Второй тур петербургских выборов: борьба за тех, кто остался на обочине

Основной интригой заключительной части губернаторской кампании может стать борьба за тех, кто пропустил первый тур, кто остался на политической обочине, почувствовав себя в вакууме.

Валентина Матвиенко недобрала до победы в первом туре всего пятнадцать тысяч голосов. Это очень мало. Впрочем, воскресный показатель - 49% голосов - всё равно обещает ей верный успех через две недели. В новейшей российской истории кандидат, получивший такой результат в ходе первого тура, всегда побеждал во втором. Так будет и 5 октября. Но при одном условии.
Если из того, что случилось 21 сентября, в Кремле и в штабе "кандидата N1" извлекут хоть какие-то уроки и задумаются, чем заполнить тот идейный и политический вакуум, который стал главной проблемой для Петербурга еще год-два назад и остался таковой после недавнего демонтажа прежнего городского режима.

А признаки вакуума очевидны. Доля голосовавших "против всех" (11,04%, это почти 118 тысяч человек) занимает среди этих признаков как раз достаточно скромное место. При том, что именно на эту позицию делали серьезную ставку и бросали серьезные деньги. Агитацией "против всех" занимались целые коллективы специально нанятых людей и волонтёров, издавались многотиражные агитационные газеты.

Но отдача от всех этих инвестиций и от всей пиаровской трескотни оказалась вполне скромной. Результат лишь ненамного превзошёл среднестатистическое количество всегда голосующих подобным образом - дополнительное число сагитированных, вероятно, измеряется четырьмя-пятью десятками тысяч человек.

А вот по-настоящему впечатляет совсем другое число - количество тех, кто просто не пришёл на участки. Хотя так поступать людей не уговаривал никто. Они сами догадались.

Губернаторские выборы 1996 и 2000 года собирали заметно больше 40% избирателей. Примерно такую же, если не большую явку предсказывали и на этот раз почти все социологические службы. На самом деле пришли лишь 29%.

И если распределение кандидатских предпочтений в различных группах городских жителей (в пределах 3-4-процентной статистической погрешности) многие из этих служб вычислили вполне точно, то с явкой они промахнулись всерьёз, хотя и не по своей вине.
И о предпочтениях, и о намерении идти или не идти на участки социологи узнавали от опрашиваемых ими людей. И если, говоря о предпочтениях, петербуржцы были более или менее правдивы, то насчет своей готовности пойти и проголосовать явно слукавили. Или попросту в последний момент передумали.

Даже с поправкой на дачный сезон, по меньшей мере 300, а скорее даже 400 тысяч человек, более или менее определенно собиравшихся голосовать - и в прошлые губернаторские выборы всегда делавших это - на сей раз остались дома. Таких оказалось столько же, сколько проголосовало за "старый городской режим" (в лице Анны Марковой), "против всех" и за "растаскивателя московского материально-властного ресурса" (Сергея Беляева), вместе взятых.
Люди решили, что в этой игре они посторонние. Это ли не признак вакуума?

В чем причина? Во враждебности к Москве? К президенту Путину? Первая сильно преувеличена, а вторая в Петербурге никак не является массовой. Пассивный протест вызвал не тот факт, что из Москвы идёт "человек президента", а то, как он идёт.

Скажи рядовому петербуржцу: "Ты - свободный человек, ты всё должен делать для себя сам, а я не буду тебе мешать и лезть со своими наставлениями", - и он обидится, и никогда не поддержит политика, рассуждающего подобным образом.
Но скажи тому же петербуржцу: "Я сам всё сделаю для тебя и за тебя, а ты слушай, что тебе говорят, и не задавай вопросов", - и он обидится почти так же сильно.
Вот такая сложная душа у наших сограждан.

Агиткампания "кандидата N1" обещала городу и горожанам всё хорошее и всё полезное, рассматривая их как некий пассивный объект для приложения благодеяний. Разумеется, напрямую ничего подобного никогда и никем не говорилось. Напротив, звучали правильные слова о сотрудничестве, взаимопонимании, о диалоге верхов с низами. Но общий тон кампании бил в глаза. А тон действует на рядового человека сильнее слов.

Навряд ли городу понравилась и неясность идеологических позиций и сопряженная с нею неопределенность персонального состава и идейного лица команды, которая идёт в Смольный. Не столь уж плохой результат (7%), достигнутый, вопреки многим прогнозам, единственным "партийно-идеологическим" кандидатом в губернаторы, "яблочником" Амосовым - это, не станем исключать, один из первых признаков того, что эпоха политиков, ставящих на безыдейность, и партий, кокетничающих отсутствием идеологии, начинает клониться к закату.

Главная интрига ближайших двух недель, пожалуй, не в том, удастся ли тем, кто двигает Маркову, объединить вокруг нее всех, кто в первом туре не голосовал за Матвиенко. Во-первых, не удастся, а во-вторых, если даже и получится, то вместе взятых, их всё равно окажется столько же, сколько и сторонников кандидата N1.

Действительно судьбоносная борьба может развернуться за другой, потенциально более многочисленный слой петербуржцев - тех, кто пропустил первый тур, кто остался на политической обочине, почувствовав себя в вакууме. Как с ними быть? Нейтрализовать силовыми приёмами? Понять их чувства?
Понимание сильнее силы.

Сергей Шелин, специально для ИА "Росбалт"