Реальные партии власти:
взгляд из Петербурга

Конкурирующие центры принятия решений, сложившиеся внутри федеральной власти, могли бы назвать себя политическими партиями с большим основанием, чем те, что зарегистрированы в Минюсте. Ведь их спор - это спор о реальной власти.

Вопреки заголовку, речь пойдет не о тех партиях, которые борются за места в Думе. Точнее, не о них в первую очередь. Речь о конкурирующих центрах принятия решений, сложившихся внутри федеральной власти.
Эти центры обзавелись собственными политическими платформами, и в последние четыре месяца спорят между собой не только под коврами, но и открыто. Пожалуй, они могли бы назвать себя политическими партиями с большим основанием, чем те, что зарегистрированы в Минюсте. Ведь их спор - это спор о реальной власти.

Сначала - главные вехи политической дискуссии-2003.
Несколько месяцев назад прокуратура наносит удар по ЮКОСу. Одна из ключевых фигур нефтяной империи, Платон Лебедев, по подозрению в коммерческих грехах многолетней давности оказывается в заключении, где и пребывает до сих пор.
"То, что происходит сегодня - это конфликт между нарождающимся в стране гражданским обществом и теми силами в правоохранительных органах, которые считают, что они имеют право диктовать гражданам, как им жить", - так объясняет происшедшее глава ЮКОСа и по совместительству первый богач России. Сверх того, Михаил Ходорковский воспроизводит ключевую для себя мысль: "Владельцы корпораций могут и должны принимать участие в политической жизни страны. Если мы не будем принимать решения, значит, за нас это будут делать другие".

Эти слова, представляющие смягченную версию давних декламаций Бориса Березовского, подкрепляются в последние недели демонстрациями стойкости и несгибаемости ЮКОСА перед лицом политических оппонентов. Люди нефтяной империи вводятся в предвыборные списки протежируемых ЮКОСом партий - "Яблока" и КПРФ. А в знак подтверждения своих либеральных амбиций ЮКОС увольняет главного редактора "Московских новостей", дабы поставить на его место Евгения Киселева, сотрудничавшего на ниве либерализма сначала с Гусинским, позже - с Березовским, а потом с целой олигархической артелью, финансировавшей ТВС.

Что же до властей, то идеологическая база антиЮКОСовских операций была сформулирована еще в мае.
"В России готовится олигархический переворот" - так назывался доклад не очень известной общественной организации - Совета по национальной стратегии, составленный известными в не очень широких кругах экспертами Иосифом Дискиным и Станиславом Белковским.
Ключевая мысль доклада - олигархи готовятся окончательно захватить власть путем превращения России в парламентскую республику во главе с премьер-министром - олигархом. Кто главные антипрезидентские заговорщики? Умный - поймёт. Ходорковский и ЮКОС упомянуты в докладе 35 раз, Абрамович и "Сибнефть" - 31. Упоминания о прочих хозяйственных магнатах служат чем-то вроде соуса к основному блюду.

Итак, диспозиция вроде бы напоминает антиолигархическую кампанию трёхлетней давности, когда были разгромлены медиа-империи Гусинского и Березовского. А то, что сейчас кое-какие проблемы возникли также и у Лужкова с Рахимовым (в связи с предстоящими перевыборами глав Москвы и Башкортостана), так и это не новинка. Недобровольное обновление региональных элит шло и в 2000-м году, и в 2001-м.

Но есть принципиальное различие. Вот обнародованная в начале сентября служебная записка, посланная в Кремль если не из Кремля же, то с Якиманки. Автор: Глеб Павловский. Название: "О негативных последствиях "летнего наступления" оппозиционного курсу Президента РФ меньшинства". Вот несколько соображений оттуда.
"В течение лета 2003 года политическая активность так называемой "группы С.Пугачева-И.Сечина-В.Иванова" (далее - Группа) перешла на качественно новый уровень... Продолжил расширяться и круг сторонников Группы. К традиционно поддерживавшим группу В.Устинову, Г.Букаеву, Ю.Заостровцеву начали "подтягиваться" П.Бородин и другие... Группе удалось более активно, чем раньше, использовать поддержку руководства РПЦ и силовых структур, включая ФСБ... Фактически на место разрушенной олигархической системы приходит новая "силовая" олигархия... Реализация такого передела в пользу "новых олигархов" приведет к повторению в худшем виде олигархической системы..."

Смысл сказанного: заместители главы президентской администрации Игорь Сечин и Виктор Иванов (по поводу деловых качеств которых Павловский высказывает ряд комплиментов) объединились с частью силовиков, например, с генпрокурором Владимиром Устиновым (ему автор записки комплиментов не отпускает) и с жаждущими коммерческого успеха и власти бизнесменами (Сергеем Пугачевым, Сергеем Веремеенко и др.), стремясь стать "новыми олигархами" и внося раскол в президентскую администрацию.
Вывод записки: здесь-то и зреет подлинный олигархический переворот, а вовсе не там, куда указывают Дискин-Белковский. "Коррекция политики Президента имеет продолжением классический вариант "ползучего переворота".

Такова точка зрения "не оппозиционного курсу президента большинства" кремлевской администрации, от лица которого, надо думать, и выступает Глеб Павловский. И в этом принципиальное отличие нынешней ситуации от той, что была три года назад, когда Кремль единым фронтом наступал на олигархов и региональных князей.

