что в их строительство были вложены десятки миллиардов рублей.

Значительные потери понесет отечественная транспортная отрасль — в качестве примера ИПЕМ приводит расчеты для ОАО «РЖД», расходы на электроэнергию которого составляет более 10% расходов. Ввод углеродного сбора потребует от компании дополнительных расходов на оплату электроэнергии в размере 47—52 млрд руб. (около 3% от выручки). Снижение доходов неизменно ведет к сокращению персонала, а ведь железнодорожный транспорт является основным работодателем во многих населенных пунктах, особенно расположенных в удаленных регионах страны. Негативные последствия от ввода углеродного сбора ощутит на себе и остальное население России. С усилением налогового бремени могут возрасти цены на электроэнергию, тепло, транспортные услуги, бензин, продовольствие. Логично предположить, что это приведет и к росту социальной напряженности.

Специалисты ИПЕМ подвергли критике и широко обсуждаемый в последние месяцы проект ввода углеродного сбора в «пилотном» регионе — Восточной Сибири. Защитники этой концепции предполагают, что ее реализация окажет положительное влияние на инновационное развитие экономики и на повышение конкурентоспособности российских товаров на мировых рынках. Однако оценки ИПЕМ показали, что осуществление этой концепции приведет к росту цен на электроэнергию в регионе на 29—51% и грозит сокращением промышленного производства на 10% за счет закрытия ТЭС и алюминиевых заводов. Масштабные сокращения в данных отраслях могут создать критическую обстановку в населенных пунктах суммарной численностью населения около 465 тысяч человек.

Сейчас, пока Парижское соглашение не прошло процедуру ратификации, принятие поспешных радикальных мер — это наихудшее решение, считают в ИПЕМ. Существует широкий арсенал мягких мер, более целесообразных с социально-экономической точки зрения. Среди них — улучшение теплоизоляции зданий и тепловых сетей, а также ужесточение регламентирующих их строительство норм; внедрение счетчиков тепла и термостатов; модернизация систем отопления, вентиляции и кондиционирования; развитие лесного хозяйства. По данным McKinsey, только за счет рентабельных мер в сельском хозяйстве можно сократить выбросы парниковых газов на 40 млн т экв. CO2 в год.

Поскольку Парижское соглашение не регламентирует способы выполнения национальных вкладов и не предполагает санкций за их невыполнение, необходимо выработать такие меры, которые не будут противоречить национальным интересам России. Ввод углеродного сбора выгоден для стран, чья экономика не основана на добыче ресурсов; для государств, производящих оборудование для солнечных, ветровых и гидравлических электростанций. В российских же реалиях такой сбор может привести к развалу производств и возникновению острой социальной напряженности. Также важно привлечь к данному вопросу Совет безопасности РФ — ведь необдуманная реализация западных мер может привести к колоссальным угрозам для страны.

В этой ситуации вызывает вопросы и позиция Минприроды. По мнению представителя министерства Ларисы Корепановой, для России гораздо больший риск несет не реализация Парижского соглашения, а «угроза оказаться вне тренда на технологическое развитие и технологический рывок». На какой технологический рывок могут рассчитывать российские компании, принуждаемые к дополнительным масштабным сборам, не уточняется.

Опыт вступления в ВТО показывает, что реальные минусы от участия в таких международных организациях и протоколах могут перевешивать кажущиеся плюсы. Более того, когда речь идет о защите собственных рынков и производителей, участники соглашений быстро забывают о принятых на себя обязательствах по защите «свободной торговли». Поэтому необходимо проводить тщательный анализ до того, как ратифицировать какие-либо международные соглашения. И этим анализом должны заниматься, прежде всего, те государственные органы, в задачу которых входит обеспечение национальной безопасности России.

Глеб Иванов


Читайте также В России предупредили о последствиях «налога Чубайса»