Грузинская оппозиция выходит из спячки

В Грузии начался процесс активизации оппозиции. Эксперты задаются вопросом: что это - подготовка к контрреволюции или детские игры взрослых мальчиков?

В Грузии начался процесс активизации оппозиции. Эксперты задаются вопросом: что это - подготовка к контрреволюции или детские игры взрослых мальчиков? И если это не детские игры, чем они могут закончиться для нынешней власти и для грузинского народа, который, вероятно, опять ошибся с пророком в своем отечестве.

После 'бархатной революции роз' в ноябре прошлого года многочисленная и разноликая грузинская оппозиция завяла: так высок был видимый рейтинг новой революционной власти во главе с молодым президентом Михаилом Саакашвили. Прошло немногим более года, оппозиция вышла из спячки (или из 'окопов'?) и стала вести настойчивые и даже агрессивные консультации о своем объединении и смене власти конституционным путем. Она делает откровенные намеки, что смена политического режима при помощи 'прозревшего народа' может произойти очень скоро.

Один из проводников этой мысли - лидер вновь созданного оппозиционного общественного движения 'Вперед, Грузия!', бывший министр госбезопасности страны Ираклий Батиашвили. По его словам, активные переговоры о консолидации оппозиции ведутся на данном этапе с 'Союзом традиционалистов Грузии', партией 'Лейбористы' и некоторыми другими 'здравомыслящими силами'. Первый за год массовый нахрап оппозиции он объяснил тем, что оппоненты нынешней власти дали ей время на благие начинания. Но, не увидев таковых, они возвысили свой голос.

В частности, уточняет Батиашвили, за год правления революционеров кризис во всех сферах жизни Грузии усугубился. Особенно остро он обозначился в социально-экономической позиции: армия безработных пополнилась 70 тысячами государственных служащих: полицейскими, сотрудниками органов госбезопасности, военными, которых 'бесцеремонно выгнали на улицу, ничего не предложив взамен'. Кроме того, в результате 'наведения порядка' лишились работы мелкие торговцы, не имеющие альтернативы своему скудному заработку. 'И это на фоне, когда в стране не работают заводы, фабрики, новые рабочие места не создаются, а имеющиеся - ликвидируются', - подчеркивает он.

По словам оппозиционного лидера, нет также прогресса в урегулировании конфликтов с Абхазией и Южной Осетией. Кроме того, 'налицо угроза авторитаризма; власть путем рэкета изъяла у людей деньги, которые пошли не на решение социальных проблем населения и создание новых рабочих мест, а в какие-то непонятные фонды. Все это результат дилетантизма и непрофессионализма властей', - резюмировал Батиашвили.

Тему развивает один из лидеров 'Традиционалистов' Губаз Саникидзе. По его словам, новые власти допустили множество грубейших ошибок. Например, 'за последние 100 лет в Грузии, в третий раз после большевиков и Шеварднадзе, истребляется буржуазия. Грузины опять спрятали деньги и закопали золото в землю'. Саникидзе напомнил, что 'буржуазия является движущей финансовой и моральной силой страны, и никакая запоздалая финансовая амнистия, объявленная властями, уже не способна исправить дело'.

Следующей 'огромной ошибкой властей' он назвал так называемый 'гуманитарный или демократический штурм Цхинвали' летом прошлого года. 'Это могли сделать только люди, не знающие историю собственной страны. Осетины - не аджарцы. Они защищают не Кокойты (президент Ю.Осетии - Росбалт.), а себя. И те, кто знают историю, должны помнить: это боеспособный и принципиальный народ', - подчеркивает Саникидзе.

Он также указывает на то, что Грузия приняла крайне опасную позицию во внешней политике. Речь, в частности, идет о ситуации вокруг Ирана. По его мнению, есть серьезная опасность, что власти предоставят США грузинский военный аэродром в Марнеули для осуществления военных операций в Иране, и 'с аэродрома взлетит американский бомбардировщик'. Саникидзе напомнил, что Иран располагает серьезным вооружением и ракетами, 'которые дотягиваются до четырех столиц: Тбилиси, Баку, Еревана и Иерусалима'. По его мнению, всем трем, кроме Тбилиси, ничего не угрожает: Армения является стратегическим партнером Ирана, Азербайджан - его единоверцем, а Израиль защищен мощными системами ПВО. 'Только у нас нет никаких гарантий, и если что-то случится, через год Тбилиси вообще опустеет', - полагает он.