Была ли оправдана такая политика в 2000-м году? При всём разнообразии оценок, трудно отрицать, что империи Березовского и Гусинского, которые пытались диктовать политику официальным властям, были при этом с деловой точки зрения совершенно неэффективными предприятиями, живущими за государственный счет. Такой же неэффективной и паразитической была и добрая половина амбициозно-авторитарных региональных режимов и режимчиков, превратившихся в подлинное наказание для своих подданных.

А каков портрет сегодняшних "жертв власти"? Иногда они по всем параметрам попадают в обойму жертв-2000. Лучший пример тому - застойный, непредсказуемый и оторвавшийся от реалий режим Владимира Яковлева, с почётом демонтированный в начале этого лета.
А вот многие из прочих "жертв" в старую обойму не лезут. Да, Ходорковский пытается быть политическим менеджером, хотя и не в таких гротескных формах, как Березовский. Но при этом его империя, ЮКОС, - высокоэффективное предприятие, один из локомотивов российского экономического роста. В отличие от олигархических структур старого поколения, империю Ходорковского не назовешь антиобщественной силой.

Да, Юрий Лужков - территориальный олигарх. Административная и коммерческая власть в Москве слиты воедино, и лужковские владения заповедником либерализма не назовешь. Но, в отличие от Яковлева и многих прочих губернаторов-отставников, его режим всё еще достаточно эффективен и, по крайней мере, приемлем для москвичей.
Отчасти можно сказать это и о режиме другого записного свободолюбца, Муртазы Рахимова. Можно, конечно, его сломать, но сомнительно, чтобы кто-нибудь знал, как потом управлять разворошенной, словно муравейник, этнической автономией.

Итак, общественный интерес сегодня вряд ли состоит в том, чтобы организовывать второе издание той чистки элиты, которая произошла несколько лет назад. А в чем состоит интерес ключевых игроков, решающих в своём кругу - "чистить" или "не чистить"?

Сложились устойчивые понятия о том, какими группировками населены Кремль и Белый дом. Это: "семейные" (старое крыло президентской администрации, премьер-министр и самые знаменитые из олигархов), "питерские чекисты" (новое крыло президентской администрации, министры-силовики и несколько бизнесменов, не успевших, но желающих стать олигархами) и "питерские либералы" (часть министров экономического блока).

Реальность гораздо богаче красками. Михаила Касьянова и Александра Волошина едва ли можно записать в одну группировку. С точки зрения главного кремлевского экономического либерала, петербуржца Андрея Илларионова, министры петербургского происхождения - не либералы, а скорее консерваторы. Часть силовиков держится в стороне от политических интриг, часть ставит на "Единую Россию", а вовсе не на Народную партию, близкую к тем, кого Павловский именует Группой. При этом, те, кого называют ключевыми игроками этой самой Группы, совсем не обязательно с берегов Невы. Например, генпрокурор РФ.

В любом обществе, как бы оно ни было устроено, идут споры о том, как поделить власть и какие ключевые управленческие решения принять. Если парламент, как это получилось у нас, становится не самой подходящей площадкой для таких споров, то они перемещаются в другие места. "Отменить" их невозможно, так же, как невозможно отменить группы интересов. Вокруг этих интересов формируются сначала политические позиции, а со временем и реально действующие политические партии. Так оно обычно и бывает, если система не взорвёт сама себя.

Все или почти все существующие у нас группы интересов обзывают своих соперников олигархами. И все - правы. В сегодняшней нашей политике реальными игроками являются либо звенья федеральной и региональной власти, либо гигантские, тесно связанные с государством властеподобные корпорации. Кем же назвать тех, других и третьих, если не олигархами коммерческого, административного или силового разлива?

Без "собственных" олигархов-вдохновителей не может сегодня существовать ни одна публичная политическая партия, даже такая массовая, как КПРФ. Разница лишь в том, что компартию окормляют сразу несколько олигархических опекунов, а прочие партии обычно удовлетворяются одним. Леволиберальное "Яблоко" - в связке с ЮКОСом, праволиберальный СПС - с РАО "ЕЭС", центристы-единороссы - с кремлевским мейнстримом, национал-консервативная Народная партия - с вышеупомянутой Группой.

Внутри себя "материнские" олигархические структуры устроены более или менее одинаково - как иерархические авторитарные системы, нацеленные на расширение собственной власти и собственности. Партии же, выступающие как политические приложения к ним, формально несут на своих знамёнах самую разные идеологические эмблемы - от капиталистического либерализма до воинственного уравнительного популизма.

Внутри каждой из этих соперничающих олигархических структур свободы почти нет, но поскольку самих таких структур нынче немало, то в общественном пространстве есть плюрализм, а значит, и некоторая свобода. Если такие структуры приучатся играть по правилам и перестанут лупить друг друга всеми доступными инструментами, то свободы прибавится. Если они приспособят "свои" политические партии к обслуживанию более широких общественных интересов, то свободы прибавится еще больше. И так, чем чёрт не шутит, можно шаг за шагом дойти и до либеральной демократии, где администраторы занимаются администрированием, правоохранители - правоохранительной деятельностью, а богатые бизнесмены не воображают себя хозяевами государства.

Но до этого далеко. Сейчас у нас не либеральная демократия, а "управляемая". Та, которую называют врагом свободы, но которая на самом деле родилась из кризиса конца 90-х, когда тогдашние олигархи принялись топтать друг друга, и машина власти пошла вразнос. И если так получится, что рука на рычагах этой "управляемой демократии" ослабнет, то не свобода вернётся, а тот самый кризис повторится. Только в увеличенных масштабах.

Сергей Шелин, специально для ИА "Росбалт"