Годовщина "Норд-Оста": время лечит не всё

Ровно год назад театральный центр в Москве был захвачен бандой чеченских террористов. Почти тысяча человек, находившихся в тот момент в здании, оказались в заложниках.

Ровно год назад, вечером 23 октября 2002 года, театральный центр на Дубровке был захвачен многочисленной бандой чеченских террористов во главе с Мовсаром Бараевым. Почти тысяча человек, находившихся в тот момент среди зрителей мюзикла, а также сами артисты и технический персонал "Норд-Оста", стали их заложниками.

Освободить людей удалось только утром 26 октября. Перед началом штурма был применен специальный усыпляющий газ, состав которого до сих пор точно неизвестен. В СМИ говорилось лишь о том, что это, вероятно, фентанил - сильный наркотический препарат.

Главарь банды и 40 террористов были убиты спецназом. Однако при штурме здания и после освобождения, в больницах, скончались 129 человек из числа заложников. Общее число пострадавших составило более 700 человек.

Сегодня в Москве, на площади перед театральным центром на Дубровке состоится официальная церемония открытия памятника жертвам терроризма и мемориальной доски с именами всех погибших в результате прошлогоднего теракта. Известно, что памятник называется "Парящие птицы", а его эскиз был предложен коллективом мюзикла и отобран специальной творческой комиссией из более чем ста других предложений, поступивших из всех регионов России.

Любопытно, что сначала Министерство культуры РФ не давало разрешения на установку памятника, мотивируя это тем, что здание мюзикла - "не место захоронения". Однако вскоре, под давлением родственников пострадавших, Минкульт был вынужден уступить.

Сразу после окончания драмы с заложниками Правительство РФ и московские власти объявили о выплате компенсаций пострадавшим и родственникам погибших. Из московского и федерального бюджета было выделено по 100 тысяч рублей семьям погибших, по 50 тысяч - пострадавшим и по 10 тысяч - компенсации за утрату имущества.

Однако эта сумма, по мнению многих пострадавших и родственников жертв теракта, оказалась недостаточной, и они подали в суд. Всего в суды было подано около 70 исков. Среди них 9 исков от иностранных граждан на общую сумму 60 миллионов долларов, и примерно на такую же сумму были поданы более 60 исков от пострадавших россиян.

Однако после многомесячного рассмотрения сначала районные суды столицы, а затем и Мосгорсуд отклонили все иски и требования о компенсации морального ущерба, посчитав выплаченные ранее пострадавшим денежные средства достаточными.

Сложившийся вокруг исков ситуацией не преминули воспользовался некоторые политики, в том числе вездесущий Борис Березовский. Он распространил среди членов конгресса США более 530 дисков с видеороликами, изобличающими "антидемократическую сущность режима Владимира Путина".

За прошедший год, помимо темы судебных тяжб вокруг компенсаций, в СМИ не раз поднимался вопрос и о том, что при штурме Театрального центра отсутствовала координация между представителями спецслужб с одной стороны, и сотрудниками МЧС и медиками - с другой, что стало причиной задержек в эвакуации и оказании помощи пострадавшим и привело к роковым последствиям.

Все помнят телевизионные кадры, на которых потерявших сознание заложников выносят из здания, как мешки, и просто складывают на улице в ожидании... автобусов, вместо того, чтобы немедленно разносить их по машинам скорой помощи. Или кадры с десятками реанимобилей, которые беспомощно стоят в пробке из-за того, что все подъезды к месту событий были перекрыты машинами спецслужб и иномарками депутатов. Можно с уверенностью сказать, что подобное промедление с оказанием медицинской помощи стоило жизни не одному заложнику.

Есть и еще целый ряд вопросов, которые до сих пор не дают покоя родственникам погибших и их неравнодушным согражданам. Почему спецслужбы и власти даже медикам ничего не сообщили о составе газа, который был использован при штурме театрального центра? Почему даже спустя год об этом газе толком ничего не известно? Почему при штурме были убиты все террористы - разве у спецслужб не было к ним вопросов? Почему родственники сутками были вынуждены ходить по московским больницам, пытаясь получить хоть какую-то информацию о пострадавших? Почему, мягко говоря, не стыкуются цифры, приводимые разными ведомствами об общем количестве погибших и пострадавших заложников?
И, наконец, не получил должного и исчерпывающего ответа главный вопрос: почему столь масштабный теракт, только непосредственными исполнителями которого были десятки боевиков - с оружием и взрывчаткой, вообще стал возможен в столице России?

Сегодня у здания Театрального центра пройдет траурный митинг, на котором выступят представители федеральных и столичных властей, силовых ведомств, депутаты Госдумы, сенаторы и прочие важные персоны. Однако едва ли они ответят хотя бы на один из этих вопросов...

Как свидетельствуют социологи, силовая операция против террористов год назад была поддержана значительным большинством российских граждан. Вероятно, она вообще стала тогда возможна только потому, что власть чувствовала эту общественную поддержку и нежелание граждан России подчиняться наглому диктату бандитов.

И через год после трагедии на Дубровке 63% россиян, по данным компании Romir monitoring, положительно оценивают действия властей по освобождению заложников в театральном центре на Дубровке. Не согласны с этим 32% опрошенных, что тоже немало. Но оставшиеся без ответа властей вопросы, о которых говорилось выше, привели к тому, что подавляющее число опрошенных россиян - 91% - считают возможным повторение событий с захватом заложников, и лишь 7% придерживаются противоположного мнения. Наверное, количество тех, кого не покидает страх перед террором, и есть самый печальный итог драмы годичной давности.

Сообщение о том, что прокуратура Москвы предъявила 22 октября 2003 года Шамилю Басаеву и его сообщникам Хасану Закаеву и Герихану Дудаеву заочные обвинения в организации теракта на Дубровке, и объявила их в международный розыск, выглядит на этом фоне как запоздалый и не слишком обнадёживающий факт: ведь Басаев находится в розыске уже девятый год - со времени нападения на Будённовск.

Константин Олейников, ИА "Росбалт". Москва