По словам лидера традиционалистов, Грузию уже предупредили террористическим актом, имевшим место в Гори 1 февраля, когда было взорвано здание местной полиции, погибли и пострадали люди. 'У меня есть серьезная информация, что теракт в Гори - это предупредительная акция. Аль-Кайеда может серьезно заинтересоваться Грузией, и тогда страна будет доведена до полной Катастрофы', - говорит Саникидзе.

Серьезные претензии оппозиции к внешней политике Грузии подтвердил еще один лидер движения 'Вперед, Грузия!' Малхаз Гулашвили. По его мнению, несостоятельность грузинской внешней политики обусловлена, в основном, крайне низким профессиональным уровнем министерства иностранных дел Грузии: 'Всех профессионалов оттуда выгнали, в МИДе просто катастрофа, кадры там подбираются по принципу родства и дружеских связей'. Гулашвили подчеркивает, что такая же ситуация и в других министерствах. 'Они (представители власти - прим. Росбалт) очень скоро отправятся на свалку истории. Они борются против грузинских традиций и церкви', - утверждает он. Гулашвили также предупредил, что 'за пределами Грузии есть серьезные оппозиционные силы, которые объединяются и могут придти с оружием в руках'.

Примечательно, что резкая критика властей звучит не только со стороны так называемой традиционной грузинской оппозиции, но и антагонистов новой формации - партии 'Республиканцы', которая на выборах парламента последнего созыва баллотировались в одном блоке с правящей партией и была активной участницей 'революции роз'. Лидер партии Давид Усупашвили рекомендует властям всерьез задуматься над своими действиями, в противном случае 'они получат очень плохие процессы: уже велико искушение пойти по проторенной дороге революции'. Власть имущие, по его мнению, 'не сделали первого и обязательного: оздоровления политической системы и создания атмосферы политического плюрализма в стране'.

Что же касается объединения оппозиции и выступления единым фронтом против нынешней власти, вопрос этот крайне сложный и консенсуса в нем нет. Нет пока также единого мнения: а что, собственно, делать с этой властью: добиваться внеочередных выборов, смещать ее на очередных выборах или опять, в третий раз за последние 13 лет, идти по пути революции. И вообще, насколько сильна сегодня оппозиция, пойдет ли за ней народ и, главное, кто возьмется финансировать смену власти в Грузии. В 1992 году избавиться от первого президента Грузии Звиада Гамсахурдия помогла Москва, во второй раз, в 2003 - организационная и финансовая поддержка подоспела из США.

Некоторые эксперты полагают, что сейчас в соответствующей миссии могут быть заинтересованы как определенные круги в России, так и в Штатах. Однако пока неясно, на кого конкретно в пестром грузинском политическом спектре они могут сделать ставку. Либо такой фигуры нет, либо она пока находится в подполье. Делать ставку на оппозицию вообще с тем, что она потом разберется друг с другом и сойдется на едином безусловном лидере с коалиционной политической командой, не приходится: оппозиции грозит мировоззренческий раскол и сугубо грузинский 'синдром', когда каждый стремится вырваться в лидеры, не учитывая интересов общего дела.

По оценке одного из лидеров правящей партии Михаила Мачавариани, 'оппозиция решила, что пришло ее время, но ее не поддерживает народ. Народ поддерживает реформы, которые проводят власти'. В качестве таковых он назвал: 'Мы вернули Аджарию, увеличили пенсии и избавились от Госаппарата', который наживался на своем служебном положении. Это справедливо лишь частично. Мачавариани обошел вниманием акценты, которые делает оппозиция. В частности, увеличение пенсий не дало ровным счетом ничего, поскольку цены пропорционально возросли, а увеличение зарплат в госсекторе произошло за счет увольнения десятков сотен людей. И теперь люди, три недели мокнувшие под дождем перед зданием парламента с требованием отставки Эдуарда Шеварднадзе, митингуют перед тем же парламентом и требуют работы и социальной справедливости.
Мачавариани разговоры политических оппонентов о возможной угрозе Грузии в контексте Ирана заявляет: 'Это сплетни спецслужб', но тут же почти опровергает свои же слова. 'Вопрос по Ирану ПОКА не решен. Речь идет всего лишь о гуманитарном коридоре', - говорит он.

Ситуацию в Грузии по поводу неожиданного 'возрождения' и наступления оппозиции, текущего политического момента и перспектив оппонентов нынешней власти 'Росбалту' прокомментировал политолог Гамлет Чипашвили. По его совам, разговоры об объединении оппозиции в Грузии не новы, они имели место перед парламентскими выборами 1999 и 2003 годов, хотя оппозиционный фронт тогда в полной мере открыт не был. Объединение оппозиции под одним флагом состояться не может, поскольку в Грузии она разнофланговая - левая, правая, центристская. Оппозиция для достижения собственных целей должна сплотиться вокруг идеи, а не мировоззрения. В данном случае, считает политолог, оппозиция может объединиться под знаком общей идеи фикс - нелюбви к власти и нежелания терпеть ее ошибок.

Строго говоря, полагает Чипашвили, своей близорукостью власть сама напросилась на агрессию оппозиции: правящая партия постоянно демонстрирует ей свое пренебрежение и высмеивает любую оппозиционную мысль. Политические оппоненты нынешней власти неоднократно выступали с достаточно конструктивными предложениями, которые услышаны не были. То есть власти претендуют на 'истину в последней инстанции, что вызывает серьезную ассоциацию с коммунистическим подходом к управлению страной'.

Какими реальными возможностями располагает оппозиция, пойдет ли за ней народ, и чего в итоге она может добиться? На данном этапе, считает Чипашвили, на серьезный и быстрый успех ей вряд ли можно рассчитывать. Во-первых, нынешняя грузинская оппозиция сильно ограничена в финансовых средствах и практически не имеет собственного рупора в лице средств массовой информации, что заметно ослабляет ее позиции из-за отсутствия так называемой 'раскрутки'. Во-вторых, население Грузии доверяет не всему оппозиционному спектру: в нем пока представлены только прежние примелькавшиеся и даже одиозные фигуры. То есть оппозиция в Грузии старая, хотя не дряхлая и достаточно интеллектуальная. С другой стороны, народ, который уже не верит ни власти, ни оппозиции, все же будет искать пути изменения сегодняшних грузинских реалий, и часть его к оппозиции примкнет. То есть вполне вероятно повторение событий ноября 2003 года, когда народ пошел за бывшими соратниками Шеварднадзе, перешедшими в оппозицию, поскольку счел: хоть с чертом, но против президента, доведшего страну до ручки. То есть, полагает Чипашвили, оппозиция своей активностью может сократить период очередной революции в Грузии. Напомним, что на освобождение страны от Шеварднадзе потребовалось около 12 лет.
Кроме того, видимый консенсус может помочь ей на выборах в местные органы власти осенью текущего года, и стать неплохим трамплином для следующих парламентских выборах. Но это в случае, если выборы пройдут справедливо, в чем политолог сильно сомневается.

Приостановление массированного наступление оппозиции вполне реально, и решение этого вопроса находится в руках нынешних властей, считает Чипашвили. В частности, властям следует исправить свои ошибки и серьезно прислушаться к мнению оппозиционного спектра, средств массовой информации, и на деле реализовывать любой элемент их конструктивизма. Речь, в первую очередь, идет об изменении кадровой, социальной и внешней политики, на которой совершенно справедливо делает акцент оппозиция. Ведь суммированные 'проколы' властей льют воду на мельницу оппозиции и на негативный настрой большой части общества по отношению к властям.

Чипашвили также акцентирует внимание на том, что в Грузии сейчас происходят процессы, на отсутствие которых сетовал Совет Европы. В частности, СЕ был крайне недоволен тем, что в стране практически отсутствует оппозиция, и дал понять, что если таковой нет, ее необходимо выдумать. Совет Европы также настаивает на том, чтобы в Грузии был снижен процентный барьер (с 7% хотя бы до 5%) для членства политических партий в парламенте. Если власти на такую меру пойдут, они, в некотором роде, обезоружат оппозицию по части упреков в отсутствии политического плюрализма и значительно сократят ряды непарламентской оппозиции, проявляющей сегодня особую нетерпимость в отношении президента и правящей партии. То есть, расширением политического спектра внутри парламента власти так или иначе смогут нейтрализовать радикалов и избежать стихийного развития событий в стране, считает политолог.

Ирина Джорбенадзе, ИА 'Росбалт', Тбилиси